Девушка, которая взрывала воздушные замки - Стиг Ларссон

Микаэль покосился на часы. 14.47.

— Спасибо. Пока.

Он схватил сумку с ноутбуком и, не дожидаясь лифта, бросился вниз по лестнице. На бегу он набрал номер синего Т10 Хенри Кортеса.

— Кортес.

— Где ты находишься?

— В Академическом книжном магазине.

— Телеборьян встречается с Юнасом у кольца на Центральном вокзале в пятнадцать ноль-ноль. Я в пути, но тебе ближе.

— О черт! Бегу.

Микаэль добежал по Гётгатан и с максимальной скоростью помчался в сторону Шлюза. Возле Шлюза он, запыхавшись, покосился на наручные часы. Возможно, в словах Моники Фигуэролы о пользе пробежек что-то есть. 14.56. Ему не успеть. Он принялся искать такси.

Лисбет Саландер вернула телефон Андерсу Юнассону.

— Спасибо, — сказала она.

— Телеборьян? — спросил доктор, который слышал весь разговор.

Она кивнула и посмотрела ему в глаза.

— Телеборьян — самый настоящий подлец. Ты просто не представляешь.

— Да. Но я представляю, что в настоящий момент происходит нечто такое, от чего ты разволновалась больше, чем за все это время. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Лисбет улыбнулась Андерсу Юнассону кривой улыбкой.

— Вероятно, ты в ближайшее время получишь ответ на этот вопрос, — сказала она.

Хенри Кортес выскочил из книжного магазина как безумный. Он пересек Свеавеген по виадуку улицы Местер Самуэльсгатан, спустился вниз и завернул на виадук Кларабергсвиадуктен через Васагатан. Потом перескочил через Кларабергсгатан между отчаянно сигналившими ему автобусом и двумя машинами и ровно в 15.00 проскользнул в двери Центрального вокзала.

Перепрыгивая через три ступеньки, он спустился по эскалатору на главный этаж, пробежал мимо книжного киоска и только тут сбавил скорость, чтобы не привлекать к себе внимания, и стал усиленно всматриваться в людей поблизости от кольца.

Ни Телеборьяна, ни мужчины, которого сфотографировал у кафе Кристер Мальм и которого они считали Юнасом, видно не было. Хенри посмотрел на часы. 15.01. Он дышал так, будто пробежал Стокгольмский марафон.

Он наугад пробежал через зал и выскочил из дверей, выходивших на Васагатан. Остановился, огляделся и стал рассматривать всех в поле зрения, одного человека за другим, но не нашел ни Петера Телеборьяна, ни Юнаса.

Хенри развернулся и снова бросился в здание вокзала. 15.03. У кольца было пусто.

Потом он поднял взгляд, и перед ним буквально на секунду мелькнули взъерошенный профиль и бородка Петера Телеборьяна, выходившего из газетного киоска в другом конце зала. В следующую секунду рядом с ним материализовался мужчина с фотографий Кристера Мальма. Юнас! Они пересекли центральный зал и вышли на Васагатан через северный выход.

Хенри Кортес перевел дух, вытер ладонью пот со лба и направился за ними.

Микаэль Блумквист прибыл на Стокгольмский центральный вокзал на такси в 15.07. Он поспешил в главный зал, но не увидел там ни одного знакомого лица.

Он достал свой Т10, собираясь вызвать Хенри Кортеса, но телефон у него в руке зазвонил сам.

— Я их вижу. Они сидят в пабе «Три кубка» на Васагатан, возле спуска к поездам, идущим в сторону Аккала.

— Спасибо, Хенри. А ты где?

— Стою у барной стойки и пью пиво. Я это заслужил.

— О'кей. Меня они знают в лицо, поэтому я заходить не буду. У тебя, вероятно, нет возможности слышать их разговор.

— Ни малейшей. Я вижу спину Юнаса, а этот чертов Телеборьян бормочет себе под нос так, что даже по губам ничего не разобрать.

— Ясно.

— Но у нас может возникнуть проблема.

— Какая?

— Этот Юнас выложил на стол бумажник и мобильный телефон. А поверх бумажника положил ключи от машины.

— О'кей. Это я беру на себя.

Мобильный телефон Моники Фигуэролы исполнил лейтмотив из «Однажды на Диком Западе», и она отложила книгу о восприятии бога в античности, которую ей никак не удавалось дочитать.

— Привет. Это Микаэль. Что ты делаешь?

— Сижу дома и разбираю фотографии старых любовников. Меня сегодня бессовестно бросили.

— Прости. Машина у тебя поблизости?

— Когда я в последний раз смотрела, она была на стоянке перед домом.

— Отлично. Ты не хочешь прокатиться по городу?

— Не особенно. Что происходит?

— Петер Телеборьян пьет пиво с Юнасом в районе Васастан. А поскольку я завел привычку стучать в СЭПО, то подумал, может быть, ты захочешь подключиться.

Моника Фигуэрола тут же соскочила с дивана и протянула руку к ключам от машины.

— Ты не шутишь?

— Едва ли. Кстати, перед Юнасом на столе лежат автомобильные ключи.

— Уже еду.

Малин Эрикссон по телефону не отвечала, но Микаэлю Блумквисту повезло поймать Лотту Карим, ходившую по универмагу с целью купить подарок мужу на день рождения. Микаэль потребовал, чтобы она взялась за сверхурочную работу, и попросил ее немедленно отправляться в паб, а потом снова позвонил Кортесу.

— План таков. Через пять минут у меня будет машина. Мы припаркуемся на Йернвегсгатан, неподалеку от паба.

— О'кей.

— Тебе в помощь через несколько минут появится Лотта Карим.

— Отлично.

— Когда они станут уходить, садись на хвост Юнасу. Иди за ним пешком и сообщай мне по мобильному, где вы находитесь. Нам надо знать, когда он приблизится к машине. Лотта пусть берет Телеборьяна. Если мы не успеем, запиши номер его машины.

— О'кей.

Моника Фигуэрола припарковалась возле гостиницы «Нордик Лайт Отель», перед местом отправления поездов в аэропорт. Буквально через минуту Микаэль Блумквист открыл дверцу с водительской стороны.

— В каком пабе они сидят? — спросила Моника.

Микаэль объяснил.

— Я должна вызвать подкрепление.

— Не беспокойся. Мы держим их под контролем. Семь нянек рискуют только все испортить.

Моника Фигуэрола посмотрела на него с подозрением.

— А как ты узнал об этой встрече?

— Сорри. Анонимный источник.

— У вас что, в «Миллениуме» имеется какая-то долбаная собственная разведка? — воскликнула она.