Хлеб по водам - Ирвин Шоу

Он почувствовал, как жена заворочалась под боком и сняла руку с его плеча.

— Еще не приехали? — Сонный голос звучал капризно, как у маленького ребенка.

— Уже почти приехали.

— Славные получились каникулы, правда? «И никогда, никогда не кончится твоя земля, о славный мой Лонг-Айленд», — напела она и тихо засмеялась. — Я бы остаток жизни могла провести там. Писала бы понемножку, смотрела на океан и ни о чем не думала, окруженная этими милыми богатыми и щедрыми людьми. — Она снова засмеялась. — А тебе бы, наверное, было скучно, да?

— Да нет, сомневаюсь, — ответил Стрэнд. — Я бы играл в гольф. Или занялся плетением корзин.

— Хорошо, что Рассел уже начал строить планы на Рождество. И чтобы обязательно провести его всей семьей. — Тут она вдруг резко выпрямилась. — Послушай, а почему, как ты думаешь, Кэролайн сказала по телефону, что никогда больше не приедет в Хэмптон?

— Говорила что-то такое насчет мальчишек… — Стрэнд сделал вид, что и сам не понял. Он от души надеялся, что Лесли никогда не узнает, в чем крылась истинная причина. Пусть лучше ломает голову и дальше, чем узнает о том, как Кэролайн сражалась в машине и едва избежала изнасилования. — Может, она находит молодых людей в Аризоне более привлекательными и сфера ее интересов находится теперь исключительно там. — Собственный голос казался ему глухим, точно он говорил сквозь комок ваты.

— Знаешь, надо написать ей хорошее, вразумительное письмо, — сказала Лесли. — Чтобы она наконец поняла: мы не собираемся проводить каникулы без нее. Это чистый эгоизм с ее стороны — портить нам праздники под каким-то дурацким предлогом.

— Уверен, она поймет и приедет, — заметил Стрэнд.

Машина подкатила к дому, и Стрэнд увидел свет в окнах на втором этаже. Было уже половина одиннадцатого, и мальчикам полагалось выключить его, но он подумал, что они собрались и обмениваются впечатлениями о проведенных каникулах. Он вышел из машины и направился к дому, следом шел шофер с сумками. И едва успел подняться на крыльцо, как дверь резко распахнулась и навстречу ему выбежал мальчик. Босой и в пижаме, он сломя голову бросился вниз по ступенькам, едва не сбив его с ног. Не успел Стрэнд опомниться, как дверь снова распахнулась, следом вылетел еще один мальчишка и кинулся вдогонку за первым. Второго Стрэнд узнал. Это был Ромеро, в джинсах и свитере. Ни один из учеников не издал ни звука. Но в свете лампы, что висела над дверью, Стрэнд заметил в руках у Ромеро нож.

— Прекратите! — крикнул он. — Прекратите сию же минуту!

— О Боже! — вскрикнула Лесли.

Однако мальчишки и не думали останавливаться. Первый, куда крупнее Ромеро, метнулся за дерево, спрятался там, потом метнулся вправо. Ромеро, бежавший бесшумно и быстро, нагнал его, прыгнул на спину, и оба они кубарем покатились по земле. Ромеро оседлал противника, уселся ему на грудь. Стрэнд подбежал к ним и успел перехватить руку Ромеро с маленьким ножом, которую тот уже занес для удара.

— Ты что, совсем сбесился? — Стрэнд выкручивал мальчишке запястье, ощущая, какое оно тоненькое и одновременно сильное, точно кабель под током. — Ромеро! Брось нож! Сейчас же!

Похоже, услышав собственное имя, Ромеро пришел в себя. Он бросил нож на землю, обернулся и взглянул на Стрэнда.

— Ладно, — сказал он. Голос звучал на удивление спокойно. — Все!.. — И он поднялся на ноги.

Только тут Стрэнд заметил, что второй мальчик до сих пор валяется на земле и громко, во весь голос рыдает. И что это не кто иной, как Тедди Хитц. Все лицо у него было в крови. Кровь продолжала хлестать из глубокой раны на щеке.

