Девушка, которая взрывала воздушные замки - Стиг Ларссон

— И?

— Боргшё приказал мне замять это материал.

— Ясно. И вы в отместку хотите выпустить его в «СМП».

— Нет. Не в отместку. Просто не вижу другого выхода. Если статью напечатает «СМП», у нас будет шанс выйти из ситуации с честью. Боргшё должен уйти. Но после всего этого я тоже не могу здесь оставаться.

Хольм две минуты помолчал.

— Черт, Бергер… Я не предполагал, что вы такая крутая. Никак не думал, что скажу это, но, раз у вас такой боевой характер, мне действительно жаль, что вы уходите.

— Вы могли бы остановить публикацию, но раз мы оба ее одобряем… Вы собираетесь давать ей ход?

— Черт возьми, конечно, мы ее напечатаем. Информация ведь просочится в любом случае.

— Именно.

Андерс Хольм встал, но замялся возле ее стола.

— Идите работайте, — сказала Эрика Бергер.

Выждав пять минут после ухода Хольма, она подняла трубку и позвонила Малин Эрикссон в «Миллениум».

— Привет, Малин. Нет ли там поблизости Хенри Кортеса?

— Есть. Сидит у себя за столом.

— Не могла бы ты пригласить его к себе в кабинет и включить на телефоне громкую связь? Нам надо посовещаться.

Хенри Кортес подошел в течение пяти секунд.

— Что происходит?

— Хенри, я сегодня совершила аморальный поступок.

— Неужели?

— Я передала твою статью о «Витаваре» Андерсу Хольму, начальнику отдела информации «СМП».

— Вот как…

— Я велела ему завтра дать статью в «СМП». За твоей подписью. Тебе, разумеется, заплатят. Ты сможешь сам назвать цену.

— Эрика… что, черт возьми, происходит?

Она кратко рассказала о событиях последних недель и о том, как Петер Фредрикссон ее чуть не уничтожил.

— Дьявол, — сказал Хенри Кортес.

— Хенри, я знаю, что материал твой. У меня просто нет выбора. Ты можешь на это пойти?

Хенри Кортес несколько секунд помолчал.

— Спасибо, что позвонила, Эрика. Можешь печатать статью за моей подписью. Если, разумеется, Малин не возражает.

— Я не возражаю, — вступила в разговор Малин.

— Отлично, — сказала Эрика. — Проинформируйте, пожалуйста, Микаэля. Думаю, его еще нет на месте.

— Я поговорю с Микаэлем, — пообещала Малин Эрикссон. — Но, Эрика, ведь это означает, что ты с сегодняшнего дня безработная?

Эрика засмеялась.

— Я решила устроить себе отпуск до конца года. Поверьте, что нескольких недель в «СМП» с меня вполне хватило.

— Думаю, тебе не следует начинать планировать отпуск, — заметила Малин.

— Почему нет?

— Ты можешь во второй половине дня заглянуть в «Миллениум»?

— Зачем?

— Мне требуется помощь. Если захочешь вернуться на должность главного редактора, можешь приступать завтра утром.

— Малин, главный редактор «Миллениума» ты. Ни о чем другом не может быть и речи.

— О'кей. Тогда выходи на должность ответственного секретаря редакции, — засмеялась Малин.

— Ты серьезно?

— Черт возьми, Эрика, мне так тебя не хватает, что я просто умираю. Я пришла в «Миллениум», в частности, за тем, чтобы иметь возможность работать с тобой. А ты вдруг взяла и оказалась не в той газете.

Эрика Бергер с минуту помолчала. Она даже не успела обдумать возможность возвращения в «Миллениум».

— Вы хотите, чтобы я вернулась? — медленно спросила она.

— А ты как думаешь? Подозреваю, что мы начнем с шикарного праздника, и главным организатором стану я. Ты вернешься как раз к тому моменту, когда нам предстоит публиковать сама знаешь что.

Эрика посмотрела на часы на письменном столе. Без пяти десять. В течение одного часа вся ее жизнь перевернулась. Она вдруг почувствовала, как сильно ей хочется вновь подняться по лестнице в «Миллениум».

— В ближайшие часы мне еще надо разобраться кое с чем в «СМП». Можно, я зайду к вам около четырех?

Рассказывая Драгану Арманскому о ночных событиях, Сусанн Линдер смотрела ему прямо в глаза. Она не упомянула лишь о своей уверенности в том, что к проникновению в компьютер Фредрикссона имела отношение Лисбет Саландер. Сусанн опустила это по двум причинам: во-первых, ей казалось, что это звучит слишком неправдоподобно, а во-вторых, она знала, что Драган Арманский активно участвует в деле Саландер вместе с Микаэлем Блумквистом.

Слушал Арманский очень внимательно. Закончив рассказ, Сусанн Линдер замолчала, ожидая его реакции.

— Около часа назад мне звонил Грегер Бекман, — сказал он.

— Вот как.

— Они с Эрикой Бергер заедут на неделе, чтобы подписать контракт. Они выражают благодарность за вклад «Милтон секьюрити» и, прежде всего, за твое участие.

— Ясно. Приятно, когда клиенты довольны.

— Он хочет также заказать домой сейф. Мы должны его установить и закончить все дела с сигнализацией к концу недели.

— Отлично.

— Он хочет, чтобы мы выставили им счет за твою работу в эти выходные.

— Хм.

— Иными словами, нам предстоит отправить им солидный счет.

— Ага.

Арманский вздохнул.

— Сусанн, ты ведь понимаешь, что Фредрикссон может пойти в полицию и заявить на тебя по множеству пунктов.

Она кивнула.

— Разумеется, он сам со свистом отправится в тюрьму, но, может, он решит, что дело того стоит.

— Не думаю, чтобы у него хватило пороху пойти в полицию.

— Пусть так, но ты действовала вопреки всем полученным от меня инструкциям.

— Я знаю, — сказала Сусанн Линдер.

— И как, ты считаешь, я должен на это отреагировать?

— Решать вам.

— А как, по твоему мнению, мне следует реагировать?

— Мое мнение никакого значения не имеет. За вами всегда остается право меня выставить.

— Едва ли. Я не могу себе позволить лишиться сотрудника твоего уровня.

— Спасибо.

— Но если ты снова проделаешь нечто подобное, я очень рассержусь.

Сусанн Линдер кивнула.

— Что ты сделала с жестким диском?