Билли Саммерс - Стивен Кинг

Ее улыбка становится шире.

– Да, и квартирка премилая! Полностью обставлена, как написано на табличке. Хотя мебель только самая необходимая. Я вообще-то хотела снять ее, но муж воспротивился: если нам дадут добро, в подвале будет тесновато. Мы пытаемся усыновить ребенка.

Билли искренне удивлен. Она только что открыла ему самое главное о себе – самое главное о своем браке, – хотя минутой ранее отказалась выдать, сколько они с мужем платят за квартиру. Арендная плата его не слишком интересовала, спрашивал он просто для правдоподобности.

– Что ж, удачи вам. И спасибо. Если мы с мистером Рихтером сговоримся, вы меня еще увидите. Всего вам доброго.

– И вам. Приятно познакомиться. – На сей раз она пожимает ему руку по-настоящему, и Билли опять приходят на ум слова Ника: Ты умеешь ладить с людьми, не заводя с ними дружбы. Приятно знать, что полнота никак не отразилась на этом его даре.

Когда он уже отходит от дома, миссис Дженсен кричит ему вслед:

– Знаете, в подвале даже в жару наверняка прохладно! Эх, жаль, что мы его не сняли!

Билли показывает ей большой палец и уходит обратно в сторону центра. Он увидел все, что хотел, и принял решение. Квартира ему подходит, и Нику Маджаряну не нужно о ней знать.

На полпути обратно ему попадается крохотный захудалый магазинчик, где можно купить сигареты, сладости, журналы, холодные напитки и одноразовые телефоны в коробках-блистерах. Билли покупает один, расплачиваясь наличными, садится на скамейку автобусной остановки и включает. Он воспользуется им столько раз, сколько необходимо, а потом выбросит. Остальные тоже. Копы сразу поймут, что Джоэла Аллена убил Дэвид Локридж (опять-таки если все пройдет как надо). Затем они выяснят, что Дэвид Локридж – псевдоним некоего Уильяма Саммерса, бывшего морпеха с отменными снайперскими навыками и изрядным количеством убитых на счету. Еще они проведают о связи Саммерса с Кеннетом Хоффом, которому отведена роль козла отпущения. Однако про перевоплощение Билли Саммерса в Далтона Смита они не узнают. И Ник тоже.

Билли звонит Баки Хэнсону в Нью-Йорк и велит отправить коробку с надписью «Страховка» по адресу Эвергрин-стрит, 24.

– Ага, стало быть, это конец? Ты в самом деле уходишь в отставку?

– Похоже на то, – отвечает Билли. – Позже все обсудим – при встрече.

– Не вопрос. Главное, чтобы эта встреча состоялась не в тюряге, куда я приеду тебя навещать. Держись там, старина.

Билли вешает трубку и совершает еще один звонок – Рихтеру, риелтору, который занимается домом номер 658 по Пирсон-стрит.

– Как я понял, вся мебель там есть. А вайфай?

– Секундочку, – отвечает мистер Рихтер.

Проходит почти минута, в трубке шелестит бумага.

Наконец риелтор говорит:

– Да, Интернет провели два года назад, а вот кабельного нет – об этом вам придется позаботиться самому.

– Хорошо, – говорит Билли. – Я готов снять. Можно подъехать к вам в офис?

– Да я и сам могу подъехать, покажу вам квартиру.

– В этом нет необходимости. Мне просто нужна временная база в этой части страны. Может, год или два здесь пробуду. Так-то я почти все время в разъездах. Район мне показался тихим, это главное.

Рихтер смеется.

– Тише не придумаешь – с тех пор, как снесли железнодорожную станцию. Но местные не рады: торговля совсем загибается, лучше уж шум потерпеть.

Они договариваются о встрече в следующий понедельник, и Билли возвращается на четвертый уровень парковки, где стоит его «тойота» – местечко он выбирал такое, куда камеры наблюдения не достают. Если эти камеры вообще работают: вид у них порядком усталый. Билли снимает парик, усы, очки, бутафорский живот. Закинув все это в багажник, шагает в «Башню Джерарда», благо идти недалеко.

Билли приходит вовремя: фургон с мексиканской едой еще стоит на месте. Он съедает буррито в компании Джима Олбрайта и Джона Колтона, адвокатов с пятого этажа. Опять видит в толпе Колина Уайта, денди из КАЛа. В матроске тот выглядит очаровательно.

– Нет, только гляньте на него, – смеется Джим. – Чудо в перьях!

– Ага, – соглашается Билли, а сам думает: чудо в перьях примерно с меня ростом.