Третий близнец - Кен Фоллетт

– А я знал одну девушку, у которой был проколот сосок.

Джинни почувствовала укол ревности.

– Ты с ней спал?

– Конечно.

– Негодник.

– А ты что, думала, я девственник?

– Не смей так говорить! Я ревную!

Харви шутливо поднял руки вверх.

– Сдаюсь, сдаюсь, больше не буду!

– Ты так и не рассказал мне, что с отцом. Удалось его освободить или нет?

– Сейчас позвоню домой и узнаю самые последние новости.

Если она услышит, что он набрал семь цифр, то поймет, что он звонит по местному городскому телефону. А отец говорил, что Стив с родителями живет в Вашингтоне. Он придержал рычаг, набрал наугад три цифры, точно это код междугородной, затем отпустил рычаг и позвонил отцу.

Подошел сам Беррингтон, и Харви сказал:

– Привет, мам! – и прикрыл ладонью трубку, что бы Джинни не услышала, как отец ответит: «Кто говорит? Вы, должно быть, ошиблись номером».

Но отец тут же все понял.

– Ты с Джинни?

Молодец, папуля.

– Да. Звоню узнать, выпустили ли отца из тюрьмы.

– Полковник Логан все еще под арестом, но не в тюрьме. Его забрала военная полиция.

– Плохи дела. А я надеялся, что его уже освободили.

Отец неуверенно спросил:

– У тебя есть… информация?

Харви с трудом преодолевал желание обернуться и посмотреть, не заподозрила ли чего Джинни. Но он понимал, что этот взгляд может его выдать, а потому усилием воли заставил себя смотреть на стенку.

– У Джинни чудесные новости, мам. Она молодец. Ей удалось найти настоящего насильника. – Он изо всех сил старался, чтобы голос звучал радостно. – Его имя Харви Джонс. И мы как раз ждем, когда ей перезвонит детектив, чтоб она сообщила ему все детали и подробности.

– Боже! Но это просто ужасно!

– Правда здорово, да?

Ну зачем ты сказал это с такой иронией, идиот несчастный!

– По крайней мере, мы предупреждены. Есть возможность не допустить ее разговора с полицией?

– Постараюсь.

– А что насчет «Дженетико»? Она планирует обнародовать эти свои открытия?

– Пока еще не знаю.

Ну сколько можно болтать, я ведь могу случайно проговориться!

– Попробуй выяснить. Это тоже очень важно.

– Ладно. Ты не расстраивайся, мам, отца наверняка скоро выпустят. И позвони, как только будут новости, о'кей?

– А это не опасно?

– Просто попроси Стива. – Он засмеялся, точно это была шутка.

– Но Джинни может узнать мой голос. Хотя… попрошу Престона, он позвонит.

– Правильно.

– Договорились.

– Пока! – И Харви повесил трубку.

Джинни сказала:

– Думаю, мне надо еще раз позвонить в полицию. Наверное, они не поняли, насколько это срочно. – Она потянулась к телефону.

Харви понял: он должен убить ее.

– Только сначала поцелуй меня, – сказал он.

Она скользнула ему в объятия. Приоткрыла губы в ожидании поцелуя. Харви погладил ее по плечу.

– Славный свитерок, – пробормотал он. И положил крупную ладонь ей на грудь.

Сосок у Джинни напрягся и затвердел, но почему-то вопреки ожиданию она чувствовала себя немного не в своей тарелке. Пыталась расслабиться и насладиться моментом, которого так ждала. Вот уже обе его руки нырнули под свитер и нащупали ее груди, она слегка откинулась и изогнула спину. И, как это с ней бывало и прежде в такие минуты, немного смутилась, боясь, что он будет разочарован. Всем мужчинам, с которыми она спала, нравилась ее грудь, но сама Джинни до сих пор страдала оттого, что она у нее маленькая. Похоже, Стив, подобно другим, вовсе не был разочарован. Задрал свитер, прижался лицом к груди и начал нежно посасывать ее соски.

Она смотрела на него. Когда один паренек впервые сделал с ней то же самое, Джинни это показалось каким-то абсурдом, детской глупостью. Но постепенно ей начали все больше и больше нравиться эти ласки, нравилось доставлять мужчине удовольствие. Впрочем, сегодня с ней явно творилось что-то неладное. Тело отвечало, а вот в глубине души засело какое-то сомнение, и она не могла сосредоточиться на наслаждении. Поняв это, она рассердилась на саму себя. Вчера я все испортила своей подозрительностью. Не собираюсь еще раз повторять эту ошибку.

Он почувствовал ее беспокойство. Выпрямился и сказал:

– Тебе неудобно? Давай присядем на диван! – и сел.

Джинни последовала за ним. Он разгладил бровь кончиком указательного пальца и потянулся к ней.

Она резко отпрянула.

– Что такое? – спросил он.

Нет! Этого просто быть не может!

– Ты… ты сделал это… со своей бровью.

– Что сделал?

Джинни вскочила с дивана.

– Мразь! – вскрикнула она. – Да как ты посмел?

– Что, черт подери, происходит? – спросил он с плохо разыгрываемым удивлением.

И она тут же догадалась по его лицу, что он притворяется.

– А ну пошел вон отсюда!

Он не сдавался. Продолжал изображать недоумение.

– Сначала набрасываешься, потом вдруг гонишь…

– Я знаю, кто ты, ублюдок! Ты Харви!

Он отбросил притворство.

– Как ты догадалась?

– Ты потер бровь кончиком указательного пальца. В точности как Беррингтон.

– Ну и что с того? – Он поднялся. – Раз мы со Стивом так похожи, какая тебе разница?

– Пошел отсюда к чертовой матери!

Он прикоснулся к ширинке на брюках, показывая, что у него эрекция.

– Ну уж нет. Раз мы зашли так далеко, то я не собираюсь уходить отсюда, пока не кину тебе палку-другую.

О Господи! Что же делать, во что я вляпалась? Этот парень – просто животное.

– Не подходи!

Но он шагнул к ней, на губах его играла улыбка.

– Хочу стянуть с тебя эти узенькие джинсы и посмотреть, что под ними.

Джинни вспомнила слова Миш о том, что насильники наслаждаются страхом жертвы.

– Я тебя не боюсь, – сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно спокойнее. – Но если только тронешь… клянусь, убью, скотина!

Движения его были молниеносны. Он схватил ее, приподнял и швырнул на пол. Зазвонил телефон.