Красота - это горе - Эка Курниаван

Тут раздался стук, робкий, еле слышный, и повторился трижды. В смятении подлетела Красота к окну, открыла.

Под окном стоял ее Принц, как обычно, с розой.

– Можно войти? – спросил он.

Красота робко кивнула.

Протянув девушке розу, запрыгнул Принц через окно в спальню. Постоял, озираясь, прошелся из угла в угол и оглянулся на Красоту, которая прикрыла окно, не задвинув щеколду. Присел на край кровати и знаком пригласил Красоту сесть рядом. Девушка послушалась, и с минуту оба молчали.

– Я так давно мечтал с тобой встретиться, – начал Принц.

Польщенная Красота даже не спросила, откуда он знает о ней.

– Я так давно мечтал узнать тебя поближе, – продолжал Принц, – и так давно мечтал к тебе прикоснуться.

У нее заколотилось сердце. Она не смела поднять глаза, и ей стало вдруг зябко, когда Принц коснулся ее руки, бережно взял в свои.

– Можно поцеловать тебе руку? – спросил Принц. Красота то ли не успела, то ли побоялась ответить, а Принц уже целовал ее правую кисть.

На первом свидании вел беседу Принц, она же больше помалкивала, смущаясь и робея, иногда кивала или качала головой и снова робела. Так пролетело полтора часа, настало Принцу время уходить. Ушел он тем же путем, что и появился, – через окно. Но перед уходом назначил новую встречу.

– Жди меня в воскресенье, как сегодня.

Как бы то ни было, Красота пообещала себе, что заговорит. Хватит молча кивать и качать головой, хватит робеть и смущаться. Надо развлекать Принца беседой, чтобы ему не наскучить. Старик больше не возвращался, но Красота уже не грустила. Она нашла ему замену— Принц красивее, добрее, говорит ей комплименты, заигрывает, а может быть, даже любит ее. С трепетом ждала она выходных.

Принц сдержал слово, пришел в воскресенье, и опять с розой. Влез в окно и сел рядом с Красотой на краешек кровати. И, собравшись с духом, она спросила дрогнувшим голосом:

– Откуда роза?

– Во дворе у тебя сорвал.

– Правда?

– Денег на цветы у меня нет.

Они посмеялись.

Принц снова взял Красоту за руку, и на этот раз она ответила на пожатие. Не спрашивая разрешения, Принц поцеловал ей руку, и на девушку напала вдруг прежняя робость. Принц ласково погладил ее ладонь, и от этой ласки стало легко-легко, будто вот-вот взлетишь, – так бывает за секунду до сна. И вдруг лицо его замаячило вровень с ее лицом, и сердце у нее забилось чаще и чаще. Не успела она осознать, что происходит, лицо его приблизилось вплотную и губы Принца тронули ее губы, впились в них, сделав влажными. Она стала отвечать на поцелуи, и вскоре не только губы их соприкасались, но и языки плотно переплелись. Целовались они долго, почти полчаса, и вот настало Принцу время прощаться.

– Буду ждать тебя через неделю. – На этот раз молчание нарушила Красота, а Принц кивнул, просияв.

Поцелуи ошеломили девушку, и она ждала, скорей бы воскресенье, пусть прилетит оно легкокрылой мушкой. Жар поцелуев чудился ей на губах и на другой день, и еще через день. Она вспоминала, как дошло у них до поцелуя, шаг за шагом, и сердце всякий раз трепетало.

И когда они встретились вновь, то поцелуями сказали друг другу обо всем. Начали целоваться еще на подоконнике – Красота высунулась из спальни, а Принц стоял снаружи, под окном. Наконец он забрался в комнату, и девушка закрыла ставни, и все это время не переставали они целоваться. Поцелуи продолжились в спальне – Принц прижал Красоту к стене, а сам прильнул к ней жадно, неистово.

Не спеша, но уверенно дерзкие руки Принца скользнули под ее платье, и в комнате стало жарко. Они неторопливо разделись, побросали одежду на пол, и Принц на руках отнес Красоту в постель.

– Я научу тебя любви, – сказал он.

– Да, научи, – отозвалась она.

И они начали. Красота, еще невинная, стонала от боли и удовольствия, на шум прибежала перепуганная Розина и встала под дверью. Открыв дверь (Красота забыла запереть), она увидела лишь, как девушка нагая подпрыгивает на кровати. Грустно и задумчиво покачала Розина головой и, осторожно прикрыв дверь, вышла. Принц же продолжал терзать лоно девушки до крови, а Красота стонала от острого наслаждения.

Принц всегда входил в окно, но Красота неизменно встречала его на веранде: беззаветно влюбленная, хотела она видеть, как он приближается. Они любили друг друга при каждой встрече, и счастливей их не было пары. Красота принимала как должное, что Розина не видит Принца, как не увидела и Деви Аю, когда вернулась с того света. В этом доме чудесами потчевали регулярно, и она ничему уже не удивлялась. Ведь не видела Розина и старика-ангела, одной лишь Красоте он являлся.

Потом она забеременела.

Но даже когда поняла, что беременна, все равно ждала Принца и принимала его у себя. Беременность она от него скрыла, боясь разрушить их счастье.

Но однажды ночью, вскоре после того как Деви Аю вернулась в загробный мир, Красота лежала нагая в объятиях Принца, отдыхая после любви, и в дверь вдруг ворвался человек с духовым ружьем. Был он невысокий, плотный, и от него веяло печалью. Он вздрогнул от испуга, увидев лицо Красоты, но тут же перевел гневный взгляд на Принца.

– Это ты! – воскликнул он. – Убийца Ренганис Прекрасной! Я пришел отомстить за ее смерть!

Принц не успел спастись: грянул выстрел, и пуля вошла ему точно меж глаз. Умирающий повалился на кровать. Человек с ружьем перевел дух, прицелился и снова выстрелил. И так пять раз подряд, с ненавистью, а Красота все кричала, кричала.

Все узнали лишь, что он зашел в дом своей бабки и там его застрелили.

На похороны Крисана пришла вся семья, Адинда была убита горем. Круг замкнулся: Аламанда похоронила Шоданхо и Ай, Майя Деви – Мамана Генденга и Ренганис Прекрасную, Адинда – Товарища Кливона, а теперь и Крисана. Всех, кого любили, они потеряли.

Втроем шли они за гробом Крисана в сторону кладбища Буди Дхарма, и всю дорогу Аламанда и Майя Деви утешали сестру.

– Над нашей семьей будто висит проклятие, – рыдала Адинда.

– Почему “будто”? – поправила Аламанда. – Нас и впрямь кто-то проклял.

Старик Камино вырыл могилу для Крисана рядом с могилой его отца, как просила Адинда. А место рядом с ними она уже облюбовала для себя.

Женщинам вообще-то не принято ходить на кладбище, разве что в особых случаях, если они не в силах вынести разлуки с мертвыми, как много лет назад Фарида. Но хоронить Крисана пришли все три сестры, да шестеро соседей, которые несли гроб, да имам из мечети, который читал над умершим молитвы.

Так и стояли они посреди кладбища в черных одеждах, под зонтиками, взятыми неизвестно зачем, ведь не было ни дождя, ни жаркого солнца, день клонился к вечеру. Они стояли втроем, и вдруг замаячили вдалеке два темных пятнышка. Они приближались, превратились в силуэты, и вскоре оказалось, что это две женщины, тоже в трауре.