Список возмездия - Дженнифер Арментроут

Я уставилась на нее в недоумении.

Мисс Рид негромко рассмеялась.

– Послушай, как я уже сказала, по моему глубокому убеждению, девочки должны научиться защищать себя. Мало того, что многие мальчики-подростки, к сожалению, воспитаны в убеждении, что девочки существуют на Земле исключительно для их удовольствия…

Мои брови поползли на лоб.

– …но и ты сама никогда не можешь чувствовать себя в полной безопасности. И я думаю, что знание приемов самообороны позволит тебе лучше разбираться… во всем остальном, – продолжила она, снимая очки. – Все говорят о так называемой «девичьей власти»^[11], как будто мы с ней рождаемся. Я имею в виду, что, на самом деле, такое «девичья власть»? Право на прием противозачаточных и употребление спиртного? Окружить себя толпой подруг? Заниматься спортом? Владеть кикбоксингом с момента появления на свет? Быть невероятно мудрой или «язвой»? – Мисс Рид фыркнула, а я от удивления разинула рот. – Чему мы учим наших девочек? Тому, что права и возможности исчерпываются лишь тем, что я перечислила? А как насчет самоуважения? Если ты, вместо того чтобы вести себя по-девичьи, даешь мужской отпор, можно ли этим гордиться? Признаюсь тебе, я могу так дать сдачи, что никому мало не покажется.

Я вылупила глаза.

– Хм…

– На мой взгляд, девичья власть – это не только поступок или то, чем ты занимаешься; это движущая сила, которая побуждает нас идти в спорт, заводить друзей, учиться самообороне и тому подобное. Это умение разобраться в том, что тебе требуется помощь, и сознательное решение искать такую помощь, а не бездействовать. Работать на упреждение и стараться вернуть контроль над своей жизнью и конкретной ситуацией, который ты, как тебе показалось, утратила, хотя и не хочешь об этом говорить.

– Я… я действительно почувствовала, что потеряла контроль, – призналась я, проникаясь сознанием того, что уже становлюсь сильнее. Я вовсе не собиралась прятаться в своей комнате или идти дальше по жизни так, будто ничего не произошло. По крайней мере, я делала хоть что-то.

– Я знаю, Элла. Это поможет. Принесет тебе только хорошее, и, если, не дай Бог, в твоей жизни опять случится нечто подобное, ты будешь во всеоружии. Твое желание действовать, а не быть просто статистом и означает обретение силы.

Хоть мне и нравилось все, что она проповедовала – власть девчонкам, ура! – мой мозг зацепился за оброненное слово.

– Опять? – прошептала я, вспоминая, как успокаивала себя тем, что снаряд дважды в одну воронку не падает.

Улыбка сползла с лица мисс Рид, когда она снова нацепила очки.

– Береженого Бог бережет, Элла.

* * *

Выходя из дверей школы и вливаясь в толпу, устремившуюся к парковке, я взглянула на листок бумаги, который передала мне мисс Рид. После уроков я заскочила к ней, выслушала еще одну проповедь о девичьей власти и отправилась восвояси. В записке значился адрес какого-то склада на шоссе, ведущем в аэропорт, и номер мобильного телефона на случай, если я заплутаю.

В горле пересохло, пока я вчитывалась в листок, зажатый между пальцами. Неужели я действительно собиралась это сделать? Мисс Рид сказала, что мой «инструктор» будет ждать меня после школы, и добавила, что он «весьма охотно» вызвался мне помочь.

Курсы самообороны.

Я чуть не рассмеялась, потому что в последнее время мои физические упражнения ограничивались лишь пешей прогулкой от двери дома до машины, и я догадывалась, что уроки самообороны станут для меня настоящим испытанием.

Мои мышцы напряглись, и чувство предвкушения наполнило меня. Я узнала это ощущение, прежде чем оно ускользнуло снова. Такое же ощущение я испытывала когда-то, шнуруя кроссовки перед пробежкой.

Мое внимание привлекли громкие крики, донесшиеся со стороны спортзала и раздевалок. Футбольная команда высыпала на улицу, направляясь на стадион для тренировки. У кого-то в руках болтались подплечники, кто-то уже надел их поверх белых маек.

Среди ребят выделялся Брок – он вопил громче всех. Толкнув в спину худощавого парнишку, он загоготал, когда тот выронил полотенце и оно упало в самую грязь.

Качая головой, я ускорила шаг и чуть не споткнулась, увидев свою «Джетту».

Гэвин Граймс стоял, прислонившись к моей машине, руки в карманах шорт цвета хаки. Мы не виделись месяца два. Хотя он жил на той же улице, что и я, практически все лето его не было в городе.

Завидев меня, он вытащил руку из кармана и улыбнулся, пробежавшись пальцами по волосам цвета меди. Ямочка появилась на левой щеке, и он оттолкнулся от машины. Я было открыла рот, но его руки уже подхватили меня, сгребая в медвежьи объятия.

Его порыв застал меня врасплох. Мы с Гэвином разошлись мирно и с тех пор не позволяли себе никаких проявлений чувств, разве что невинные прикосновения рук. Но сейчас я даже обрадовалась его объятиям – от них веяло теплом и уютом.

Гэвин, на полголовы выше меня, заметно уступал в росте Дженсену, но был шире в плечах и обладал длинными конечностями, что доставляло ему немало проблем в средней школе. Ребята дразнили его «мальчиком-пауком». Правда, чаще всего это были Брок и Мейсон, но кличка к парню приклеилась. А для меня Гэвин всегда оставался симпатягой. Когда он крепче прижал меня к себе, я уткнулась лицом ему в грудь.

– Боже мой, Элла, я слышал, что с тобой произошло, – сказал он. Отстранившись, я заметила, что за нами наблюдают ребята, рассаживающиеся по машинам. – Ты как, в порядке? – Тут его взгляд скользнул к моей щеке и спустился ниже, к шее. – Черт. Ты не можешь быть в порядке.

– Со мной все хорошо, – твердо сказала я, повторяя то, что говорила сегодня всем, кто приставал ко мне с этим вопросом – учителям, одноклассникам и школьному копу.

– Но ты…

– Гэвин, я жива-здорова. Просто немного поцарапана и в синяках. Ерунда. – Клоунская маска всплыла где-то в подсознании, но я решительно прогнала непрошеный образ. – Ты не был сегодня в классе. Твое имя называли на уроке английского.

Он не отпускал меня.

– Да, мы только ночью вернулись с побережья, и сегодня я решил прогулять. Собирался позвонить тебе позже, но мне нужно было самому убедиться в том, что с тобой все в порядке. Я так и подумал, что ты пошла в школу, когда не увидел твою машину перед домом. – Он замолчал, изучая мое лицо и задерживая взгляд на клубничном пятне. – Черт, Элла…

Я сделала глубокий вдох, но он застрял у меня в горле. Кожа запылала, и мне вдруг стало невыносимо жарко. Выскользнув из его объятий, я отступила назад, ощущая необходимость в личном пространстве. Наматывая прядь волос вокруг пальца, я остановила взгляд на стареньком «Мустанге», стоявшем чуть поодаль. Двигатель работал на холостом ходу, но машина явно не собиралась трогаться с места.