Приближая горизонты мира. Смерть от своих, спасение от врагов - Галиб Халил

– Что ты узнала по Ближнему Востоку? – спросил Андрей.

– А в какой перспективе? – дразнила девушка. – Скоро сам все узнаешь, не кипятись.

– Рассказывай поскорей, я уже устал танцевать, – сказал Андрей и направился к барной стойке, как только блюз сменился на бешеный ритм.

– Ты пока поразвлекайся тут без меня, а я еще покручусь, – ответила девушка, перекрикивая музыку, и вернулась на площадку для танцев.

Андрей понимал, что она промолчала о возможной вовлеченности китайской разведки в эту провокацию, и прокручивал в голове варианты проверки информации, полученной от Вэйвэй. Вскоре его раздумья вновь прервала неугомонная девушка.

– Идем, засиделся ты уже, – потянула она его опять. – Здесь все, что я наскребла за три дня, – сказала Вэйвэй и передала Андрею чип через долгий поцелуй. – Смотри не проглоти – ухмыльнулась она. – По некоторым вопросам информация полная, но много еще сырого. Работаем… – не переставая дергаться в такт музыке, сказала девушка. – Мне нужен день или два, чтобы все перепроверить, – ответил Андрей, – необходимо еще во многом разобраться. Я выхожу. Береги себя. Сам свяжусь, – сказал он и поспешил через пляшущую толпу к выходу.

Через устройство, считывающее содержимое в микрочипах, Андрей ознакомился с данными, полученными от Вэйвэй, и перевел их в спутниковый телефон. Затем, применив квантовую кодировку, Андрей отослал эту информацию в центр для перепроверки и получения дальнейших инструкций. Заехав по дороге во все еще работающую студенческую библиотеку университета Джордж Вашингтона, Андрей, используя различные форумы в Интернете и определенные сайты, отправил своей агентурной сети шифрованные поручения с целью определить оперативные контакты Самира и выяснить возможные его действия на ближайшие дни.

Для прослушивания телефонов и квартир Самира использовались специальные установки, сканирующие помещения и пространство вокруг него электромагнитными полями, перехватывающие звуки и радиосигналы. Он часто менял места проживания и редко пользовался одним автомобилем несколько раз подряд, мало разговаривал по телефону и если обсуждал какие-то дела, то говорил неопределенными фразами. На следующий день Андрей получил ответ из центра с подтверждением достоверности многих данных, полученных от Вэйвэй. Центр запросил детали операции, связанные с покушением, и в то же время приказывал Андрею никоим образом не вмешиваться в процесс его осуществления, поскольку начальство предпринимало все меры, чтобы исключить фигурирование России в этой глобальной провокации, последствия которой могли бы быть только катастрофическими. При всем при этом, Андрей не был уверен, что у его командования действительно получится отвести обвинения от России, произойди это покушение. Более того, учитывая горький опыт провалов в последние годы, его снедали сомнения насчет непричастности некоторых своих командиров к этой операции. В полученном сообщении, в дополнение к первому вопросу, центр также поручил ему «слить» через Вэйвэй дезинформацию для Самира и ЦРУ о том, что внешняя разведка России готовит операцию с целью уничтожения некоторых радикальных командиров в Сирии и в Ираке. Для передачи дезинформации Андрей не стал вызывать Вэйвэй на встречу. Он ограничился тем, что отослал эту дезу на спутниковый телефон девушки, предварительно заразив зашифрованный текстовой файл особым вирусом. Этот вирус выполнял две роли одновременно, являясь как электронным маркером локации, так и инсайдером внутри устройства размещения. Вторая функция была особенно важной, поскольку позволяла считывать и передавать нужный файл из электронного устройства объекта наблюдения постороннему интервенту, обладающему кодом доступа к активизации вируса. Против предыдущих электронных шпионов подобного типа были уже созданы антивирусы обнаружения, однако эта последняя разработка российских гениев-электронщиков обладала высокой степенью защищенности.

Открыв сообщение от Андрея, где он указывал переправить приложенный файл к объекту наблюдения, Вэйвэй отослала его Самиру как на телефон, так и на его электронную почту. Получение такого рода сведений от китайской разведчицы для араба было частью их отношений; они нередко обменивались профессиональной информацией как услугой друг другу. Не прошло и двух часов после отправки, как Андрея известили из центра, что связь с зараженными устройствами установлена, и работа по считке и расшифровки файлов началась. Через некоторое время Андрею поступила информация, что личность связного ЦРУ с Самиром наконец выявлена. Им оказался пожилой профессор Джорджтауне ко го университета, куда араб записался на курсы по политологии. Установка плотного наблюдения за профессором и отслеживание его контактов с Самиром стали для Андрея следующим этапом в процессе операции.

Вашингтон, округ Колумбия, США, 28 июня.

Бен и Хадиджа

Ранним утром небольшой самолет «Гольфстрим 550» приземлился в аэропорту города Мехико. Выйдя из самолета, группа священников и епископов направилась в терминал, где для них была отведена отдельная комната. Был разгар сезона отпусков, и в аэропорту царил хаос. Бен с Хадиджей, зайдя в комнату для гостей, смогли немного расслабиться после долгого перелета. С облегчением вздохнув от того, что благополучно перебрались на другую сторону Атлантики, оставив позади смертельные приключения и долгий опасный путь, молодые люди взглянули друг на друга и нежно улыбнулись. Только Бен захотел что-то сказать, как вдруг его глаза закатились и он обмяк на стуле. Секундой раньше сидящий рядом с ним священник, улучив момент, воткнул в Бена маленький шприц и быстро выжал его содержимое. Хадиджа остолбенела и словно оглохла, не слыша, как подошедшие к ней какие-то люди, требовали от нее встать и идти за ними. Не отрывая глаз от поникшего Бена, девушка впала в состояние шока и, потеряв сознание, сползла на пол.

Бен очнулся от режущего его глаза яркого света. «Хадиджа», – первое, что мелькнуло в его голове. Сжав зубы так сильно, что у него затрещало в висках, он тяжело застонал. «Как мальчишку они меня обвели, – весь красный и еле дыша, он гневался на себя за потерю бдительности. – Как же я не вычислил, что должна быть подстава, если все так гладко идет!?» – ненавидел он себя за то, что потерял Хадиджу и не знает, что с ней теперь. В маленькой ярко белой комнате с мягкой обивкой стен не было ни окна, ни двери. Он лежал на узкой койке, прикованный за руки к стальным трубам по бокам. Кроме больничной пижамы, на нем ничего не было. Плечо и нога продолжали болеть, хотя повязки были сменены профессиональной рукой. Во рту было сухо, голова трещала и ломило кости. «Большую дозу вкатили, подонки», – подумал Бен, оглядываясь по сторонам. По убранству он понял, что оказался в «надежных» руках: отсюда выходят только для короткого маршрута до крематория и то, если повезет. Через минуту часть стены сдвинулась с места, и в комнату вошел Руди с каким-то служивым, который закатил внутрь небольшой столик с едой.

– Откройте ему руки и оставьте нас одних, – сказал Руди раздраженно. – Зачем тебе нужно было доводить до этого?

– Что с девушкой? – глухо спросил Бен, глядя мимо него.

– С ней все в порядке, – скомкано ответил Руди, – иначе не развязал бы тебе руки.