Грозные чары - Мэри Стюарт

– Следует ли нам понять?.. – начал Пападопулос.

– Поглядите на его лицо, – перебил Макс. – Он пытался убить тебя?

Я кивнула.

– Макс! – предостерегающе воскликнул инспектор. – Петрос? Ага... А теперь, мисс Уоринг, вашу историю, пожалуйста, и побыстрее.

– Да, конечно, но сначала мне надо кое-что сообщить вам – кое-что очень важное.

– Что именно? – требовательно спросил Пападопулос.

Я уже открыла было рот, но все, что я собиралась сказать, вдруг потонуло в резком, настойчивом телефонном звонке. Пронзительный звук расколол напряженную тишину комнаты. Помню, что сама я так и подпрыгнула, и, надо думать, всеобщее внимание на долю секунды переключилось на аппарат. Констебль с пистолетом в руке машинально сделал шаг к телефону, словно собираясь снять трубку.

Этой доли секунды оказалось достаточно. Вряд ли я даже успела увидеть, как Годфри перешел к действию, но в одно молниеносное мгновение рука, опиравшаяся на край стола, метнулась на дюйм ниже, рывком выдвинула ящик, рванула из него пистолет и выстрелила – и все одним движением, быстрым и плавным, как удар кошачьей лапы. Эхом ответил пистолет Петроса – но на миг позже, чем надо было. Его пуля вонзилась в стену за письменным столом, а потом дымящийся пистолет вылетел из руки полицейского, заскользил по полу и скрылся под письменным столом. Петрос издал какой-то невнятный вскрик, схватился за правое плечо и качнулся назад, перегородив дорогу рванувшемуся вперед Максу.

Одновременно с треском выстрела Годфри прыгнул к открытой двери на террасу, где в двух шагах от него стояла я. Мертвая хватка сжала мне руку, заламывая ее за спину. Притянув меня к себе, Годфри использовал меня как щит. И как заложницу. В бок мне уперлось дуло пистолета.

– Не подходи!

Макс, уже на полпути к Мэннингу, резко остановился. Пападопулос замер, приподнявшись с кресла и держась руками за подлокотники. Констебль опирался на стену, куда его отшвырнул бросок Макса, между пальцами его сочилась кровь. Близнецы даже не шелохнулись, но я услышала, как Миранда издала слабый всхлипывающий стон.

Колени у меня подкосились, я покачнулась, и тотчас же дуло пистолета жестоко ударило мне под ребра.

– Держись на ногах, сучка, – прошипел Годфри, – не то пристрелю на месте. А вы все слушайте. Я ухожу, и девчонка со мной. Если меня будут преследовать, не надо вам объяснять, что с ней случится. Вы наглядно продемонстрировали, как мало мне остается терять... О нет, я не увезу ее с собой. Она чертовски неприятная спутница в плавании. Можете спуститься за ней, как только увидите, что я уплыл, – не раньше. Поняли? Ну давай, пошевеливайся!

Приказ сопровождался очередным тычком пистолета. Я вскрикнула от боли, и Макс невольно рванулся вперед.

– Не подходи! – рявкнул Годфри, медленно таща меня за собой к стеклянной двери.

Я не смела сопротивляться, но старалась повиснуть на нем всем телом, как мертвый груз.

– Он не оставит ее в живых, Маркос, – хрипло произнес Макс. – Он убьет ее.

– Это ему не поможет, – кое-как ухитрилась выдавить я. – Я все... рассказала... Адони. Адони знает...

– Заткни свою чертову пасть, – прикрикнул Годфри.

– Слышишь? – сказал Макс. – Если ты не причинишь девушке никакого вреда, возможно, мы...

– Вот кому бы я с удовольствием причинил как можно больше вреда, так это ей, – отозвался Годфри.

Он снова рванул меня за руку и шагнул к выходу.

– Пойдем-ка. А где мальчик-красавчик? Куда он подевался?

