Глаз Бога - Джеймс Роллинс

Джада кивнула. Вид у нее был такой же невеселый, как и у Пейнтера.

– То есть мы обречены, если предпримем какие-либо действия, и равно обречены, если ничего не будем предпринимать.

Молодая женщина пожала плечами.

– По большому счету, в этом заключается вся суть квантовой механики.

– В таком случае, что же вы предлагаете делать?

– Нужно разыскать спутник. Это наша первоочередная задача.

– Вы говорите совсем как генерал Меткалф.

– Он прав. Все мои теории – не более чем предположения. Но, возможно, исследовав обломки, я смогу предложить нечто более определенное. – Джада повернулась в кресле так, чтобы смотреть Пейнтеру в лицо. – Знаю, вы не очень-то рады тому, что я присоединилась к группе, которая отправляется в Монголию разыскивать обломки, однако никто не знает спутник так хорошо, как я. Если не иметь под рукой кого-нибудь, кто обладает самой доскональной информацией, можно упустить что-либо ценное – и даже хуже.

– Что вы имеете в виду под «даже хуже»?

Джада тяжело вздохнула.

– Я уже говорила вам, что выброс темной энергии, вероятно, «сморщил» пространственно-временной континуум, и складка оказалась гораздо глубже, чем позволяли предположить любые оценки. Однако мои предварительные расчеты предупреждают о более серьезной угрозе.

– Какой?

– Существует небольшая вероятность того, что мы могли породить в пространственно-временном континууме какой-то «узелок», нечто недолговечное, способное продержаться лишь короткое время, – и этот узелок может остаться переплетенным на квантовом уровне с обломками спутника.

– Переплетенным?

– Подобное происходит, когда два объекта какое-то время взаимодействуют между собой, начинают обмениваться квантовыми состояниями, после чего разъединяются. В определенных случаях их квантовое состояние остается связанным, и тогда изменения квантового статуса одного объекта немедленно вызывают изменения другого. Даже если их разделяет огромное расстояние.

– По-моему, это противоречит логике.

– И нарушает постулат о скорости света. На самом деле Эйнштейна это очень напугало. Он назвал такой эффект «spukhafte Fernwirkung», «сверхъестественным воздействием на расстоянии». Однако данный феномен не только был наглядно продемонстрирован в лабораториях на субатомном уровне. Недавно группа китайских исследователей добилась того же самого с двумя алмазами, видимыми невооруженным глазом. Для этого нужно лишь достаточно большое количество энергии.

– Что-нибудь вроде выброса темной энергии…

– Совершенно верно. Если в искривлении пространства и времени вокруг Земли действительно есть «узелок», квантовое состояние которого переплелось со спутником, любое неправильное обращение с обломками может привести к тому, что узелок разорвет дыру из космоса до самой поверхности Земли.

– И ничего хорошего в этом не будет.

– Да, если вам хочется, чтобы на нашей планете и дальше существовала жизнь.

– Вы выдвинули очень интересную теорию, доктор Шоу.

Пейнтер не успел еще договорить эту фразу до конца, как у него зазвонил спутниковый телефон. Взглянув на экран, он увидел, что его вызывают из штаба «Сигмы» в Вашингтоне. Это была капитан Кэтрин Брайант, его первый заместитель. Основной специализацией Кэт был сбор разведывательной информации, однако сейчас Пейнтер поручил ей проделать предварительную работу по подготовке поискового отряда.

Недавно у них уже состоялся краткий разговор. Предварительный план состоял в том, чтобы отправить группу коммандера Пирса прямиком из Китая в Улан-Батор, столицу Монголии, где она встретится с отрядом из двух человек, посланных из Вашингтона.

Кэт предложила задействовать в операции как можно меньше людей, поскольку место падения спутника находилось на территории особо охраняемой зоны природного и исторического наследия Хан-Хэнтэй, доступ куда был строго ограничен, особенно для иностранцев. Кроме того, для монголов эти земли были священными. Малейший неверный шаг мог привести к тому, что поисковый отряд выдворят из Хан-Хэнтэя.

Как следствие, подробности плана все еще прорабатывались.

Отвечая на звонок Кэт, Пейнтер рассчитывал услышать обнадеживающие новости. Однако первые же ее слова быстро раздавили эту надежду.

– Господин директор, у нас новая проблема.

Конечно, в этом можно было не сомневаться…

– По информационным каналам разведывательных ведомств я только что получила сообщение о террористическом акте в Италии. Известия по-прежнему обрывочны, но, судя по всему, кто-то выстрелил из реактивного гранатомета в окно университетского кабинета монсеньора Вероны.

– Вигора? С ним все в порядке?

– К счастью, да. Больше того, я вывела его на вашу линию. Он еще не до конца пришел в себя после случившегося, но при взрыве гранаты присутствовала племянница монсеньора Вероны, и ей удалось вывести его из здания университета живым и невредимым.

У Пейнтера и без того было забот по горло, однако он считал себя в долгу перед пожилым прелатом.

– Дай мне его.

Кэт установила соединение, и в трубке раздался знакомый тенор монсеньора Вероны.

– Директор Кроу, grazie[11]. – Учитывая данные обстоятельства, голос Вигора звучал на удивление спокойно, но, впрочем, старик был крепким. – Знаю, вы заняты, но я хочу обратить ваше внимание на одно в высшей степени важное дело.

– Что стряслось?

– Если вкратце, я считаю, что мир приближается к серьезному кризису.

Пейнтер почувствовал, как у него в груди образовалась леденящая пустота.

– Почему вы так думаете?

Монсеньор пустился в пространный рассказ про таинственную посылку от своего умершего коллеги-археолога, содержащую череп и книгу, переплетенную в человеческую кожу. Он упомянул про венгерских колдунов, талмудические талисманы и надпись с просьбой о спасении.

По мере того как Вигор говорил, леденящий холод потихоньку отступал. На смену ему приходило облегчение. Все это не имело никакого отношения к тому, свидетелем чего стал Пейнтер в космическом центре.

– Теперь, после нападения, я, кажется, понимаю, почему мой коллега брат Иосип скрывался столько лет, – продолжал Вигор. – Несомненно, его розыски привлекли внимание неких людей, которые не остановятся перед любым насилием, лишь бы не позволить миру ознакомиться с этими знаниями. Брат Иосип попросил, чтобы я приехал к нему в Среднюю Азию, на побережье Аральского моря. Я надеялся, вы сможете предложить какую-то помощь на месте, особенно если учесть, что время поджимает.

Пейнтеру хотелось бы выделить монсеньору людей, однако в данной ситуации он не имел права распылять свои силы.