Ее последнее прощай - Мелинда Ли

Минуту спустя шериф вернулся с двумя бутылочками воды. Присев на краешек стола, он протянул одну из бутылок Морган.

– Значит, вы Морган Дейн? – спросил он, глядя на неё в упор.

– Да, – ответила она, принимая бутылку. – Спасибо.

Морган пару раз видела шерифа по телевизору и очень много слышала о нем. Он был жестким человеком и таким, собственно, и выглядел. Обветренная кожа вокруг глаз и губ усыпана мелкими морщинами, как будто он постоянно хмурил брови и перекашивал рот. Нос с горбинкой, над бровью шрам. Ее ничуть не смутила его брутальная внешность, а вот в его глазах, осматривающих ее с головы до ног, явно читалось удивление. Это показалось ей странным. В ходе расследования последнего дела она не раз выступала на пресс-конференциях, он не мог ее не видеть.

– Внешность у вас обманчивая, – произнес шериф неуверенно, словно не зная, что с ней делать. – Тайлер Грин вас, видимо, тоже недооценил.

Вспомнив утренний инцидент, Морган вспыхнула.

– У Грина сломан нос. Он жалуется на головную боль, спину ломит – не разогнуться. И я, и мой помощник провели все утро, занимаясь этим Грином, уйма звонков от его адвоката.

При слове адвокат шериф скривился.

– Очередная головная боль.

Я или Тайлер?

Шериф сжал зубы. Всем своим видом он показывал, что Морган тут не место.

– Вам сегодня повезло. Он мог вас убить.

Морган пришлось проглотить все готовые сорваться с губ слова о том, что он сексист проклятый и вообще лезет не в свое дело. Ей ведь надо завоевать его расположение. Если начать с ним бодаться, никакого толку не выйдет.

– Я была не одна.

– Это хорошо.

– И уверяю вас: то, что я сломала Грину нос, вовсе не было несчастным случаем.

В его глазах вновь мелькнуло удивление, которое вскоре сменилось чуть ли не уважением. Обогнув стол, Кинг грузно опустился на стул.

– Я слышал, вы обзавелись собственной вывеской. Решили, что уголовная защита прибыльнее, чем работа в прокуратуре?

– Дело не в деньгах.

Помолчав, Морган продолжала:

– Я из семьи полицейских. Мой брат работает в Департаменте полиции Нью-Йорка. Сестра – следователь в Полицейском управлении Скарлет-Фоллз. Дедушка – отставной детектив по расследованию убийств, а отец погиб при исполнении служебного долга. Я верю в справедливость и буду бороться за нее до конца. Но, боюсь, свой шанс поработать на окружного прокурора я упустила.

Шериф откашлялся. Кажется, прикрываясь рукой, он прятал насмешку?

– Похоже, дорогуша, ты распорядилась этим шансом не хуже, чем Ричард Петти^[3].

В голове у Морган зашумело. Неужели он назвал ее дорогушей?

– Итак, чем обязан вашему визиту? – спросил шериф.

– Я представляю интересы Тима Кларка.

Кинг подался вперед. Оперся локтями о стол.

– Против Тима не выдвинуто никаких обвинений. Зачем ему адвокат?

– После того, как в прошлом месяце оказался арестован невиновный человек, Тиму кажется, что вы подозреваете его в причастности к исчезновению его жены.

Кинг провел рукой по лоснящимся щекам.

– Полагаю, Крюгер и Шарп тоже вовлечены в это дело?

Морган кивнула.

– Да. Тим хочет, чтобы его жену нашли.

– Мы делаем все возможное, чтобы найти ее. Поскольку вы из семьи полицейских, вы понимаете, что я не могу вдаваться в детали по поводу хода расследования.

Кинг мог бы поделиться информацией. Но не хотел.

– Мы с вами в одном лагере. Все, чего мы хотим – найти Челси Кларк и вернуть ее семье.

А также защитить интересы Тима.

– Официальное расследование ее исчезновения в самом разгаре, – отчеканил Кинг не терпящим возражений тоном.

– Любая информация, которую вы мне сообщите, могла бы помочь нам. Я знаю, что ваш отдел перегружен. Вы не можете посвятить сто процентов внимания этому расследованию. Шарп и Крюгер – опытные детективы, которые могут позволить себе полностью сосредоточиться на поисках Челси. У вас же не хватает ни сотрудников, ни бюджета.

Кинг долго смотрел на нее, не отвечая. Несмотря на его репутацию хорошего юриста, он был человеком упрямым и высокомерным. Морган не может заставить его сотрудничать. Нужно найти другой подход, но Кинг не из тех, кто даст себя облапошить. Ее аргументы должны быть искренними и убедительными. И не затрагивать ресурсы его отдела. Необходимо вывести его из равновесия, достучаться до него как до человека.

Морган решила воздействовать на то, что мужчины – особенно такие брутальные – обычно плохо контролируют: на эмоции.

– Моя младшая была совсем малышкой, когда мужа убили в Ираке.

Кинг несколько раз моргнул.

– Мне очень жаль.

Морган постаралась сделать так, чтобы на ее лице отобразились настоящие чувства.

– Я знаю, каково это – в одиночку растить детей. Знаю, как больно все время напоминать детям об отце, чтобы они его не забыли. Знаю, как трудно рассказывать им снова и снова, почему папочка больше никогда не вернется. Если никто не найдет жену Тима, он даже не сможет ничего толком объяснить детям. Я не хочу, чтобы они жили, не зная, что случилось с их матерью.

В течение двух долгих изнурительных лет она жила словно под темной тучей и только сейчас оправлялась от горя, постепенно обнаруживая, что на небе по-прежнему светит солнце, а она сама ещё жива. Она до сих пор любила Джона и очень скучала по нему, но к ней вдруг пришло осознание того, что он бы рассердился, если бы увидел, что она решила провести остаток жизни в печали.

И ей не следует винить себя за то, что она позволяет себе быть счастливой.

Кинг отвел глаза, ерзая на стуле. Было видно, что ему не по себе. Затем резко встал и принялся шагать по кабинету. С его длинными ногами получалось не больше трех шагов в одну сторону. Он выглядел как хищник, запертый в слишком тесную клетку.

– Я не хочу ставить расследование под угрозу.

– Сколько версий вы уже отработали?

Кинг остановился. Лицо его приняло жесткое выражение.

– Мы с вами прекрасно знаем, что большинство пропавших взрослых людей на самом деле уезжают по доброй воле и со временем находятся сами.

– А у вас ограниченные ресурсы. Я понимаю.

Морган решила использовать против него свой аргумент.