Возвращение домой.Том 1 - Розамунда Пилчер

Занятно было снова вернуться сюда. Тот же самый мрачный интерьер, полированные прилавки, продавцы в высоких, удушающих воротничках. Но тогда, в прошлый раз, все было по-другому. В тот раз Джудит была здесь с мамой, и обе они робко, на ощупь прокладывали путь к новой жизни — к разлуке и «Святой Урсуле». В тот день Джудит впервые увидела Диану и Лавди Кэри-Льюис, даже не зная еще, как их зовут, и украдкой наблюдала за ними, ошеломленная их непринужденными манерами, лоском и обаянием Дианы. И ничто не предвещало, что вскоре она станет близка с этими интригующими, красивыми и вольными, словно бабочки, людьми.

Много событий произошло за последние несколько месяцев, и вот Джудит между делом забегает в «Медуэйз» в компании блестящего старшего брата Лавди, уже как полноправный член клана Кэри-Льюисов. Она прекрасно понимала, что это не только ее заслуга — непредвиденные обстоятельства круто переменили ее жизнь. Еще совсем недавно будущее не сулило ей ничего, кроме разлуки с семьей и необходимости примириться с четырехлетним заточением в закрытой школе, прерываемым лишь недолгими и безрадостными отлучками к тете Луизе. Но тетя Луиза оставила этот мир, и ее уход открыл для Джудит двери в Нанчерроу и такие перспективы и виды на будущее, которые, казалось, уходят в бесконечные дали.

— Доброе утро, Эдвард!

Ее глубокие и отчасти тревожные размышления были как нельзя кстати прерваны портным, вышедшим из какой-то полутемной задней комнаты. Ему доложили о приходе клиента, и он явился с уже висящим на шее сантиметром. Лысый череп его блестел, точно отполированный, и он был в полной готовности приступить к делу.

— Доброе утро, мистер Такетт! Они обменялись рукопожатием.

Мистер Такетт перевел взгляд на Джудит и нахмурил брови.

— Ведь это не юная Лавди, нет?

—Боже правый! Нет, конечно! Это ее подруга, Джудит Данбар. Она у нас в гостях.

—А, ну тогда понятно. Я сразу подумал, что это не может быть Лавди. Итак… Полковник звонил мне утром и предупредил, что вы заедете. Твидовый костюм для охоты, сказал он.

— Верно. Я успел из всего вырасти.

Мистер Такетт окинул взором фигуру Эдварда и позволил себе чуть заметно усмехнуться.

— Ага, вижу-вижу. Должно быть, вас недурно кормят в этой вашей школе. Итак, выберем материал или сперва снимем мерку?

— Сначала лучше разделаемся с обмерами.

— Очень хорошо. Не будете ли вы любезны пройти вот сюда…

— Дж удит, ничего, что я тебя ненадолго покину?

— Да, я подожду.

— Разыщи себе стул.

Но когда они скрылись за черной занавеской, отгораживающей святая святых мистера Такетта, Джудит поднялась на второй этаж, в отдел детской одежды, и купила себе три пары гольфов, чтобы уже никогда не надевать коричневые фильдекосовые чулки, разве только это прикажут сделать. Этот мелкий жест неповиновения прибавил ей уверенности в себе, и она, весело сбежав вниз по лестнице, нашла стул и уселась, поджидая Эдварда.

Она прождала довольно долго. В конце концов Эдвард вместе с мистером Такеттом появился из-за занавески, на ходу натягивая через голову свой свитер.

— Прости, что так долго, — извинился он перед Джудит.

— Ничего страшного.

Мистер Такетт пустился в объяснения:

— Пришлось заново снимать все мерки. Теперь это уже будет охотничий костюм взрослого мужчины, он должен прослужить Эдварду не один год.

Потом настал черед выбирать твид, и эта процедура длилась едва ли не дольше, чем снятие мерки. Толстые альбомы с образцами материала были разложены на прилавке, и Эдвард погрузился в нелегкие раздумья. Немало времени ушло на скрупулезное обсуждение относительных достоинств харрисского твида ручной выработки и йоркширского твида. Какой рисунок ткани выбрать: «клыки», «елочку» или «лавэт»? Эдвард изучал образцы, так и сяк вертел их в руках. В конце концов он остановился на прочном шотландском твиде, которому не страшны колючие заросли, болотного цвета, с клетчатым рисунком из красноватых и бежевых волокон. Подумав, Джудит одобрила его выбор.

— Очень практичный материал, — заметила она. — Костюм будет тебе к лицу и одновременно сделает незаметным в зарослях. И с тем же успехом его можно будет надеть в гости или даже в церковь.

— Совершенно верно, мисс, — просиял мистер Такетт. Он загнул краешек выбранного образца материи и заколол его булавкой.

— Я закажу материал немедленно и примусь за работу, как только заказ прибудет. Костюм должен быть готов до конца праздников… А теперь, может быть, вам нужно еще что-нибудь из одежды? Рубашки? Галстуки? Носки? — Он понизил голос: — Нижнее белье?

Но у Эдварда всего было в достатке. Они собрались уходить. Мистер Такетт торжественно и с достоинством, под стать самому Неттлбеду, проводил их до дверей и пожелал удачного дня.

Когда они очутились на улице, Эдвард испустил вздох облегчения.

— Уфф! Все! Пойдем теперь чего-нибудь выпьем и перекусим.

— Мне показалось, для тебя это было удовольствием.

— До некоторой степени. Однако все это отнимает слишком много времени.

— Мне очень понравился тот твид.

— Во всяком случае, он лучше, чем «клыки». В нем, по крайней мере, я не буду походить на заурядного букмекера. Ну что, идем?..

Он взял ее за руку пониже локтя и повел через дорогу, чуть не угодив под колеса двух автомобилей и одного велосипеда.

— Куда мы идем? — выговорила Джудит, еле поспевая за широко шагающим по тротуару Эдвардом.

— Не знаю. Найдем какое-нибудь местечко.

Нашли они в конце концов паб с небольшим садом, так что Джудит могла не заходить внутрь. Садик был совсем крошечный, огражденный низкой каменной стеной, поверх которой открывался красивый вид на гавань и на морские просторы за нею. Укрытый от ветра и потому достаточно теплый, этот закуток был беспорядочно усеян столиками. Эдвард усадил ее за один из них и спросил, что она будет пить. Джудит попросила «Апельсиновую корону», которая до сих пор оставалась ее любимым напитком; он рассмеялся, зашел, пригибая голову, в низкую дверь паба и вскоре появился снова с лимонадом для нее, кружкой пива для себя и написанным от руки, истрепанным обеденным меню.

— Здесь, конечно, нет того, что в «Митре» — шика и размаха, но, по крайней мере, нет и давящей тишины, нарушаемой лишь рыганием или, еще хуже, мышиным поскребыванием столового серебра о фарфор. — Он сморщился, глядя в меню, уголки его рта опустились в преувеличенной гримасе. — Сосиска в тесте. Колбаски с картофельным пюре. Домашний корнуолльский пирог с мясом и овощами. Испробуем пирог?

— Хорошо.

— Ты как относишься к корнуолльскому пирогу?

— Обожаю.

— А на сладкое можно взять бисквит со взбитыми сливками, конфитюр или мороженое. Все — «домашнего приготовления».