Мальчик, который рисовал кошек, и другие истории о вещах странных и примечательных - Лафкадио Хирн

Я пребывал в полном недоумении, пытаясь понять, почему из каждой тысячи лис у девятисот отбиты носы. Главную улицу Мацуэ можно было бы из конца в конец замостить кончиками носов покалеченных лис Идзумо. В ответ на высказанное мною по этому поводу удивление один мой друг ответил одним простым, но все объясняющим словом «кодомо», что значит «дети».

II

Инари – имя, под которым общеизвестен бог-лис, – означает «мера риса». Но древнее имя этого божества – Великий дух пищи: он – это Ука-но-ми-тама-но-микото из свода «Кодзики»^[89]. Лишь со времен много более поздних носит он имя, указывающее на его связь с культом лиса, Микэцу-но-ками, или бог трех лисов. И действительно, представление о лисах как о существах сверхъестественных появилось в Японии, по-видимому, не ранее десятого или одиннадцатого века; и хотя святилище этого божества со статуями лис можно найти во дворе большинства крупных синтоистских храмов, следует отметить, что в пределах всех обширных владений древнейшего синтоистского храма Японии – Кицуки – вам не удастся найти ни одного изображения лиса. И только в современном искусстве – в искусстве Тоёкуни и иже с ним – Инари изображается в виде бородатого мужчины, едущего верхом на белом лисе^[90].

Инари поклоняются не только лишь как богу риса; и в самом деле существует множество Инари, так же как в древней Греции существовало множество божеств, зовущихся Гермес, Зевс, Афина, Посейдон, – все зависело от того, образован ли человек или вышел из простого народа. Инари обрел много ипостасей по причине своих различных отличительных черт. Например, у Мацуэ имеется Камия-Сан-но-Инари-Сан, который является богом кашля и сильных простуд – недугов крайне обычных и необычайно жестоких в провинции Идзумо. У него есть храм в Камати, где ему поклоняются под простонародным именованием Кадзэ-но-Ками и под более почтительным Камия-Сан-но-Инари. И те, кто после вознесения ему молитв излечивается от своих жестоких кашлей и простуд, приходят в этот храм с приношениями в виде тофу.

В Оба, подобным же образом, имеется свой особый Инари, и очень знаменитый. На стене его святилища закреплен большой короб, заполненный маленькими глиняными лисами. Паломник, которому нужно вознести молитву, кладет одну из этих маленьких фигурок себе в рукав и относит домой. Он должен держать ее у себя и воздавать ей все надлежащие почести до того времени, пока его прошение не будет удовлетворено. После этого он должен отнести ее обратно в храм и вновь положить в короб, а кроме того, если он в состоянии, сделать какое-то небольшое приношение этому святилищу.

Инари часто поклоняются как целителю, а еще чаще как божеству, во власти которого даровать благополучие и богатство. (Быть может, в силу того, что в старой Японии все богатство исчислялось в коку риса.) Поэтому его лисы иногда изображаются держащими во рту ключи. А из божества, дарующего богатство, в некоторых местностях Инари превратился также в особое божество туземных гетер дзёро. Например, достойный посещения храм Инари имеется в окрестностях Ёсивара в Иокогаме. Он стоит в одном дворе с храмом Бэнтэн и многим более обычного велик для святилища Инари. Пройти к нему можно через несколько стоящих последовательно один за другим тории: они различны по высоте, уменьшаясь в размерах по мере приближения к храму, и расположены каждый раз ближе друг к другу, пропорционально убыванию своей величины. Перед каждым тории сидит пара причудливых фигур лис – одна справа и одна слева. Первая пара – большие, как борзые собаки; лисы второй – намного меньшей величины; а все последующие становятся все меньше и меньше, сообразно уменьшению размеров их тории. У подножия деревянной лестницы храма сидит пара очень изящных лис из темно-серого камня, шеи которых обмотаны кусками красной материи. На самой лестнице сидят белые деревянные фигуры лис – по обеим сторонам каждой ступени, при этом каждая следующая пара меньше стоящей ниже; а на пороге перед самым входом находятся две крошечные фигурки, не более трех дюймов высотой, восседающие на небесно-голубых постаментах. У этих двух лисичек кончики хвостов позолочены. Если заглянуть в храм, то слева можно увидеть нечто наподобие длинного низкого стола, на котором расставлены тысячи крохотных статуэток лис, еще меньше тех, что восседают при входе, но только с простыми белыми хвостами. Никакого образа Инари нет; и действительно, я до сих пор не видел ни одного изображения Инари ни в одном храме Инари. На алтаре можно видеть обычные символы Синто; а перед ним, прямо напротив входа, стоит некоего рода светильник со стеклянными стенками и деревянным дном, из которого выступают острия гвоздей для закрепления на них возжигаемых обетных свечей^[91].

И здесь время от времени, если вы потрудитесь понаблюдать, быть может, вы увидите хотя бы одну симпатичную девицу с ярко накрашенными губами, в красивом старинном наряде, носить который не пристало ни одной честной девушке или почтенной матроне, которая подходит к подножию лестницы, бросает монетку в ящик для денег, стоящий возле входа, и восклицает: «О-росоку!», что означает «соблаговолите свечу». Сразу же вслед за этим из внутреннего покоя в святилище входит старый служитель с горящей свечой, закрепляет ее на острие гвоздя в светильнике, а затем возвращается в свою обитель. Такие свечные приношения всегда сопровождаются тайными молитвами об удаче. Однако этот Инари почитается также многими иными, помимо поклонниц из категории дзёро.