Дело о пеликанах - Джон Гришэм

— Они же в свое время узнали про Нью-Йорк.Тогда это тоже казалось невозможным.

— Может быть, они следят за мной? Мнеговорили, что я взят под наблюдение. Как раз этим парень и занимается. Откудаему знать, что здесь находишься ты? Этот тип следит за мной.

— Может быть, — медленно сказала она.

— Ты видела его раньше?

— Они не представляются.

— Послушай, у нас осталось тридцать минут дотого, как они заявятся сюда с ножами и начнут корнать наш материал. Давай егозакончим, а потом понаблюдаем за этим типом отсюда.

Они вернулись к своей работе. В час сорок пятьона вновь оказалась у окна, но человека на улице не было. Принтер началвыдавать первый вариант статьи, и она принялась вычитывать гранки.

Редакторы читали с карандашами в руках.Адвокат Литски читал просто ради удовольствия. Материал получился большой, иФельдман орудовал над ним как хирург. Смит Кин делал пометки на полях.Краутхаммеру нравилось все без исключения.

Они читали медленно, в полной тишине. Грэйвычитывал его еще раз. Дарби стояла у окна. Тип вновь возвратился, теперь ужеодетый в блейзер цвета морской волны и джинсы. Погода стояла пасмурная ипрохладная. Чтобы согреться, он обхватывал обеими руками чашку и прихлебывал изнее. Отхлебнув, он бросал взгляд на редакцию, затем на улицу и вновь на чашку.Теперь он находился возле другого здания. Ровно в два пятнадцать он началпоглядывать вдоль Пятнадцатой.

На его стороне улицы остановился автомобиль.Открылась задняя дверца, и тут появился он. Машина укатила, и он огляделся посторонам. Слегка прихрамывая, Обрубок подошел к человеку в черной кепке. Онипереговорили, и Обрубок направился к пересечению Пятнадцатой с Л-стрит. Дарбиоглядела зал. Все были поглощены материалом. Обрубок исчез из виду, и она немогла показать его Грэю, с улыбкой читавшему свой труд. Нет, они следили не зарепортером. Они поджидали ее.

И они, должно быть, в отчаянии. Они стоят наулице и надеются, что каким-то чудесным образом она появится из здания и онисмогут с ней разделаться. Им было страшно оттого, что она находится внутри,выкладывая все, что знает, и плодя экземпляры этого дьявольского дела. Завтраутром игра будет окончена. Всеми способами им нужно заставить ее замолчать. Уних на сей счет был строжайший приказ.

Находясь в зале, полном мужчин, она вдругпочувствовала себя в опасности. Фельдман закончил последним. Он передал свойэкземпляр Грэю.

— Мелкие коррективы. Должны занять не болеечаса. Давайте обговорим телефонные звонки.

— Всего три, я думаю, — сказал Грэй. — В Белыйдом, ФБР и «Уайт энд Блазевич».

— Из адвокатской фирмы ты называешь толькоСимса Уэйкфилда. Почему? — спросил Краутхаммер.

— Показания Моргана в основном касаются его.

— Но автором записки является Вельмано. Мнекажется, его тоже следует назвать.

— Я согласен, — сказал Смит Кин.

— Я тоже, — отозвался Дебасио.

— Я вписал его имя, — сказал Фельдман. — АЭйнштейна вытащим на свет позднее. Подождем до четырех тридцати или пяти часов,прежде чем звонить в Белый дом и на фирму. Если сделать это раньше, то у нихостанется время, чтобы сбегать в суд, одурев от услышанного.

— Я согласен, — сказал адвокат Литски. —Остановить выпуск они не смогут, но попытаются. Я бы подождал до пяти, преждечем звонить им.

— О’кей, — сказал Грэй. — Я переработаюматериал к трем тридцати, а затем позвоню относительно комментариев в ФБР.После этого — в Белый дом, а затем уже — на «Уайт энд Блазевич».

Фельдман был уже почти в дверях.

— Встречаемся здесь вновь в три тридцать.Будьте на своих телефонах.

Когда зал вновь опустел, Дарби замкнула дверьи показала на окно.

— Помнишь, я говорила тебе об Обрубке?

— Конечно.

Они осмотрели лежавшую под ними улицу.

— Боюсь, что это он. Он встретился с нашимстарым знакомым и через некоторое время исчез. Я уверена, что это был он.

— Полагаю, что на крючке не я.

— Мне тоже так кажется. Я очень хочу выбратьсяотсюда.

— Мы что-нибудь придумаем. Я предупрежуохрану. Сказать об этом Фельдману?

— Нет. Пока не надо.

— Я знаю кое-кого из полицейских.

— Здорово. И они смогут просто подойти и ни стого ни с сего выбить из него душу?

— Эти полицейские смогут.

— Они не могут просто так трогать этих людей.Что плохого они делают?

— Просто замышляют убийство.

— Мы можем быть уверены в своей безопасности,находясь в этом здании?

Грэй ненадолго задумался.

— Я скажу Фельдману, чтобы у этих дверейпоставили двух охранников.

— О’кей.

В три тридцать Фельдман одобрил второй вариантстатьи, и Грэй получил зеленый свет, чтобы звонить в ФБР. В конференц-залдоставили четыре телефона и подключили магнитофон. Фельдман, Смит Кин,Краутхаммер взяли в руки отводные трубки.

Грэй попросил соединить его с Филом Норвеллом,своим хорошим знакомым, а иногда даже поставщиком информации, если такое вообщебыло возможно в ФБР. Норвелл ответил по своему телефону.

— Фил, это Грэй Грантэм из «Пост».

— Я думаю, мне известно, откуда ты, Грэй.

— У меня включен магнитофон.

— Должно быть, серьезно. Что случилось?

— Утром мы публикуем материал, раскрывающийзаговор с целью убийства Розенберга и Джейнсена. Мы называем Виктора Маттиса,нефтепромышленника, и двоих из его здешних адвокатов. Мы упоминаем такжеВереека, не как участника заговора, конечно. Мы полагаем, что ФБР знало оМаттисе с самого начала, но отказалось от расследования по настоянию Белогодома. Нам хотелось бы дать вам возможность, ребята, прокомментировать это.

Ответа с другого конца не было.

— Фил, ты на месте?

— Да. Думаю, что пока на месте.

— Какие-нибудь комментарии?

— Я уверен, что у нас будут комментарии, номне придется перезвонить тебе позднее.