Глаз Бога - Джеймс Роллинс

по восточному поясному времени

Вашингтон

Пейнтер стоял на Эспланаде и ждал, как и все остальные.

Президент и ключевые члены правительства находились в бомбоубежище. Население прибрежных районов было срочно эвакуировано. Даже Монк и Кэт отвезли дочерей на короткие «каникулы» в Пенсильванию, подальше от района потенциальной катастрофы.

И хотя этот потенциал не был таким уж высоким, рисковать не хотел никто.

Когда невеста Пейнтера Лиза предложила досрочно прервать поездку в Нью-Мексико, чтобы быть рядом с ним, тот ее остановил.

В Вашингтоне эвакуация не была обязательной. И подобно Пейнтеру, далеко не все жители столицы покинули город. На Эспланаде собрались большие толпы. На лужайках были разбиты палатки, зажглись свечи, спиртное лилось рекой. До Пейнтера доносились обрывки песен, молитвы, ругательства.

Со ступеней лестницы напротив Смитсоновского замка Кроу смотрел на огромное скопление людей, устремивших взор вверх – кое-кто смотрел в небо со страхом, большинство с любопытством. Именно в такие минуты он как никогда восхищался своими собратьями. Благоговейный трепет, почтение, восторг, любознательность – все лучшие человеческие качества, сжатые воедино, показывали в это краткое мгновение, как ничтожен человек по сравнению с величием того, что должно произойти, и в то же время как он велик тем, что является частью этого.

Услышав за спиной быстрые шаги, Пейнтер обернулся. От дверей замка к нему бежали через улицу Джада и Дункан. Кроу обратил внимание на то, что молодые люди держатся за руки, – хотя, приблизившись к нему, они отпустили друг друга.

Он не стал ничего говорить по этому поводу.

– Только не говорите, что из РКЦ неожиданно поступили совершенно противоположные оценки, – обратился Пейнтер к Джаде.

Та улыбнулась. У нее в руке был раскрытый сотовый телефон.

– Я постоянно держу связь. Пока что траектория Апофиса остается такой, что столкновение с Землей не исключается, однако в худшем случае это будет лишь касание вскользь. И все же это будет впечатляющее зрелище.

Хорошо.

У Пейнтера перед глазами возникли картины разрушений с изображения, переданного спутником. Разорвав квантовую связь, которая притягивала поле темной энергии кометы ИКОН к Земле, удалось предотвратить образование складки пространственно-временного континуума рядом с планетой и тем самым избежать катастрофической бомбардировки земной поверхности астероидами, притянутыми из открытого космоса.

Пейнтер вспомнил Антарктиду. Те страшные события позволили одним глазком взглянуть на то, что могло случиться в глобальных масштабах. Метеоритный дождь стал причиной гибели восьмерых моряков, и это число было бы гораздо больше, если бы не мужественные действия лейтенанта Джоша Леблана, который с риском для жизни отвел своих людей в безопасное место. Пейнтер подумывал о том, чтобы пригласить этого парня в «Сигму». Несомненно, Леблан обладал большим потенциалом.

И все же опасность еще оставалась – то, что комета уже успела привести в действие, остановить было нельзя. Несколько маленьких метеоритов упали в безлюдные пустыни Австралии и в акваторию Тихого океана. Один камень приличных размеров свалился неподалеку от Йоханнесбурга, – к счастью, это падение только напугало животных расположенного там национального парка.

Самую большую угрозу по-прежнему представлял астероид Апофис. Он уже сошел со своей нормальной орбиты, и с этим ничего нельзя было поделать. Пока «Сигма» сражалась за то, чтобы разорвать квантовую связь, астероид слишком близко подошел к критической точке. В конце концов оказалось, что полностью предотвратить столкновение Апофиса с Землей не удалось, но все же комета не успела направить астероид прямо на Восточное побережье Соединенных Штатов. Он должен был упасть где-то в другом месте.

Двигаясь по своей нынешней траектории, Апофис должен был войти в плотные слои атмосферы под очень острым углом и неминуемо растерять значительную часть своей кинетической энергии. То, что останется, скорее всего, взорвется в небе, но вместо того, чтобы пролиться смертоносным дождем на Восточное побережье, безобидно рассеется в просторах Атлантического океана.

По крайней мере, все на это надеялись.

Пейнтер всмотрелся в лицо Джады, стараясь найти хоть какие-нибудь признаки тревоги, сомнений в правильности своих расчетов и прогнозов, но увидел только радость.

Вдруг молодая женщина оторвала взгляд от неба.

В конце улицы показалась другая фигура, оживленно размахивающая рукой. Это была высокая чернокожая женщина в кроссовках, джинсах и теплой куртке, которую она расстегнула на бегу, спеша присоединиться к остальным.

Пейнтер улыбнулся, признавая то, как оправданно появление этой запоздавшей гостьи. Пожилая негритянка заслужила право присутствовать на этом празднике.

01 час 11 минут

– Мамочка! – воскликнула Джада, обнимая мать. – Ты все-таки пришла!

– Неужели я могла пропустить такое? – ответила та. Судя по всему, ей пришлось бежать через всю Эспланаду, чтобы успеть вовремя.

Джада взяла мать за руку, прижимаясь к ней.

Обе устремили взгляд в ночное небо, как уже не раз делали в прошлом, растянувшись в парке на расстеленном одеяле и наблюдая метеоритные дожди Персеиды и Леониды. Именно в такие моменты у Джады родилось желание познакомиться со звездами ближе, стать их частью. Без вдохновляющей поддержки матери она не была бы тем, кем стала.

Знакомые пальцы крепко стиснули ее руку, выражая гордость и счастье.

– Вот она… – прошептала Джада.

Мать и дочь прижались друг к другу.

На западе поднялась яркая звезда, стремительно приближаясь, сгорая в небе пылающим шаром, разбрасывая вокруг искры, наполненная первозданной энергией Вселенной. Она пронеслась над головами, и все притихли, провожая взглядом ее огненный след, – но тут подоспела запоздавшая ударная волна, оглушительно громкая, как будто сама земля треснула пополам. Люди попадали на землю, зазвенели выбитые стекла, повсюду завыли сирены сработавших автомобильных сигнализаций.

Джада продолжала стоять на ногах рядом со своей матерью. Обе улыбались, провожая взглядом огненную звезду, продолжающую свой путь на восток, – где у самого горизонта она взорвалась в ослепительной вспышке, выпуская еще дальше струи пламени, скрывшиеся вдали.

Через пару минут прогремел второй раскат, после чего на черном небе осталась только одна сияющая комета. Напоследок быстро промелькнула россыпь из нескольких десятков падающих звезд, прощальных посланцев небес.

Толпа взорвалась радостными криками.

Джада с удивлением поймала себя на том, что сама делает то же самое. Рядом во весь голос кричала ее мать, и в ее глазах блестели слезы радости.

У Джады в памяти всплыли строки Карла Сагана[32]: «Мы принадлежим звездам, и через нас космос узнаёт себя».