Он остановился. Мы стояли как раз в открытой двери. На миг я почувствовала, как напряглось и закоченело его тело, а потом он выдернул меня из освещенного проема и, прикрываясь мной, резко попятился к косяку. Дуло пистолета уже не упиралось мне в бок, а было направлено вперед на уровне моей талии.

Адони... Это Адони с грузом идет прямо на прицел Годфри!

В следующую секунду я поняла, что ошибаюсь. Раздалось позвякивание стакана, плеск виски и такой звук, словно кто-то вполголоса мурлыкал какую-то мелодию.

– «Там, где выпивка дешевле», – беззаботно напевал сэр Джулиан, щедро наливая себе виски Годфри. Потом он вдруг увидел нас. Невнятный, но все равно прекрасный голос радостно произнес: – Привет, Мэннинг. Не возражаете, что заглянул к вам? На огонек... подумал, может и Макс тут. О, Люси, дорогуша...

Думаю, я была близка к обмороку, потому что события нескольких следующих секунд помню лишь весьма смутно. Сэр Джулиан, дружелюбно подмигивая, шагнул к нам навстречу с накренившимся стаканом в одной руке и бутылкой в другой. На лице его блуждала тихая глуповатая улыбка добравшегося до выпивки пьянчужки. Он приветственно помахал Годфри бутылкой.

– Сам себя угостил, дорогой Мэннинг. Не возражаете?

– Добро пожаловать, – отозвался Годфри, мотнув головой в сторону дома. – В комнату.

Казалось, сэр Джулиан не замечал ничего странного. Я попыталась заговорить, но не смогла, смутно гадая, отчего Макс не произносит ни звука. И тут актер заметил его.

– А, Макс...

Он умолк – вероятно, слабое ощущение, что тут что-то не так, начало пробиваться сквозь пары алкоголя в затуманенную голову. Глаза вновь неуверенно обратились на Годфри, вглядываясь в тень, где мы стояли, за потоком света из окна.

– Телефон. Кто-то звонит... – Он нахмурился. – Но не я. Я думал об этом, но решил прийти сам.

– Внутрь, ты, пьяный олух, – велел Годфри, дергая меня за руку, чтобы пройти мимо него.

Сэр Джулиан в ответ лишь расплылся в счастливой ухмылке, трясущейся рукой поднял бутылку в виде приветствия и вдруг швырнул ее прямо в лампу.

Он промахнулся, но лишь чуть-чуть. Бутылка задела шнур, и лампа как безумная взлетела вверх к потолку, потом снова вниз и бешено закачалась. По стенам заплясали неровные тени, наполняя комнату водоворотом действия, бурным и неестественно быстрым, словно в старом кино...

Что-то белое царапнуло пол... Гипсовая повязка Спиро, выставленная прямо Годфри под ноги. Годфри пошатнулся, наткнулся плечом на дверную раму, вновь обрел равновесие и, прорычав у меня над ухом какое-то сдавленное проклятие, выстрелил вниз в юношу. Я почувствовала отдачу пистолета у моего пояса и ядовитый запах опаленной ткани. Должно быть, Мэннинг метил в Спиро, но лампа все еще качалась, как при землетрясении, да и я, еле стоявшая на ногах, мешала прицеливаться, так что пуля угодила в гипс, раздробившийся на множество обломков. Должно быть, удар по больной ноге был просто чудовищен. Спиро закричал и откатился в сторону, а Миранда, что-то пронзительно выкрикивая, склонилась над ним.

Не знаю, самой ли мне удалось вырваться, или Годфри просто отбросил меня в сторону, но я вдруг оказалась свободна. Рука, чудом не сломанная, бессильно повисла вдоль тела. Когда я начала падать, он снова выстрелил, а потом что-то ударило меня, отбрасывая на пол. Макс, пронесшийся мимо в безмолвном смертельном рывке к пистолету, который Годфри сжимал в руке.