Дьявольская колония - Джеймс Роллинс

Поднявшись наверх, профессор Канош торопливо шагнул в раскрытые двери.

— Первым залом должен быть хекаль, или Святое место, — объявил он.

Все прошли через прихожую в первый зал. Он оказался пустым. Его стены были покрыты сосновыми бревнами, затейливо украшенными изображениями животных-тотемов — медведя, лося, волка, овцы, орла.

— В настоящем храме Соломона этот зал был украшен резными изображениями херувимов, цветов и пальмовых ветвей. Но здесь строители в оформлении храма использовали особенности своей новой родины.

— Однако зал пуст, — заметил Пейнтер и сверился с часами.

— Знаю. — Канош указал на другую лестницу, ведущую наверх к дверям, завешенным свисающими из-под свода золотыми цепями. — Если мы ищем самую главную святыню храма, она должна быть здесь. В зале под названием «кодеш хакадашим», Святая святых, святилище храма Соломона. Именно там Соломон хранил Ковчег завета.

Пейнтер поспешил вперед, подгоняемый неумолимо бегущим временем. Остальные последовали за ним. Один из телохранителей предложил Рафи свою руку, помогая подниматься по лестнице. Тот не стал отказываться.

Наверху лестницы раздались изумленные крики, и Рафи ускорил шаг, громко ударяя тростью по каменным плитам и злясь на свою физическую немощь. Ашанда опередила его вместе со своей юной подопечной и раздвинула цепи, которыми был завешен вход. Отпустив руку телохранителя, Рафи пригнулся и прошел внутрь.

Оказавшись в зале, он застыл, охваченный благоговейным трепетом. От пола до потолка все было покрыто золотом. Стены были сделаны из огромных плит высотой с трехэтажный дом, похожих на непомерно увеличенные копии маленьких золотых пластин. И как и те миниатюры, плиты были сплошь покрыты письменами, миллионами строк непонятных символов.

Хэнк рухнул на колени между двумя пятнадцатифутовыми изваяниями белоголовых орланов, стоящих бок о бок с распростертыми крыльями, касающимися противоположных стен.

— В храме Соломона это были гигантские херувимы, крылатые ангелы!

Даже Пейнтер прервал свое стремительное продвижение вперед, восхищенно разглядывая изваяния.

— Они похожи на орла с Большой печати. Неужели Джефферсону показывали рисунок этого зала?

Хэнк лишь молча покачал головой, не в силах говорить.

У Рафи в груди шевельнулось что-то похожее — да и как могло быть иначе? — однако он помнил свой долг.

— Перепиши все это, — приказал он одному из своих телохранителей, обводя тростью стены. — Ничто не должно пропасть.

— Но где же тайник с нанотехнологиями? — спросил Пейнтер.

— А эту загадку я предоставляю вам, мсье Кроу.

Тайник все равно должен был взорваться, поэтому Рафи не видел нужды идти дальше по этому следу. Истинное сокровище находилось здесь: собранные вместе знания древних. Рафи провел ладонью по стене, переводя взгляд с пола на потолок, пытаясь сохранить все это в своей уникальной эйдетической памяти, записать на «жесткий диск» из плоти и крови. Он двигался шаг за шагом по залу, захлестнутый реками старинных надписей. Здесь была история, древние науки, забытое искусство, записанные в золоте.

Необходимо овладеть всем этим.

И тогда его семье предоставится возможность встать на равных с «истинным родом».

За спиной у Рафи раздался крик, но он не обернулся.

Это был геолог «Сигмы».

— Господин директор, там есть дверь — и тело!

05 часов 55 минут

Оглушенный непрерывной пальбой, майор Эшли Райан не услышал, как небольшая группа боевиков обошла сбоку его оплот в камнях. Прижатые к земле, он и двое его солдат из последних сил обороняли свою твердыню, поражая появляющиеся цели, отбивая попытки фронтальной атаки.

Боевики Берна полностью завладели дном долины, взяли под свой контроль вход в подземный тоннель. Райан даже не мог добраться до своих рюкзаков и боеприпасов.

Внезапно громкий лай заставил майора обернуться налево. Тревога, поднятая собакой, спасла ему жизнь, спасла жизни всем. Бросив взгляд в ту сторону, Райан увидел три тени, которые выскользнули из темной линии деревьев и побежали, низко пригибаясь, обходя солдат Национальной гвардии сбоку.

Собака вскочила на валун и сердито залаяла на незваных пришельцев.

Райан перекатился в сторону, высвобождая винтовку из амбразуры между камнями. Воспользовавшись тем, что внимание боевиков переключилось на собаку, он всадил две пули в грудь первому наемнику. Тот упал. Остальные двое открыли ответный огонь. Собака взвизгнула и припала на перебитую переднюю лапу. Скатившись с валуна, она упала на землю.

«Твою мать…»

Поднявшись из укрытия, Райан надавил на спусковой крючок и выпустил длинную очередь. К этому времени и оба его солдата вступили в дело, развернувшись и открыв огонь. После короткой перестрелки двое боевиков отступили и укрылись за россыпью камней. Твердыня устояла, однако победа была вырвана в самый последний момент. И у солдат Райана возникла одна и та же проблема.

— У меня пусто, — объявил Бойдсон, отсоединяя от винтовки дымящийся магазин.

Проверив свое оружие, Маршалл покачал головой.

— Еще одна очередь — и у меня тоже кончатся патроны.

Райан сознавал, что и у него самого дела не лучше.

На противоположной стороне поля Берн что-то заорал по-немецки, и в его голосе прозвучала неприкрытая жажда крови. Судя по всему, он понял, что противник повержен, что у него кончаются патроны, что ему больше не на что надеяться. Райан снова выглянул в щель в камнях.

Враги, а их оставалось еще пятнадцать человек, готовились к последнему натиску. Берн собирался вести своих людей вперед. Он стоял в пятидесяти ярдах на открытом месте, не знающий страха в своем бронежилете, уверенный в подавляющем огневом превосходстве своих боевиков.

Светловолосый верзила поднял здоровенную руку и указал на позицию Райана.

Майор прижался плечом к прикладу винтовки.

«Ну вот мы и приехали».

09 часов 56 минут

Токио, Япония

Рику Танака сидел перед компьютером глубоко в недрах здания, принадлежащего структуре, которая скрывалась под непонятным названием Разведывательное управление общественной безопасности. Так именовалось главное разведывательное ведомство Японии. Рику не мог даже сказать, на каком он находится этаже — скорее всего, где-то под землей, судя по надоедливому гулу кондиционеров, — и даже в каком здании.

Впрочем, ему было все равно.

Его ладонь лежала на руке Джанис Купер.

С самого их спасения из ледяных глубин резервуара детектора «Супер-Камиоканде» молодой японский физик практически не терял физического контакта с американской аспиранткой. Пока восстанавливалась его психика, одно только ее присутствие помогало ему сохранять равновесие в окружающем мире, подобно якорю, надежно удерживающему корабль в бурном море.