Ганнибал - Томас Харрис

Больница начала катиться под откос задолго до того момента, когда во время отпуска исчез ее директор, доктор Фредерик Чилтон. Вскрывшиеся после этого растраты, ошибки в управлении наряду с обветшалостью здания привели к тому, что финансирование больницы было прекращено. Некоторых пациентов перевели в другие лечебные учреждения штата, некоторые из них успели умереть, а часть бродила по улицам Балтимора. Это были жертвы неудачной программы амбулаторного лечения. Вливания торазина превратили их в зомби. И никто не знает, сколько из них погибло от мороза холодными зимними ночами.

Лишь оказавшись перед входом в старое здание, Клэрис Старлинг поняла, что, прежде чем прийти сюда, она приложила максимальные усилия для того, чтобы исчерпать все другие возможности. Ей очень не хотелось еще раз возвращаться в это место.

Сторож опоздал на сорок пять минут. Это был пожилой мужчина плотного телосложения, со стучащим о мостовую протезом вместо ступни и прической, распространенной в Восточной Европе. Стригся он, судя по виду его волос, дома. Хрипло дыша, страж провел Старлинг к боковой двери, расположенной на несколько ступеней ниже уровня тротуара. Вандалы давным-давно украли врезной замок, и дверь была закреплена цепью с двумя висячими замками. Старлинг обратила внимание на то, что звенья цепи покрыты толстым слоем пыли. Торчащая из трещин на ступенях трава щекотала ее лодыжки. Сторож долго возился с ключами. День клонился к вечеру, небо было затянуто облаками, и предметы не отбрасывали тени.

— Я не есть знающий здание хорошо. Я всего лишь проверять пожарный тревог.

— Вы не знаете, где могут храниться документы? Не видели шкафов с папками или отчетами?

— После госпиталь они здесь еще несколько месяцев чего-то лечить. Отнесли все в подвал. Кровати, белье и еще что-то. Не знаю что. Там, где низ, есть очень плехо для моей астма. Плесень. Очень плехой плесень. Матрасы покрывать плесень, кровать тоже покрывать. Я не мочь там дышать. А ступени — целый ад для ног. Я вам все показать бы, но…

Старлинг была бы рада даже обществу старца, но он слишком замедлил бы все действия.

— Не надо. Отправляйтесь к себе. Где ваша база?

— Дальше по кварталу. Там, где раньше быть бюро выдачи шоферский лицензия.

— Если я не вернусь через час…

— Рабочий день кончаться мне через полчаса, — сказал он, бросив взгляд на часы.

С этим проклятым восточноевропейским подходом надо кончать!

— Вы, сэр, будете ждать меня в вашей конуре с вашим комплектом ключей. Если я не вернусь через час, позвоните по номеру, напечатанному на этой карточке, и сообщите о том, куда я направилась. Если вас не окажется на месте, когда я вернусь, если вы закроете контору и уйдете домой, я лично доложу об этом вашему начальнику. Кроме того… Кроме того, вас проверит налоговая служба, а Бюро иммиграции и.., натурализации снова обратится к вашему делу. Вы меня поняли? Я хотела бы услышать ваш ответ, сэр.

— Я обязательно стать вас ждать. Само собой. Вам не надо говорить такой вещь.

— Весьма вам признательна, сэр.

Сторож, цепляясь большими руками за железные перила, вытащил себя на тротуар. Старлинг слышала, как постепенно затихает неровный стук его протеза. Она толчком открыла дверь и оказалась на площадке пожарной лестницы. Через высокие, закрытые решетками окна лестничной клетки едва пробивался серый свет. Старлинг не знала, как поступить: повесить ли на цепь замки или оставить дверь открытой, на тот случай, если потеряются ключи. В конечном итоге она пришла к компромиссу и завязала цепь узлом.

В прошлый раз, когда ей предстояла встреча с доктором Лектером, Старлинг входила через главный вход, и сейчас ей прежде всего надо было определить, где она находится.

По пожарной лестнице Старлинг вскарабкалась на первый этаж. Матовые стекла почти совсем не пропускали свет, и в помещении царила полутьма. С помощью своего мощного ручного фонаря она отыскала выключатель и зажгла верхний свет. В искореженной, косо висевшей люстре загорелись три лампы. На столе регистратора лежал пучок растрепанных телефонных проводов.

Вандалы с распылителями черной краски не оставили своим вниманием первый этаж. На стене приемного отделения был изображен восьмифутовый фаллос с мошонкой, под которым стояла подпись: ФАРОН МАМА, ПОДРОЧИ МЕНЯ.

Дверь в кабинет директора была нараспашку. Старлинг остановилась на пороге. Именно сюда пришла она, выполняя первое задание ФБР. Тогда она еще училась и свято верила во все, что ей вдалбливали в голову. Она считала, что если ты хорошо справляешься со своим делом, умеешь выполнять работу с минимальными затратами средств и сил, ты будешь востребован и принят в команду вне зависимости от национальности, расы, вероисповедания или цвета кожи. При этом не будет иметь значения, ходил ли ты в ту же школу, в которой учились твои коллеги, или нет. Теперь же из всего символа веры у Старлинг сохранился лишь один пункт. Она верила в то, что способна выполнить любую работу с минимальными затратами сил и средств.

На этом месте директор больницы Чилтон предложил ей свою сальную руку. Здесь он подслушивал и пытался обмениваться секретами. Именно здесь, считая себя таким же умным и ловким, как Ганнибал Лектер, он принял решение, позволившее Лектеру бежать, прихватив с собой столько жизней.

Стол Чилтона остался на месте, но стул украли, поскольку его малые размеры позволяли это сделать. Ящики стола были пустыми, если не считать одной раздавленной таблетки алка-зельцер. В кабинете остались два шкафа с выдвижными ящиками для хранения досье. Ящики были снабжены примитивными замками, и бывший технический агент Клэрис Старлинг открыла их менее чем за минуту. В нижнем ящике обнаружились сухой сандвич в бумажном пакете и три бланка опросного медицинского листа. В другом ящике оказались таблетки, придающие дыханию свежесть, тюбик тоника для волос, расческа и несколько презервативов.

Мысли Старлинг обратились к подземному, похожему на темницу этажу лечебницы, где доктор Лектер провел восемь долгих лет. Ей страшно не хотелось туда спускаться. Вообще то можно было воспользоваться сотовым телефоном и попросить городских полицейских отправиться в подвал вместе о ней. Можно было обратиться и в местное отделение ФБР, чтобы оттуда выслали агента. Однако день неуклонно катился к вечеру, и, даже отправившись в путь немедленно, ей не избе жать автомобильных пробок, которые возникают в час пик на дороге в Вашингтон. Если потерять время на ожидание под моги, то шоссе будет забито машинами еще сильнее.

Несмотря на толстый слой пыли, она присела на край стола, за которым когда-то восседал Чилтон. Надо подумать. Действительно ли она не верит в то, что в подвале хранятся истории болезни, или ей просто не хочется возвращаться туда, где она впервые встретила Ганнибала Лектера?

Если Клэрис Старлинг и приобрела какие-нибудь навыки за время своей карьеры в органах охраны правопорядка, то это прежде всего был навык не искать приключений на свою голову. Ощущение ужаса не возбуждало, и сейчас ей вовсе не хотелось снова пережить страх, который она испытала когда-то. Но с другой стороны, в подвале все же могли находиться нужные ей досье. Это можно выяснить уже через пять минут.