Темные реки сердца - Дин Кунц

– Поэтому Бонни и я вносим залог и не хотим слышать никаких возражений по этому поводу, – сказал Дариус.

Тик... тик... тик...

Лицо Гарри онемело. Его затылок онемел, шея покрылась гусиной кожей. Холодная и онемевшая.

Дариус еще раз ободряюще сжал руку брата, а потом наконец поднялся.

Гарри сказал:

– Но как же мы, Джессика и я, снимем квартиру, если не сможем сразу собрать за первый и последний месяцы и страховой взнос?

– На это время ты переедешь к нам с Бонни. Это уже решено.

– Твой дом не так уж велик. У тебя нет комнат еще для четверых.

– Джесси и девочки уже с нами. С тобой на одного больше. Конечно, будет тесновато, но хорошо. В тесноте, да не в обиде. Мы семья. Мы должны быть вместе.

– Но могут пройти месяцы, пока все не решится. Господи, возможно, даже годы, разве не так?

Тик... тик... тик...

Когда Дариус совсем уже собрался уходить, он сказал:

– Я хочу, чтобы ты как следует подумал о врагах, Гарри. Здесь не просто большая ошибка. Это требует планирования, коварства, связей. Ты где-то заимел умного и могущественного врага, вполне возможно, не сознавая этого. Подумай хорошенько. Если вычислишь несколько имен, это может мне помочь.

Субботнюю ночь Гарри провел в камере без окон, с четырьмя койками, которые разделил с двумя предполагаемыми убийцами и насильником, хваставшимся, что насиловал женщин в десяти штатах. Спал Гарри урывками.

Ночью в воскресенье он спал гораздо лучше, но только потому, что был к этому времени совершенно измучен. Сновидения терзали его. Это были ночные кошмары, и в каждом, раньше или позже, появлялись часы, которые тикали, тикали.

В понедельник он поднялся до рассвета, стремясь поскорее выйти на свободу. Его мучило, что Дариус и Бонни были вынуждены внести огромную сумму залога. Конечно, он не имел намерения сбежать от правосудия, так что они не потеряют свои деньги. А у него уже развилась тюремная клаустрофобия, которая могла вскоре стать совсем невыносимой, просиди он здесь дольше.

Хотя его положение было ужасным, немыслимым, он тем не менее находил некоторое утешение в уверенности, что самое худшее уже позади. Рано или поздно все образуется. Он был нокаутирован, но ему предстоял еще долгий бой, и у него не было иного выхода, как подняться.

Был понедельник, утро. Раннее.

* * *

От Калиенте, штат Невада, федеральное шоссе свернуло к северу, и у Панаки они съехали с него на дорогу штата, которая поворачивала на восток, в сторону границы с Ютой. Эта деревенская дорога вывела их на возвышенность с застывшим еще в дни творения котлообразным провалом. Здесь словно ничего не изменилось чуть ли не с мезозойской эры, только кое-где выросли стройные сосны.

Хоть это и казалось безумием, но тем не менее Спенсеру передался страх Валери и ее уверенность в наблюдении со спутника. Небо было над ними синее, никаких ужасающих механических предметов, похожих на те, что участвовали в «звездных войнах», но Спенсер испытывал неприятное ощущение, что за ним наблюдают. И так – одна пустынная миля за другой.

Невзирая на глаз в небе и профессиональных убийц, которые могли поджидать их по дороге к Юте, Спенсер ощущал зверский голод. Две маленькие жестяночки с венскими сосисками не утолили его аппетит. Он съел несколько сырных крекеров и запил их колой.

Сидя сзади переднего сиденья, зажатый тесным пространством, Рокки настолько восторженно следил за тем, как Валери вела «Ровер», что не проявил к крекерам никакого интереса. Он широко скалился, и голова его качалась вверх-вниз.

– Что это с собакой? – спросила Валери.

– Ей нравится, как вы ведете машину.

– В самом деле? А большую часть времени малыш казался таким напуганным.

– Я и сам в восторге от этой скорости, – сказал Спенсер.

– А почему он так всего боится?

– С ним плохо обращались, он был весь избит, когда я принес его домой. Я не знаю, что произошло в его прошлом.

– Очень приятно видеть, что он так радуется.

Рокки с энтузиазмом закивал головой.

Мимо проносились тени деревьев. Спенсер сказал:

– Вашего прошлого я тоже не знаю. – Вместо ответа она сильнее придавила педаль газа. Спенсер продолжал настаивать: – От кого вы так убегаете? Теперь они и мои враги тоже. Я имею право знать.

Она внимательно следила за дорогой.

– У них нет имени.

– Что – секретное общество фанатичных убийц, как в романе о Фу Манчу?

– Более или менее. – Она была серьезна. – Это безымянное правительственное Агентство, финансируемое незаконно субсидиями, предназначенными для массы других программ. А также сотнями миллионов долларов в год от дел, подпадающих под законы о конфискации имущества. Первоначально было намерение использовать Агентство для сокрытия незаконных действий и провалившихся операций правительственных бюро и агентств, начиная от почты и кончая ФБР. Политический регулирующий клапан.

– Независимое подразделение для прикрытия.

– Когда репортер или кто-нибудь еще обнаруживал очевидность сокрытия в деле, которое, к примеру, расследовало ФБР, то сокрытие не могло привести к кому-нибудь в самом ФБР. Эта самостоятельная группа прикрывала задницу ФБР, так что Бюро никогда не должно было подкупать судей, запугивать свидетелей, – словом, заниматься грязной кухней. Эти преступники таинственны и безымянны. Нет доказательств, что они государственные служащие.

Небо было по-прежнему голубым и безоблачным, но день казался мрачнее, чем раньше. Спенсер сказал:

– В этой концепции больше паранойи, чем в полудюжине фильмов Оливера Стоуна.

– Стоун видит тень угнетателя, но не понимает, кто отбрасывает ее, – сказала она. – Черт побери, даже средний агент ФБР не подозревает о существовании этого Агентства. Оно действует на очень высоком уровне.

– Насколько высоком? – поинтересовался он.

– Его высшие служащие отчитываются перед Томасом Саммертоном.

Спенсер нахмурился:

– Предполагается, что это имя что-то означает?

– Он обладатель независимого крупного состояния и заправила многих политических дел. А в настоящее время еще и первый заместитель генерального прокурора.

– Чего?

– Королевства Оз – а вы думали чего? – нетерпеливо сказала она. – Первый заместитель генерального прокурора Соединенных Штатов!

– Вы меня разыгрываете.

– Загляните в справочники, полистайте газеты.

– Я не имею в виду, что вы шутите, когда говорите, что он первый заместитель. Я имею в виду, что он вовлечен в заговор, подобный этому.