Перерождение - Джастин Кронин

— Ты все поймешь, Эми! Наступит время, и ты сама поймешь, как дать им свободу и помочь сделать последний переход.

И вот она одна. Миссия почти выполнена. Убедившись, что Питер с Эми ушли, Лейси подняла засов и распахнула дверь.

«Придите ко мне! — подумала она, набрала в грудь побольше воздуха и мысленно обратилась к Легиону: — Придите туда, где вы родились!»

Теперь оставалось только ждать. Что такое пять минут после векового ожидания? Пустяк, самый настоящий пустяк.

Над горой занималась заря. Питер, Эми и Майкл поднялись на вершину горы — именно там грохотали выстрелы. Чуть ниже притаился домик, у которого стояли испуганные кони. Сара и Алиша махали из-за приоткрытой двери, скорее, мол, скорее!

Вирусоносители буквально дышали в спину. Питер, Эми и Майкл пулей влетели в дом. Холлис с Гриром тут же выволокли из-за занавески комод.

— Они совсем близко! — пролепетал Майкл.

Комодом приперли входную дверь. «Безнадега! — подумал Майкл. — Надолго ли их задержит комод? На секунду-другую?»

— А с окнами что? — спросила Алиша. — Их есть чем забаррикадировать?

Тяжеленный буфет сдвинуть не удалось.

— Черт с ним! — Алиша махнула рукой, вытащила из-за пояса пистолет и вручила Майклу. — Грир, на вас с Холлисом окно спальни! Остальных распределим так: двое к двери, по одному к каждому из окон, а ты, Штепсель, караулишь камин. Сперва пикировщики растерзают лошадей…

Все разошлись по местам.

— Вон они, вижу! — закричал из спальни Холлис.

Что-то случилось. Они должны были уже явиться. Лейси чувствовала их близость, неутолимый голод и вечный вопрос: «Кто я? Кто я? Кто я?»

Может, войти в туннель и позвать снова?

«Придите ко мне! Придите! Придите!» Лейси быстро пробралась к началу туннеля. Брешь теперь напоминала овальный кусочек серого утра. Настоящие солнечные лучи попадут сюда не с востока, а с запада, отраженные о дальнюю сторону заледеневшей долины.

Лейси бесшумно выбралась из туннеля. Чуть ниже снег превратился в кашу — там поднимались в гору вирусоносители. Многотысячный Легион пополнялся все новыми душами.

Они прошли мимо…

Черное отчаяние охватило Лейси.

«Где вы?» — подумала она, а потом выкрикнула, услышав в собственном голосе злость.

— Где вы?!

Гулкое эхо разнесло вопрос по долине: «Где вы? Где вы? Где вы?»

Лейси ответила полная, абсолютная тишина, а потом из ледяного безмолвия донеслось:

— Я здесь!

* * *

Вирусоносители одновременно налетели и на окна, и на дверь, поэтому бьющееся стекло зазвенело в унисон с треском древесины. Подпиравшего комод Питера швырнуло на Эми. Судя по грохоту выстрелов, в спальне бешено отстреливались Холлис и Грир. Стреляли все: Алиша, Сара, Майкл и даже Эми.

— Отходите! — велела Алиша. — Дверь вот-вот рухнет!

Питер схватил Эми за руку и потащил в спальню. Холлис палил из окна, а Грир с окровавленной головой лежал на полу у кровати.

— Это стекло! — заверил он, стараясь перекричать треск винтовки Холлиса. — Это просто стекло!

— Холлис, держись у окна! — Алиша выбросила пустую обойму, вставила новую и передернула затвор. — Спальня — наш последний рубеж! Всем приготовиться!

Жалобно скрипнув, входная дверь слетела с петель. Алиша, стоявшая ближе всех к занавеске, развернулась и открыла огонь.

Одолел ее не первый, не второй и даже не третий пикировщик, а только четвертый, и то лишь потому, что обойма опустела. Впоследствии Питер вспоминал случившееся отдельными эпизодами: стук гильз по деревянному полу, змейку порохового дыма, падение опустевшей обоймы, попытку Алиши вытащить новую, прыжок пикировщика сквозь изрешеченный занавес, безжалостную гладкость его лица, сверкание глаз и оскаленных зубов, запоздалый рывок Алишиной руки к ножу, падение пикировщика на безоружную жертву, клыки, вонзившиеся в нежную шею…

Мерзкую тварь уничтожил Холлис. Едва вирусоноситель поднял голову, Холлис вогнал винтовку ему в пасть и выстрелил, размазав мозги по стене спальни. Питер схватил Алишу за плечи и оттащил от двери. Из раны ручьем текла темная кровь, впитываясь в ткань ее жилета. Кто-то отчаянно звал Алишу по имени. «Неужели это я? — удивился Питер. — Впрочем, какая разница?» Он облокотился на стену, прижал Алишу к себе, машинально накрыв рану ладонью — вдруг кровь остановится? Рядом у стены сидели Эми и Сара. Сквозь занавес прорвался еще один пикировщик. Питер нащупал пистолет и выстрелил. Первым патроном он не попал, зато вторым уложил вирусоносителя.

Как странно дышит Алиша, словно давится воздухом. А сколько крови… Святые небеса, сколько крови!

Питер зажмурился и еще крепче прижал Алишу к себе.

Лейси обернулась и у самого входа в туннель увидела Бэбкока. Вот она, Божья тварь, великая и ужасная! Страха Лейси не чувствовала, лишь в очередной раз подивилась могуществу Господа: надо же, сотворил существо, которому по силам уничтожить мир! Сияние существа было под стать его силе — великое, ужасное, а еще священное, как свет ангелов. Дивясь ему, Лейси с радостью поняла, что не ошибалась, что ее долгая миссия закончится именно так, как она предполагала. Началась эта миссия сырым весенним утром в Мемфисе, штат Теннесси, когда она открыла дверь Монастыря сестер милосердия и увидела девочку.

«Видишь, Джонас, я была права! Все грехи отпущены, все потерянное вернется. Я иду к тебе! Я уже почти с тобой!» — подумала она и бросилась в туннель.

— Приди ко мне! Приди ко мне! Приди ко мне!

Лейси бежала со всех ног. Она бежала не по туннелю, затягивая в него Бэбкока — нет, она в ипостаси испуганной малышки снова неслась по полю. Среди каменных стен она чувствовала сладковатый запах земли и ласковое прикосновение ночного ветерка, она слышала крики сестер и голос мамы: «Бегите, девочки, бегите!»

Она распахнула дверь и длинным, освещенным люминесцентными лампами коридором помчалась в зал, где ждали мензурки, батарея, каталка и прочие реликвии старого мира с его страшными нечеловеческими мечтами.

Лейси резко затормозила и повернулась лицом к двери. А вот и он!

— Я Бэбкок, один из Дюжины!

«Я тоже одна из вас», — подумала сестра Лейси.

«0:00» — мелькнуло на крошечном мониторе.

Бомба взорвалась.

Душа Лейси воспарила к небесам.

69

Она Эми. Она будет жить вечно. Она одна из Дюжины, но иная, первая и последняя, сестра Ноля. Она Девочка ниоткуда, Приблудшая, Прожившая тысячу лет, Многоликая Эми, Девочка с тысячами душ.

Она Эми. Она Эми. Она Эми.

После гула, грохота, скрежета и дрожания пола под ногами первой поднялась именно она. Домик Лейси колыхался и раскачивался, как утлая лодчонка в бурном море, как цветок на ветру. Все кричали, вопили, жались к стенам, отчаянно пытались удержать равновесие.