Срыв (сборник) - Роман Сенчин

– Так, – папин голос, – а теперь обратимся налево.

Артемка с трудом послушался и разглядел за деревьями острую вершинку белой церкви. Вершинка эта словно карабкалась к небу. На глазах удлинялась, полоски ромбиками увеличивались…

– Церковь Вознесения в Коломенском, – продолжал говорить папа, но осторожно, не мешая Артемке любоваться. – Настоящее чудо.

– Да-а, – кивнул Артемка, и глаза почему-то заслезились; чтоб не заплакать, он отвернулся.

– С этой стороны оврага было село Коломенское, где стоял тот дворец, а с другой – Дьяково, дальше – Сабурово. И везде яблоневые сады росли…

Вернулись к ручью. Здесь он был шире, крепче, а у еще одного мостика образовывал небольшое озерцо и, выливаясь из него водопадиком, уходил в большую реку.

Пока Артемка наблюдал за водой, мама с папой тихо спорили.

– Давай в Коломенское, а потом в метро, – говорила мама, – тебе хватит уже, ведь еле на ногах держишься…

Папа не соглашался:

– Там люди, ларьки все эти, карусели… Всё впечатление смажут. Лучше вот там обойдем гору и вернемся к Каширке.

– По буеракам снова…

– Нормально, еще один привал сделаем. Всё нормально.

Перешли ручей через мостик и побрели по посыпанной мелкими камешками дороге вдоль берега Москвы-реки. В воде и на камнях было много уток. Они перекрикивались, шумели, что-то будто решая… Артемка вспомнил: «Выяснять отношения». Да, похоже…

– Молодняк учат, – сказал папа, – скоро полетят.

– Куда полетят?

– На юг… Почти все птицы улетают. Кроме голубей да воробьев. Даже ворон, кажется, нет в Москве зимами.

– Есть, – отозвалась мама. – Я видела.

Папа легко согласился:

– Наверно…

А Артемка изучал тот, противоположный берег реки. Таинственный, совсем, казалось, дикий. Тянуло туда, звало, обещало много интересного, разные приключения.

Но берег был недостижимым, нечего было и мечтать там оказаться… Нет, он окажется, исследует. Потом. Когда подрастет. Сейчас хорошо и то, что он узнал об этом месте, о том, что оно существует…

Артемка перевел взгляд направо и увидел деревья, а над ними – ту церковь, похожую на окаменевшую женщину. Она действительно стояла над самым обрывом, а отсюда, снизу, – словно бы висела в воздухе… Артемка прибавил шагу, боясь, что сейчас церковь возьмет и прыгнет в реку, задавит по пути его, маленького и растерянного.

И тут из-за деревьев на горе вылетело ярко-желтое с широкими крыльями. Еще не отошедший от страха быть задавленным, Артемка вскрикнул и присел.

– Ты чего?! – изумился папа. – Это дельтаплан. Красота… Гляди.

Артемке было уже стыдно своего вскрика, он впился глазами в движущийся по небу огромный то ли воздушный змей, то ли легкий-легкий самолетик. В центре, меж крыльями, лежал человек.

– Ребята с горы бегут, ловят поток воздуха и парят, – рассказывал папа с уважением и как бы завистью. – Молодцы. Давно не видел… Знаешь какая смелость нужна! Бывает, не попадают в ветер, падают…

Дельтаплан удачно сделал круг над лесочком, рекой и стал удаляться.

– Нам тоже туда, – кивнул папа на холмистое, с деревьями и кустами пространство. Большое и вольное.

Взобрались по не очень крутому склону. Папа сразу присел.

– Передохнем… Водички попьем.

Отсюда было видно, что пространство не такое уж большое, не совсем вольное. Вдали, со всех сторон, тесно стояли дома. Казалось, дай им волю, и они ринутся сюда, займут этот кусок природы, зальют траву асфальтом, бетоном, на которых выстроятся машины…

– Как ты? – мама заботливо склонилась над папой. – Дойдешь до метро?

– Дойду… Нормально.

Метро. От этого слова последнее очарование пропало, и Артемка поджал губы. Какой это поход, когда рядом метро…

– Так, продолжаем, – папа поднялся.

– В метро? – плаксиво уточнил Артемка.

– Пока нет. Мы тут еще не всё обошли…

Мама заметила:

– Только давай сильно не увлекаться.

Тропинка петляла меж деревьев, огибала какие-то ямы, заросшие негородской, с колючками и толстыми стеблями травой, взбегала на гребни, сбегала с них… По тропинке шли трое путешественников, отталкиваясь лыжными палками. Впереди – папа, в центре – Артемка, а сзади – мама. Стрекотали кузнечики, взлетали испуганные птички, что-то пробежало, качая траву, что-то свистнуло над головой, разрезая воздух, и папа успел заметить, что это ястреб. Но Артемка ястреба не различил, был рад и этому свисту.

– А вот тут можно сделать серьезный привал. И перекусить.

Они стояли перед большим бугром или маленьким холмом – Артемка не мог выбрать определение.

Хоть вокруг все было неровно, но этот бугор-холм выделялся. Склоны его были очень крутые – Артемка не знал, как взрослым, а ему наверняка нужно было бы взбираться на четвереньках. А вершина – плоская, будто ее срезали.

Мама расстелила плед, разложила еду. Уселись.

– А знаете, – сказал папа, – где мы нашу колбасу жуем?

– Где? – мама насторожилась.

Папа указал на бугор-холм:

– Это Дьяково городище – первое человеческое поселение на территории Москвы. Самое древнее… На вершине стояли два длинных дома. Археологи нашли кости медведей, оленей, еще разной дичи. Представьте, охотники спускаются вниз и где-нибудь возле нынешней станции метро добывают оленя. А в овраге на них нападает медведь. По ночам вокруг городища бродят волки, и мужчины охраняют от них женщин и детей… В реке ловят осетров и белуг весом в полтонны… А однажды из дальних мест, нынешнего например Бирюлева, приходят воины враждебного племени, и городище выдерживает многодневную осаду… А в другой раз двое самых сильных мужчин ссорятся, один из них уводит часть жителей отсюда. Они долго идут на север, через реки, болота, непролазные дебри и в конце концов поселяются там, где сейчас живем мы. У того родничка, который подпитывает наш прудик в парке… Как, вполне ведь возможно?

Артемка с готовностью закивал, жалея лишь о том, что папин вопрос заслонил нарисовавшуюся в воображении живую картинку с древними людьми.

– Мы с мамой раньше всё подальше уезжали, – продолжал папа. – Думали, там интереснее. Ладога, Белое море, Байкал, Саяны, Телецкое озеро… А оказалось, потом, когда я уже… когда не смог ездить, что и в самой Москве вот такие места есть. Удивительные, древние… И мы, Артемыч, еще походим, посмотрим. И в Царицыне, и в Абрамцеве, в Серебряном бору. Ты не бойся…

В его голосе были и твердость, и в то же время что-то, от чего Артему хотелось прижаться к папе, погладить его по голове, как маленького и слабого.

Мимо них, будто инопланетянин из фантастических фильмов, медленно и тяжело прошагал человек с высокой поклажей на спине. Без объяснений Артемка понял, что это тот человек, который недавно летал, несет обратно к горе свой дельтаплан.