Чумной поезд - Андрей Звонков

— Как ты? — заботливо спросил мужчина у спутницы.

— Уже получше.

— Хорошо, что Головин вернул перед отлетом пакет с твоим недоеденным запасом. Я, конечно, слышал термин «голодный обморок», но чтобы у человека при мне щеки ввалились и он едва не упал кверху лапками, это уж совсем.

— Надо будет еще купить, — пробурчала женщина. — Именно спортивного питания. Там отличный баланс углеводов, белков и минералов.

По бетонке к самолету подкатил «УАЗ Патриот» с полицейской раскраской и проблесковыми маяками на крыше. Из него вышел солидный мужчина, одетый в гражданское, а водитель остался за рулем. Авиационные техники выкатили из капонира алюминиевый трап и установили его у открывшегося люка.

Завидев пассажиров, мужчина в гражданском поспешил встретить их у трапа.

— Генерал полиции Кочергин Станислав Аркадьевич, — представился он, когда прибывшие сошли на бетонку. — А вы, насколько понимаю, эмиссары из Москвы?

— Эмиссары — звучит слишком громко. — Женщина улыбнулась, но ее улыбка выдала некоторую усталость. — Меня зовут Наталья Викторовна Евдокимова. Я от РПН. А это Олег Иванович Пичугин.

— Ну, на его счет мне уже доложили с самого верхнего верха. — Генерал Кочергин ткнул пальцем в безоблачное небо и усмехнулся. — Рассказали вкратце о ваших подвигах в Москве. Неужели действительно удалось предотвратить? Ее самую?

Пичугин жестом намекнул, что не стоит продолжать.

— Давайте условимся, товарищ генерал, пока, без крайней необходимости, слово «чума» не произносить, — попросил он. — Но да. Удалось. Силами Натальи Викторовны в основном. Моя роль там была весьма рутинной.

— У меня о вас менее скромная информация. И не от моего начальства, а прямиком из ФСБ, — ответил Кочергин. — Так что велено оказывать вам всяческое содействие и непременно вас, Олег Иванович, завезти в местное управление безопасности для передачи необходимых полномочий по их линии.

Наталья без стеснения потянулась, разминая мышцы, затекшие за время полуторачасового перелета.

— Пробежаться бы пару километров, — серьезно прикинула она. — Но ведь вспотею, как лошадь. А когда доберусь до душа, пока не ясно. Так… Насчет слова «чума». Тут не так все однозначно. Дело в том, что в Москве нам сильно сопутствовала удача и было достаточно рассеянной информации для предотвращения масштабной чумной эпидемии. У вас, как сообщил мне Думченко, ситуация совершенно иная. Информации почти никакой.

Генерал жестом пригласил гостей в «УАЗ». Наталья с Пичугиным разместились на заднем сиденье, а Кочергин устроился рядом с водителем и развернулся на сиденье к пассажирам.

— Вы правы, у нас тут пока состояние полной неизвестности, — признался Кочергин. — Зацепиться не за что.

Машина тронулась с места.

— Запись с камер просматривали? — спросила Наталья.

— Их у нас не так уж много, — со вздохом ответил Кочергин. Да и что просматривать? Знали бы, что искать, давно бы искали.

Пичугин вмешался в разговор:

— Я слышал, что на больном была довольно приметная футболка, ну и другие приметы, простите за тавтологию. Вы выяснили, вообще такая футболка была в продаже на ваших рынках? Парень может быть местным? Вообще опросы дворников, таксистов, людей в близлежащих дворах проводились?

— Это наши люди сделали сразу, как только подняли тревогу по чу… Ну, по нашей инфекции. Отчеты присылают мне, зам мой сортирует, но раз не позвонил, значит, ничего нет пока.

— Тревогу подняли в шесть? — уточнила Наталья.

— Так точно…

— И если не точно, тоже так… — подколола Евдокимова генерала.

— Не понял, простите, — удивился Кочергин.

— Ничего. Шучу. Сейчас восемь семнадцать. — Она посмотрела на сгущающиеся сумерки за тонированными стеклами. — Значит, сбор и обработка информации идут два часа. Давайте обойдемся без общих обтекаемых фраз. Что конкретно удалось узнать? Камеры с автовокзала, с железнодорожного вокзала, из торговых центров обработали? Попадал в поле зрения молодой человек в похожей одежде?

Кочергин крякнул досадливо. Наталья поняла, что этого еще не сделали.

Она хотела съязвить, но сдержалась, а в груди уже закипало. Пичугин почувствовал ее раздражение и положил руку на руку спутницы. Полицейский не без удивления отметил, что этого банального жеста оказалось достаточно, чтобы успокоить женщину. Она задумалась, затем продолжила намного спокойнее, но с такой интонацией, словно читала лекцию не очень понятливым студентам:

— Станислав Аркадьевич, вы изначально приняли версию, что он не местный. Я это понимаю и не буду спорить. Хотя бы потому, что эта версия и меня устраивает. Но вы должны были обоснованно доказать, что он не местный, полностью исключить другую линию, что дало бы нам возможность без оглядки опираться на версию о приезжем и выяснять путь его проникновения в город. Вместо этого вы приняли догмат «нет информации».

Кочергин развел руками, мол, кто из нас не без греха.

— Я не могла такой сбор информации провести во время событий в Москве, но тут, в Воронеже, условия позволяют. Значит, и действовать здесь придется иначе. Понимаете, нам в Москве важно было не дать истинной информации дойти до сознания обывателя. Иначе бы все бросились из города, включая пассажиров зараженного авиарейса. Как их потом отлавливать? Поэтому руководство штаба при РПН Москвы приняло решение слово «чума» не произносить, журналистам выдавать диагноз атипичная пневмония, а вместо эпидемической ситуации объявить режим масштабных учений. Практика показала, что это оправданно. Но то Москва. Ее, как Воронеж, не закрыть!

— Да, у нас население от эпидемической ситуации в панику не впадет, — подтвердил Кочергин. — Были случаи, когда по ветеринарным соображениям приходилось закрывать город. Люди с пониманием относятся.

— С пониманием? Возможно. Но я думаю, что если сейчас дать должностным лицам расслабиться, беды не миновать, — спокойно заявила Наталья.

— Так вы приехали, чтобы мы не расслаблялись? — с едва заметной иронией уточнил Кочергин.

— Мы приехали вам помочь сделать то, что удалось нам в Москве, — ледяным тоном ответила женщина. — И подтолкнуть, если начнете тормозить. Речь ведь не о креслах и не о портфелях, а о жизнях людей. Возможно, об очень многих жизнях. Мне очень хорошо известен подход чиновников. Они предпочитают решать вопросы по мере их поступления. Чума такого нам не позволит и очень дорого спросит. Сотнями, если не тысячами жизней!

Евдокимова открыла кейс и достала несколько цветных фотографий, на которых Пичугин увидел труп умершего от легочной чумы казаха. Она протянула фото Кочергину.

— Вот такие трупы будете собирать по квартирам! — сообщила.

Генерал посмотрел на фото, побледнел, но ничего не ответил. Но Наталья про себя отметила, что ее продуманная атака на воображение генерала прошла успешно. Иногда должностным лицам не хватает именно этой малости — воображения.