Два брата - Бен Элтон

Они с Паулем переглянулись. Оба понимали, чем жертвуют.

В следующее воскресенье Зильке исполнила свой долг, посвятив Отто в дерзкий план Пауля.

— Ты нужен Дагмар, — сказала она. — Паули и фрау Фишер очень встревожены. Она стала затворницей, сходит с ума и теряет надежду. Ей надо выходить на люди. Как-то отвлечься. Ты единственный, кто может ей помочь. Поэтому возьми себя в руки, тебе должны доверять. Тогда ты сможешь выходить в город и постепенно оживишь Дагмар.

Дважды повторять не пришлось. В мгновение ока Отто переменился.

— Порядок, Зилк! — Он расплылся в широченной улыбке. — Можете на меня положиться.

— Здорово. — Улыбка Зильке была гораздо скупее.

В то же воскресенье Пауль ознакомил Дагмар со своим планом.

— Как же я раньше-то не сообразил, — сказал он. — Оттси будет идеальным прикрытием. С ним ты опять будешь немкой, которой все двери открыты!

Поначалу перспектива общения с нацистами повергла Дагмар в ужас. Но вскоре авантюрная жилка пересилила страхи, и затворница воспрянула духом.

— Да, Отто будет красивым кавалером! — сказала Дагмар.

— Не сыпь мне соль на рану, — угрюмо попросил Пауль.

— Глупости! — В голосе Дагмар звенела радость, какой Пауль уже давно не слышал. — Я люблю вас обоих, ты же знаешь.

Было решено, что в следующее воскресенье Зильке поведет Дагмар на чаепитие. Отто легко выхлопотал пропуск еще для одной гостьи — на школьных мероприятиях всегда была нехватка девушек. Конечно, у Дагмар не было формы ЛНД, но статуса подруги Зильке вполне хватило, чтобы избежать вопросов.

Вдвоем девушки поехали на свидание.

Они уже давно не виделись и оттого мучительно искали тему для разговора. Пытались поболтать о былых деньках в Субботнем клубе, но кроме этих воспоминаний их ничто не связывало. Они и до нацистов не особо дружили, а сейчас их разделяла неодолимая пропасть.

От конечной остановки до интерната около километра предстояло пройти пешком. Дагмар была на высоких каблуках и решила взять такси.

— Не волнуйся, я заплачу, — сказала она, заметив смущение Зильке. — У нас с мамой еще остались деньги, хотя много забрали, когда… скажем так, взыскали издержки за убийство отца.

В такси Зильке взяла Дагмар за руку. Такое бывало лишь в детских играх.

— Не помню, говорила я или нет, — прошептала она, — но я тебе ужасно сочувствую… В смысле, из-за отца… и прочего.

Дагмар улыбнулась:

— Спасибо, Зильке. Ты не говорила, но я это знала. Может, иногда я бываю противной, но я не совсем бесчувственная. Вот и сегодня. Ведь я понимаю, как тебе тяжело…

— Все нормально, — перебила Зильке. — Абсолютно. Отличный план. Как все планы Пауля.

Вскоре они подъехали к величественным школьным воротам, увенчанным кованым орлом со свастикой.

— Господи, я ужасно волнуюсь, — сказала Дагмар. — Там же сплошь нацисты.

— Все будет хорошо, — успокоила Зильке. — Не сомневайся.

— Откуда ты знаешь?

— Они, конечно, нацисты, но все равно парни.

Разумеется, Зильке оказалась права. Стоило Дагмар, изящной, утонченной, одетой как дама, пройти через ворота, и о ней заговорила вся школа. Похоже, воспитанник Штенгель одержал очередную победу, сменив миловидную девушку на сногсшибательную красавицу. Естественно, никому и в голову не пришло интересоваться ее родословной. А вот очередь из желавших отдать за нее жизнь никого бы не удивила.

В следующее воскресенье Зильке вновь сопроводила Дагмар, после чего в школе больше не появлялась.

Свой долг она исполнила. Дагмар в ней больше не нуждалась. Школа приняла новую девушку Отто, а директор даже удостоил ее комплиментом, от которого хотелось спрятаться. Зильке понимала, что никто по ней не затоскует, и поспешила откланяться. Пусть от Дагмар столбенели все парни, но невыносимо было видеть, как перед ней суетится Отто, словно щенок, дико желающий угодить хозяйке.

Дагмар легко приняла эстафету. И даже больше того. Зильке только считалась девушкой Отто, Дагмар же мгновенно ею стала. Они с Отто сидели под дубом, откуда просматривалось футбольное поле, и целовались, о чем Зильке так страстно мечтала.

План Пауля сработал блистательно. Для Дагмар открылся путь к развлечениям, в которых было отказано другим молодым евреям. Старшеклассник Отто мог отлучаться из школы по вечерам и субботам. Он водил Дагмар в сады и зоопарк. Они сидели в кафе и даже выпивали в барах, где хозяева закрывали глаза на молодость такой красивой пары.

У Отто не было денег, зато имелись сила, стать и полувоенная форма. У Дагмар деньги были, и она охотно тратила их на бесценную возможность снова чувствовать себя нормальным человеком.

Конечно, Отто водил Дагмар в бассейн — центр ее вселенной. Вскоре она уже не дергалась, покупая входные билеты. У красивой спутницы воспитанника «Напола» никто не спрашивал удостоверения личности. Естественно, Дагмар боялась, что кто-нибудь ее узнает, но наследница магазинного королевства уже давно не вращалась в обществе и в памяти многих осталась девочкой лет двенадцати-тринадцати.

Теперь Фрида узнавала о жизни Отто через Пауля, получавшего вести от Дагмар. По воскресеньям Зильке все так же приходила к Штенгелям и, через силу улыбаясь, слушала, как развлекается эта пара, а Пауль пытался передать восторги Дагмар.

— Им и вправду хорошо, — говорил он.

— И слава богу, — подхватывала Зильке.

Фрида поглядывала на них, пряча печальную улыбку.