Харизма - Джинн Райан

Когда моя смена заканчивается, мне не хочется уходить от пульсирующей энергии толпы. Поэтому я нахожу теплый шезлонг и расслабляюсь в нем, слушая счастливый гомон пловцов. Я достаю свой телефон и смотрюсь в камеру как в зеркало. Кажется, что светловолосая девушка с серыми глазами ничуть не изменилась. Но у нее было свидание и она собирается на вечеринку, поэтому как я вообще могу быть хоть в чем-то уверена?

Я знакомлюсь с новостями виртуальной жизни. На странице Хлои немало сообщений с пожеланиями скорейшего выздоровления. Ужасное невезение – заболеть, когда она явно почувствовала себя в своей стихии с этими новостными видео. Я тоже хочу добавить комментарий, но я еще не успеваю его закончить, когда Хлоя публикует новый статус – ложная тревога, она чувствует себя отлично. Я успокоенно выдыхаю. Эта новость вызывает у меня большее облегчение, чем следовало бы.

Затем Хлоя публикует видео с «Веггифеста», а под ним – ссылку для зрителей, которые захотят высказаться против ГМО. Хм. Она часто высказывалась по разным поводам, но я никогда не замечала, чтобы у этого были какие-то результаты – до настоящего момента. Единственный способ описать это – сказать, что она стала более харизматичной. Неотвязное подозрение грызет мои мысли. Мое любопытство слишком сильно, чтобы оставить его без внимания, и я пишу сообщение: МНЕ НРАВИТСЯ ТО, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ. МОЯ ЖИЗНЬ ТОЖЕ ИЗМЕНИЛАСЬ К ЛУЧШЕМУ. ДАВАЙ ПОБОЛТАЕМ.

Ведь так я не разглашаю никаких секретов, верно?

Я просматриваю комментарии под видео Хлои. В одном из них Шейн пишет: «Я иду по твоим следам!»

Что? Я перехожу на его сайт. И вижу еще больше фотографий с ним самим – и еще больше фотографий девушек, которые «подают заявки», чтобы присоединиться к его гарему. Над ними прокручивается таинственная надпись: «Ждите новостей!»

Я потираю щеку. Это ужасно странное стечение обстоятельств, что и Хлоя, и Шейн так энергично продвигают себя в Сети на этой неделе. Но ведь вряд ли у доктора Стернфилд были основаняи давать им «харизму», им же явно не нужно было становиться более экстравертными.

Озадаченная своими подозрениями, я открываю все страницы моих «братьев и сестер», которые могу найти. Большинство из них кажутся мне совершенно обычными, кроме, быть может, страницы Розы. В ее постах на английском звучат заявления вроде «У меня САМЫЙ ЛУЧШИЙ день!», а записи на испанском полны восклицательных знаков.

Острая боль снова вспыхивает в районе лба. Если кто-то еще получил такую же генную терапию, есть ли у них побочные эффекты? Даже если я не буду спрашивать их прямо, кое-с-кем я все-таки могу связаться. Следовало сделать это раньше. Я набираю номер доктора Стернфилд.

Она отвечает на втором гудке.

– Что ж, здравствуй, Эйслин. Как жизнь?

– По большей части великолепно, если честно.

Она смеется.

– Как я и ожидала.

– Только одно, у меня случаются эти странные головные боли, и иногда у меня немного кружится голова.

После едва заменой паузы она отвечает:

– Это совершенно нормально. Твой мозг вырабатывает новые протеины, создает новые нейронные связи. Как только все устоится, головные боли пройдут.

– У других людей, которым вы дали «харизму», появляются те же побочные эффекты? Я слышала, что Хлоя недавно болела.

На этот раз пауза длиннее.

– Если бы я и разрешила другим подвергнуться генной терапии, было бы неосмотрительно что-то говорить. Я не хочу, чтобы отрывочные сведения о других влияли на то, как ты воспринимаешь изменения в собственной жизни. Ты знаешь, как проводятся исследования. – Она понижает голос. – Эйслин, ты же сохранила все в секрете? Не разболтала?

– Конечно, нет, – отвечаю я, думая о том, что до невозможности хочу рассказать все это Эви.

– Хорошая девочка. Поскольку я верю в твое благоразумие, я сообщу тебе некоторые новости: Сэмми попал в испытания AV719. Меня совершенно не удивит, если его, кхм, выберут случайным образом.

– Ух ты. Это невероятно. Огромное вам спасибо.

– Помни, никому не слова, пока не объявят официально, ладно? Мы не хотим ничем рисковать.

Я машу рукой паре спасателей, неспешно проходящих мимо. – Конечно.

– Ну а теперь расскажи мне все самое важное о твоей новой жизни.

Я делюсь с ней несколькими деталями, в том числе рассказываю и о вчерашней встрече с Джеком. И пока я об этом говорю, мои щеки краснеют.

– Похоже, будто я стала человеком, которым всегда мечтала стать, понимаете?

– Ты даже не представляешь, как это восхищает меня, Эйслин.

Да и головные боли, на самом деле, так мимолетны, что они вообще не проблема.

Я немного успокаиваюсь, и мы заканчиваем разговор. Мне повезло, что я стала частью ее секретного исследования, будто выиграла в лотерею. Я, девочка, которой выпало несчастье вырасти без отца и жить с расстройством личности, которое разрушает жизнь.

Довольная, как кот, пригревшийся у окна, я собираю свои вещи и направляюсь на выход. По пути к машине я обмениваюсь приветствиями с полудюжиной людей.

В этот вечер Джек снова появляется точно вовремя. Выходя из дома, я говорю:

– Удачно, что ты прошел полицейский контроль.

Он подмигивает.

– В этом штате, по крайней мере. Но если ты хочешь, чтобы я разбил кому-нибудь челюсть, просто попроси.

– Хмм. Я подумаю, кому.

Мы неспешно едем навстречу мягкому закату.

Джек качает головой.

– Я с трудом могу поверить, что я с той же самой девушкой.

От этих слов я на мгновение замираю. Он с той же самой девушкой, верно? В смысле, это все еще я, но теперь я хочу, чтобы и другие увидели меня настоящую. Я прикасаюсь пальцами ко лбу, хотя сейчас ничего не болит. По моей коже пробегают мурашки, как будто мое тело пытается что-то понять. Привыкать к новой личности – наверное, я чувствую себя как улитка, которая поселилась в новой раковине и извивается, пытаясь приспособиться к ее внутренностям, пока все не окажется ей впору.

К счастью, мое замешательство вскоре развеивается, пока мы едем по улицам в тени деревьев. Когда Джек паркует машину, я обнаруживаю, что мои ноги уже не так дрожат, как в прошлый раз, и что музыка, которая доносится из дома Эрин, скорее приятная, чем резкая.

Эви и Рэйф уже заняли местечко в углу. Они поднимают красные пластиковые стаканы, приветствуя нас с Джеком. Рэйф уткнулся носом в шею Эви, а она смотрит на меня с озорной улыбкой. Так, похоже, они, уже нашли достаточно времени, чтобы побыть наедине, так что теперь уже не смущаются любезничать прилюдно. Ну, надеюсь, мы с Джеком скоро их догоним. Когда окажемся наедине, во всяком случае.

Мы присоединяемся к разговору о том, как чей-то папа записался на ботокс, а сестра какой-то девочки получила увеличение груди в подарок на восемнадцатый день рождения.