Мой идеальный смерч. Часть 3. За руку с ветром - Анна Джейн

Ника, понимавшая состояние парня, судорожно вздохнув, закрыла ладонью рот дрожащей от ужаса Ольге – на этот раз девушка с железными нервами не смогла закрыть свои эмоции на замок.

– Не надо, не кричи, – зашептала она. Девушка не знала, что делать, как успокоить то, что разбудили эти двое в Кларском. Ольга принялась искать в сумочке, висевшей на плече, телефон, но у нее ничего не получалось из-за охватившей ее паники.

А Никита в это время говорил:

– Ну же, вставай, продолжим.

– Бей так.

– Я не хочу избивать. Я хочу драться, – явно издевался Никита. – Ну, уродец, поднимайся.

Видя, что тот не реагирует, он наклонился к Чащину и зашептал:

– Твоего дружка Смерчинского отделывали сразу пятеро. А я уделаю тебя один. А потом уделю немного внимания и твоей Машеньке. – Ник специально сказал это, чтобы позлить своего поверженного друга-врага, хотя и обещал Димке, что не станет ничего делать этой девчонке.

– Скотина! Ты же сказал, что не будешь ее трогать! – закричал сквозь новую порцию боли Димка. Он, словно зарядившись алой энергией агрессии, вновь поднялся и двинулся на Ника со сжатыми кулаками.

– Молодец, – подбодрил его Ник. – И не только Машеньку. Наша общая девочка, – теперь он кивнул на Князеву, – по имени Оленька тоже получит немного моего внимания. И не только моего. У Марта много быков, которым бывает скучно.

Дима, услышав это, словно поймав едва уловимое второе дыхание, дерзко обругал Ника. Сдаваться он не был намерен – хотя бы ради Маши и Оли. Парень понимал, что Никита не шутит. И может сделать все, что угодно.

Чащин приближался к Кларскому, а тот с улыбкой ждал, видя, что попал в яблочко.

– Эй, перестань! – едва ли не повисла на Димке осмелевшая Ника. – Ребята, вы чего?! Да перестаньте, я реально сейчас полицию вызову! Хватит!

Ее не слышали.

От расправы Ника Димку спас телефонный звонок. Мобильник Никиты в кармане его элегантного темно-серого пиджака дерзко разрывался. Такая мелодия в его телефоне могла играть только тогда, когда звонил «любимый» старший брат. Видать, он не дождался Ника. Прагматика подсказывала Нику, что, если он не ответит сейчас, Андрей будет очень недоволен. К тому же чисто психологически ему все же было сложно причинять боль тому, кого Кларский считал другом много лет. И звонок стал официальным поводом прекратить это.

– Чер-р-рт, как не вовремя. Подожди, – велел Никита Димке. – Подожди. Я сделаю из тебя инвалида через минуту.

– Попытайся, – ухмыльнулся Дима, вытирая кровь с разбитой губы. Искры в его глазах словно забыли о страхе, они неторопливо пританцовывали из стороны в сторону, несмотря на то что половина из них уже вышла из строя и лежала где-то за зрачками.

– Дима, пожалуйста, давай я вызову полицию, – зашептала Ольга ему на ухо, с ужасом глядя на его кровь – с таким же ужасом Ника смотрела на кровь Димы, оставшуюся на костяшках пальцев Никиты. – Дима, он тебя убьет! Никита, пожалуйста! – крикнула она почти без перехода. – Не трогай его!

– А ты замолчи! – рявкнул на нее Кларский, доставая телефон. – Заткнитесь все! Да? – раздраженно проговорил он в трубку. – Да, я тебя слушаю!

– Олень, – раздался хриплый, срывающийся полушепот Андрея. – Олень, ты меня слышишь?

– Слышу, – отозвался Никита, не сводя прищуренного взгляда с соперника. Димка тоже не отрывал глаз от него, и по его сосредоточенному лицу и сжатым кулакам было видно, что этот парень будет стоять на ногах до последнего.

Легкий ветер, гонявший мусор по пустым серым дорогам, вдруг затих, прислушался к чему-то.

– Хорошо, что слышишь. Сваливай из города, – велел Март тем временем все тем же странным срывающимся полушепотом. – Сваливай и… И делай все так, как я тебе говорил. Ты помнишь? Помнишь?

– Что произошло? – спросил озлобленно Ник. Он никогда не слышал такого голоса у старшего брата. Он пьяный?

Наркотой стал баловаться? Или что с этим психом еще случилось на этом гребаном вечере?

– Ты все мои указания помнишь, щенок? – не торопился отвечать на вопросы парня Андрей. Его голос становился все тише и тише.

– Ты объяснишь мне, что за проблема?

– Ты помнишь?! – закричал вдруг торопливо Андрей, правда, его крик был похож больше на охрипший стон. – Ты помнишь?

– Помню! Что ты орешь? Что происходит?! – закричал и его брат, чувствуя кожей, что случилось что-то плохое. Если бы Март был рядом, только за одну бы такую интонацию он ударил его.

– Менты, суки, чуть не взяли. На гребаном балу, – прерывисто дыша, словно из-за боли, проговорил Март вновь очень тихо. – Радика и Макса – нет, а меня – да… Очередь и до них дойдет… До каждого. Крыса… Появилась крыса и сдала всех. Убирайся из города и делай все, чему я тебя учил. Компромат – о нем только ты знаешь. Убирайся. Понял меня?

– Понял.

– Ну, пока… братишка, может, свидимся, – отозвался Андрей с большим трудом – его голос почти пропал.

– Эй! Ты где? Ты ранен? – неожиданно забыл о Димке и Ольге Ник. До него только что дошел смысл сказанного. – Говори, где ты, я приеду за тобой! Ты в том ресторане? Там? Ты еще там?

Ветер внезапно взметнулся, начав биться в стекла домов, как дикий зверь.

Ответ Андрея Никита расслышал с трудом.

– Приедешь – убью. Делай… из города… ноги, брат. Пережди и проваливай. И делай, как я… ве-лел, – по слогам выговорил он.

– Андрей! – закричал вновь Никита. – Андрей, твою мать, что с тобой?

Тот больше ему не отвечал. В телефоне неожиданно послышался шум, треск чьи-то суровые выкрики, протяжный стон и маты, а потом связь и вовсе прервалась. Никита, не мигая, несколько секунд глядел на свой аппарат сотовой связи, а потом резко вытащил из него сим-карту, разломил надвое и выбросил под ноги. Чтобы менты не смогли отследить, где он находится. Он ждал, что однажды это случится, и Март ждал, и все заранее подготовил, но Ник до сих пор не мог поверить, что это случилось.

– Тебе повезло, – резко бросил он Диме. – Молись за меня, скотина.

– Что случилось? – спросил Чащин, с опаской подходя ближе. Он хромал, но не обращал на это никакого внимания, как и на кровь на лице. – С твоим братом что-то?

За несколько лет дружбы Чащин успел изучить друга довольно хорошо и, не смотря ни на что, тревожился за Никиту. В глубине души он всегда знал, что рано или поздно и Никита, и Андрей Март попадутся. И, кажется, его опасения были не напрасными. Что-то случилось. Только что.

– Менты взяли, – коротко сообщил Кларский. – Сейчас и моя очередь. Рад?

– Нет.

– Рад. Рад.

Ник замолчал, словно впервые в жизни разглядывая свой кастет. Так и не ударил им Чащина. А ведь тот заслужил того, чтобы этим кастетом ему раздробили челюсть!