Два лика января - Патриция Хайсмит

— Было Чемберс. — Нико ткнул грязным пальцем в подпись. — Фрэнк изменял. Он изменял и номер паспорта.

Райдел кивнул, раскрыл другой паспорт и проверил описание цвета волос и глаз. Глаза — благодарение богу! — синие; от сердца у него отлегло.

Теперь Колетте двадцать девять лет. Правда, прошлым вечером она говорила, что ей двадцать пять. Но это не страшно. Он посмотрел на ее фотографию, которую прежде не видел, и подумал, что даже здесь у нее был все тот же взгляд. Райдел проверил штамп. Обе половинки надписи, на фотографии и на странице, совпадали, образуя единое целое: «Нью-Йоркская паспортная служба при Государственном департаменте». То же самое в паспорте Честера. Все выполнено аккуратно и в то же время выглядит так, словно сделано давно. Оба паспорта сильно запачканы. Можно представить, через сколько рук они прошли, прежде чем попали к Райделу. Он закрыл их и убрал в карман пальто.

— Ну как?

— Порядок! — кивнул Райдел.

Но, вспомнив о чем-то, достал документы снова и внимательно проверил штампы на последней странице каждого паспорта. Все нормально. Штампа «выезд» не было, только штамп «въезд». Проставлены в декабре. Это означало, что прежние владельцы паспортов не покидали Греции, во всяком случае с этими паспортами.

— Пошли, — сказал он и, засунув руки в карманы брюк, направился к зданию аэропорта.

Его левая рука нащупала пару сложенных пятисотенных банкнот, которые сегодня утром дал ему Честер для Нико. Еще пять тысяч долларов лежали в заднем кармане его брюк. Наличие такой крупной суммы вызывало у Райдела определенное беспокойство, впрочем, не очень сильное. Вряд ли потеря этих денег была бы для Честера сколько-нибудь ощутимой. Райделу вспомнилось, как в кафе он передал Честеру чемодан, который принес из рыбного ресторанчика на набережной, и как тот скрылся с ним за занавеской, отделявшей туалет. Честер испытывал необходимость прятаться, когда доставал наличные.

— Деньги есть? — забеспокоился Нико.

Райдел вытащил левую руку.

— Вот твоя доля.

Нико взял деньги и тут же быстро спрятал их куда-то.

Райдел огляделся по сторонам. За ними никто не следил. Расстегнув задний карман брюк, он достал остальную сумму.

— Можешь не пересчитывать. Здесь десять пятисотенных. — Он заметил, как дрогнула у Нико рука, когда тот брал деньги.

— Отлично. Спасибо. — Нико расплылся в улыбке.

Райдел улыбнулся в ответ и снова бросил взгляд в сторону аэропорта.

— А ты сам сколько получаешь? — спросил Нико.

— Пока не знаю.

— Он убивал человека, так? Я читал утренний газета.

— Это был несчастный случай.

— Конечно, но… он убивал.

«Так что тяни из него побольше», — как бы советовал Нико.

— Посмотрим, — уклончиво ответил Райдел.

— Когда будешь в Афины? — Нико улыбнулся, обнажив металлическую коронку и желтый передний зуб — результат плохого питания и ухода. Райделу вспомнились белые зубы Колетты и ее нежные губы.

— Пока не знаю. Надо осмотреть достопримечательности Крита. Я ведь здесь впервые.

Выпятив нижнюю губу, Нико саркастически улыбнулся и кивнул. Он явно собирался бросить язвительное замечание, но сдержался и только хихикнул.

— Я тоже.

Какое-то время оба молчали, наконец Райдел сказал:

— Кажется, началась посадка на твой самолет.

Нико словно током ударило. Он рванулся вперед, будто это был городской автобус, который не станет никого ждать. Но через несколько ярдов остановился и рассмеялся:

— Да! Фрэнк говорить, он хочет назначить свидание… та девчонка! — И ткнул в сторону Райдела пальцем.

Только тут Райдел понял, что Нико имел в виду Колетту. Он, закинув голову, засмеялся, затем помахал Нико на прощание.

— Привет Анне! — И зашагал к зданию аэропорта.

Автобус в Ираклион уже ушел, и Райделу пришлось взять такси. Сидя в машине, он откинул голову на жесткую спинку сиденья и закрыл глаза. Они болели от недосыпания.

Он встретился с Макфарландами, как они и условились, в небольшом ресторанчике возле круглого фонтана на центральной улице в шести кварталах от моря. Честер уже успел побриться своей электробритвой на батарейках, очевидно в каком-нибудь туалете, и выглядел куда свежее, чем был, когда они расстались. Правда, его красные глаза немного косили от усталости. Оба, Честер и Колетта, смотрели на Райдела с тревогой и надеждой. Он улыбнулся и успокаивающе кивнул. Видимо, они только что закончили ланч. На столе перед ними стояли пустые кофейные чашки, рядом с Честером — большой мутноватый бокал узо.

— Могу вас поздравить, — сказал Райдел и пододвинул к себе стул.

— Вы получили их? — спросил Честер.

— Ага. — Райдел посмотрел на угрюмого официанта, который подошел к их столику. — Пожалуйста, один кофе, — попросил он по-гречески.

Официант ушел. Райдел огляделся, чтобы убедиться, не привлек ли он к себе чей-либо интерес. Затем с невозмутимым видом закурил сигарету и расстегнул пальто. Кроме них в ресторанчике было еще три посетителя. За столиком позади сидел тучный господин с газетой в руках, и за столиком в пятнадцати футах — два грека, они уже поели и теперь о чем-то оживленно разговаривали. Райдел достал из кармана пальто паспорта и протянул их под столом Честеру.

Заметно волнуясь, Честер огляделся, раскрыл на коленях один из паспортов и перелистал. Затем проверил другой паспорт. Довольная улыбка осветила его лицо.

— Хорошая работа. Сделано безукоризненно.

— Согласен, — кивнул Райдел.

— Хочешь посмотреть, дорогая? — спросил Честер Колетту.

— Ну… Не здесь. Я тебе верю. Меня больше интересует гостиница.

— Можете не ждать меня. Я еще выпью кофе. И если вам не трудно, захватите мой чемодан. Чаевые хозяину я уже заплатил.

Их багаж по-прежнему оставался у владельца рыбного ресторанчика, за исключением парусинового чемодана, в котором Честер держал деньги. Макфарланды решили остановиться в гостинице «Астир». Судя по всему, она была лучшая в городе.

Честер и Колетта сказали, что подождут Райдела.

— Десять минут ничего не изменят, — улыбнулся Честер.

Он и Колетта заметно повеселели, ободренные перспективой горячей ванны. Райдел допил свой кофе, Честер оплатил счет, и они вышли. Пока мужчины ходили за чемоданами, Колетта дожидалась их в вестибюле гостиницы «Астир».

— Вам следует освоить подпись Чемберлена, — заметил Райдел. — В гостинице предстоит расписываться в регистрационной карточке.

— Вы правы. Я сделаю это сейчас же, — сказал Честер. Он выглядел возбужденным.

Усевшись на низкий цементный парапет на набережной, он достал паспорт и записную книжку. Открыв паспорт на второй странице, он принялся копировать подпись Уильяма Джеймса Чемберлена. Оставшись недовольным первыми двумя попытками, внимательно, с расстояния вытянутой руки рассмотрел третью, затем сделал четвертую и пятую.