— Лесли! — стараясь говорить как можно спокойнее, окликнул жену Стрэнд. — Сходи и позвони, вызови врача. А потом пойди к мистеру Бэбкоку и скажи — пусть идет сюда, и как можно быстрее. Хитц ранен.

— Мало ему досталось, — проворчал Ромеро.

— А ты заткнись! — рявкнул Стрэнд. Его жена уже входила в дом. — Водитель! — обратился он к шоферу, так и застывшему у двери с сумками в руках. — Вы мне не поможете? — Он опустился на колени возле Хитца, рыдания которого начали стихать. — Ничего страшного, Хитц, потерпи. Нож он бросил, так что не бойся. — Стрэнд достал носовой платок и приложил к порезу на щеке Хитца. — Можешь немного подержать сам?

Хитц кивнул и прижал руку с платком к щеке.

— Святый Боже! — пробормотал водитель, подойдя к ним. — Что ж тут такое творится?..

— Просто я преподал хороший урок этому сукину сыну, — сказал Ромеро. Только теперь Стрэнд увидел, что у него лицо тоже в крови. Мальчик говорил с трудом — разбитые губы распухли.

— Довольно, Ромеро, — сказал Стрэнд и обратился к Хитцу: — Подняться и идти сможешь?

Хитц снова кивнул и сел. Слава тебе Господи, подумал Стрэнд. Ведь Хитц весил по меньшей мере двести фунтов, а водитель был маленьким пожилым человеком, и он сомневался, что они даже вдвоем смогли бы дотащить Хитца хотя бы до двери.

— Madre! — с отвращением произнес Ромеро. — Какая-то гребаная царапина, а столько шума! Будто убийство произошло.

— А ты помолчи, — сказал Стрэнд и, взяв Хитца за руку, помог ему подняться. — И советую тебе хорошенько подумать, Ромеро. Скоро тебе придется отвечать на множество вопросов.

— Мне нужен адвокат, — заявил Ромеро. — Я имею право на адвоката!

Стрэнд едва сдержал смех, потом сказал Хитцу:

— Обопрись на меня и пойдем потихоньку.

Адвокат, это надо же, подумал он. Очевидно, в квартале, где вырос Ромеро, даже десятилетние ребятишки знали о существовании адвокатов.

Ромеро круто развернулся и быстро зашагал в дом. Он включил свет в общей комнате, уселся на стол и, болтая ногами, стал наблюдать за тем, как Стрэнд с водителем вводят в комнату неуверенно ступающего Хитца.

— А теперь приляг, — сказал мальчику Стрэнд, — и старайся держать голову повыше. — Платок, прижатый к щеке, насквозь пропитался кровью.

Он помог Хитцу улечься на старенькую кушетку и положить голову на валик в изголовье.

— Миссис Стрэнд пошла вызывать врача, — сказал он. — Все будет нормально, я уверен в этом. — Затем обернулся к водителю, который стоял посреди комнаты, удрученно качая головой и бормоча:

— Вот чертовы ребятишки, вот сукины дети…

— Можете ехать, — сказал ему Стрэнд. — Все под контролем. А вам до города еще добираться и добираться — путь не близкий. — Ему хотелось избавиться от этого человека. Чем меньше людей будут вовлечены в скандал, тем лучше. И он порадовался тому, что Хейзен отпустил Конроя. Даже трудно представить, какую историю рассказал бы Конрой своему боссу, если бы оказался в этот момент здесь.

— Ладно, я поехал, — согласился водитель. — Нет никакой охоты торчать здесь всю ночь, после того как приедет полиция.

Полиция… Стрэнд об этом как-то не подумал.

— Вот, держите, вам это может пригодиться. — Водитель протянул ему нож. Это был армейский шведский ножик, на лезвии виднелись пятна крови. — Подобрал там, на улице… Есть просьба: если можно, не называйте моего имени. Не хочу впутываться в эту историю — выступать в суде, где адвокаты будут спрашивать, зачем мне понадобилось тащиться ночью в такую даль, аж до самого Коннектикута. И без того в Нью-Йорке с полицией полно проблем.