Паучиха. Личное дело майора Самоваровой - Полина Елизарова

— Но деньги-то нам нужны, — мрачно усмехнулся себе под нос Игорь Петрович. — Надо бы выяснить, сколько он готов заплатить за вход.

— Не надо, — недовольно поиграла аккуратно прорисованными бровями Инфанта.

— Ладно, еще раз тебя дернет — объясню товарищу, чтобы не совал свой нос, куда не следует, — обхватив Виолетту за плечи воинственной скороговоркой проговорил Петя.

Попросили счет.

Когда официант, оставив на столе расписной, в грузинских традициях сундучок, заменявший в этом заведении расчетную книжку, вышел из кабинета, все присутствовавшие, включая Инфанту, достали из сумочек и карманов заранее заготовленные деньги.

Несмотря на то, что сумма счета, включая чаевые, равнялась девятнадцати тысячам шестиста рублям, каждый из гостей положил в сундучок ровно шесть тысяч.

* * *

В первую неделю появления в квартире Самоваровой маленькой коммуны между всеми ее членами установилось относительное равновесие.

Сблизившись с Олегом, Варвара Сергеевна подолгу болтала с ним на любые темы за ставшей традиционной, второй для нее утренней чашкой кофе, а иногда еще и во время вечерних, на кухне, хлопот.

Выросшая без внимания отца Анька тянулась к Валерию Павловичу.

Доктор частенько приходил к концу ужина, но с удовольствием набрасывался на то, что приготовила Варвара Сергеевна, а после, вместе с остальными, неторопливо пил заваренный Анькой ароматный травяной чай.

Существовать одним домом с молодыми было не сложно — и Анька и Олег вели себя дружелюбно по отношению к «старикам».

Единственной табуированной темой для совместных бесед стала тема о столь желанной Анькиной беременности.

Разоткровенничавшись с матерью в первый же вечер, дочка теперь избегала любых разговоров на эту тему.

Взрывная по натуре, после беседы с матерью она старалась контролировать эмоции и делала все возможное, чтобы «старики» не ощущали себя в доме нежданными гостями. Но по ее то отсутствующему, то болезненному, устремленному внутрь себя взгляду, Самоварова чувствовала, что любое (даже с Олегом) общение дается дочери с трудом. Аньку как будто что-то снедало изнутри.

Разговоры, которые дочь охотно поддерживала за ужином, преимущественно крутились вокруг здоровья: какую еду следует есть, сколько воды пить, как часто сдавать анализы и мерять давление.

Прочитав в интернете очередную новость из жизни селебрити, Анька, будто невзначай, пускалась с доктором в долгие обсуждения: опасно ли для организма ЭКО и насколько гуманно нанимать для вынашивания плода суррогатную мать.

Олег подобные беседы не поддерживал, а Варвара Сергеевна, наблюдая, с каким жаром дочь пытала доктора или выкладывала ему свои личные доводы, с тревогой понимала, что желание во чтобы то ни стало родить ребенка стало у Аньки сверхидеей.

До недавнего времени веселая и отходчивая молодая женщина на глазах стремительно превращалась в зацикленную на себе возрастную ипохондричку.

— Валерий Палыч, у меня гемоглобин сто шесть. Это хреново? Врачиха из районной сказала, железо плохо усваивается. Предложила гречку есть и гранатовый сок пить. Почему она витамины не прописала? — усевшись напротив доктора за кухонным столом, завела Анька любимую пластинку.

На ней был милый плюшевый голубой халатик, который, пока они жили с дочерью вдвоем, всегда умилял Самоварову. Но теперь Варвара Сергеевна заметила, насколько он стар и застиран.

«Как бы ей дать понять, не обидев, что, живя одним домом с мужчиной, надо следить за своим внешним видом всегда, а не только наряжаясь на выход?»

— Когда ты кровь сдавала? — дожевав котлету, устало спросил Валерий Павлович.

На службе у него выдался очередной насыщенный день.

— Вчера.

— Я имел в виду, в какой день цикла?

— Через три дня после… — замялась Анька, — после этого…

— Я понял, — снисходительно улыбнулся доктор. — Так у тебя еще организм после потери крови не восстановился. Сдай повторно на следующей неделе.

— Но почему она мне препарат железа не прописала?! — как будто не услышав, Анька задумчиво глядела в чашку с остывшим чаем.

— Анют, я ведь не терапевт, твоему врачу виднее. — Доктор привстал из-за стола и, взяв в руки грязную тарелку, прошел к раковине. — А вообще, любой анализ крови достаточно относителен.

— Что вы имеете в виду? — моментально оживившись, обернулась к доктору Анька.

— Если речь не идет об экстренной для организма ситуации, изучать анализ крови относительно здорового человека — практически то же самое, что изучать анализ крови трупа.

Услышав это, Варвара Сергеевна, пытавшаяся приласкать все еще сердившегося на нее Пресли, едва себя сдержала, чтобы не вмешаться в беседу: ей-то доктор всегда внушал обратное, убеждая, что показания крови очень важны.

— Это еще почему? — не отступала удивленная неожиданным ответом Анька.

Валерий Павлович, избегая недоуменного взгляда Варвары Сергеевны, присел обратно за стол.

— Потому, что организм живой. Каждую минуту в нем происходят какие-то изменения. В те секунды, когда у тебя взяли кровь, он проходил одну фазу, а уже через час — другую. Условные величины, принятые в медицине, повторюсь, относительны. Например, если больного привезли с острой формой пневмонии, где налицо все клинические признаки, уровень лейкоцитов и прочее позволяют врачу понять, насколько включился иммунитет. В случае же планового обследования здорового человека могут иметь значение ряд факторов, такие, как стресс при заборе крови, плохая еда накануне, погода и даже негативные мысли в этот момент.

— Но в интернете же все подробно написано, — не унималась Анька, — какой показатель за что отвечает и что это может обозначать!

— На заборе тоже много чего написано, а за ним дрова, — оторвавшись от просмотра по телевизору детективного сериала, попытался пошутить Олег.

От Варвары Сергеевны не укрылось, что Анька с трудом себя сдержала, чтобы не сказать в ответ что-то резкое.

Дочь поджала губы и подлила себе чаю.

Чтобы освободить уставшего доктора от дальнейших расспросов, Самоварова на свою беду спросила:

— Ребят, а кто последний раз мусор выносил?

С шумом отодвинув стул, Анька резко встала из-за стола:

— Я понять не могу, вы все здесь издеваетесь надо мной?! — Ее губы дрожали.

Повисла напряженная пауза.

— Я выносил… утром. А что? — недоуменно пожал плечами Валерий Павлович.

— Какое это имеет отношение к нашему разговору?! — психовала Анька.

— К разговору никакого, — нахмурилась Самоварова и все же, несмотря на странную реакцию дочери, решила не отступать. — Валер, ты точно помнишь, что вынес мусор?