Чистилище. Книга 1. Вирус - Валентин Бадрак

Лидия первой вынырнула из зеленоватых глубин информационного океана. Общение вслепую оказалось пунктирным и коротким, как олимпийская стометровка, – просто девушка слишком хорошо знала, что ищет. Они встретились в одном из многочисленных ресторанчиков громадного торгового центра на Оболони, и Лантаров отлично запомнил холодный вечер с затянутым, тяжелым пластом насупившегося неба.

Лидия не вызвала в нем восхищения, хотя он сразу представил в мыслях ее в роли партнерши. Гривастая девица – целые табуны таких весело дефилируют по Крещатику, создавая эффект наряженной новогодней елки для главной улицы города. Правда, ее дивные аквамариновые глаза можно было причислить к натуральным украшениям – он никогда прежде не видел таких глаз и даже невольно засмотрелся на них. В остальном – ничего особенного, никакой броской, чарующей красоты. Лантарову больше понравилась какая-то тихая безрассудная смелость тайной авантюристки, порой проступающая из-под покрова женского облика. Общалась она с самой первой минуты с той легкой и мягкой фамильярностью, что обычно позволяет хорошенькой и неглупой женщине создать ауру дружеской расположенности в общении с не слишком взыскательным мужчиной.

И Лантаров охотно поддался предложенному стилю общения.

– Мы с мужем – практикующие психоаналитики и собираемся написать книгу.

– Ого! Первый раз в жизни мне приходится видеть живую писательницу, да еще психоаналитика. Ты, наверное, видишь окружающих людей насквозь?

Она самодовольно улыбнулась.

– Не то чтобы насквозь. Но кое-что могу уловить. В этом нет ничего ужасного. Скорее наоборот. А мой муж – вообще милый, добрый и абсолютно не опасный человек. Да и я тоже не кусаюсь.

Лантарову бросилось в глаза, что девушка за такой короткий промежуток времени уже дважды вспомнила о муже. А ведь они встретились, дабы организовать преступную связь. Подумал об этом и невольно вздохнул: какой-то злой рок с этими замужними…

– Хорошо, а обо мне вот ты что можешь сказать?

Девушка сверкнула глазами.

– Ты просто играешь роль и носишь маску. Холодного денди, коллекционера женских образов, побежденных тобой…

Лантарову вдруг стало неуютно, и он решил, что не хочет продолжения рассказа о себе.

– А о чем книга будет? – осведомился он, переводя стрелки в другую сторону.

Лидия понимающе улыбнулась.

– Но ты вовсе не плохой герой. А книга будет об интимном мире отношений мужчины и женщины. – После этих слов она блеснула зубами в улыбке, теперь уже широкой и победоносной: «Да, вот мы такие! Мы встречаемся не для примитивного удовлетворения телесных желаний, а для решения одной грандиозной задачи». Затем девушка окинула нового знакомого изучающим взглядом – приблизительно так ветеринар смотрит на заболевшего пса.

– Ого! – Лантаров опять чуть не присвистнул от изумления и решил уточнить: – Но все-таки книга о сексе?

– Нет, не совсем, – решительно поправила его Лидия, – скорее о психологии секса. То есть, не о технике и механике, а о том, что у человека в голове творится – до, во время и после.

У Лантарова закралось подозрение. Он почему-то вспомнил Веронику, также твердившую о том, что секс творится в голове. Настоящий, нерядовой, лишенный банальности секс. Вероника полагала, что такие проекты вынашиваются и разрабатываются подобно военным планам Генерального штаба. Вообще, все это дело отдавало лабораторно-медицинским анализом. «Мне еще участия в экспериментах не хватало, – подумал он с отвращением, – сколько же свихнувшихся людей в этом городе?»

– Так ты за этим в интернет полезла?

– Ну, и за этим в том числе, – подтвердила девушка, теперь прямо глядя ему в глаза и бесстыдно улыбаясь то ли его находчивости, то ли собственной откровенности. Она явно изучала его реакцию. – Хорошая книга может получиться лишь в том случае, когда подтверждена качественными практическими исследованиями.

– Издеваешься?! – воскликнул Лантаров, думая, что пора сваливать. «Непуганые придурки! Сваливать, это ложный вызов».

– Ты не понял, это очень серьезно. Тут никаких глупостей не предусмотрено. – Весь ее вид излучал теперь благоразумие и благочестие преподавателя физиологии человека.

– И что, когда ты встречаешься с кем-то из интернета, ты всегда об этом рассказываешь? И стараешься… ммм… извини, переспать с… с тем, кого собираетесь исследовать?

Лидия засмеялась, и Лантаров увидел, как опять провокационно и загадочно сверкнули ее аквама-рины.

– Ну, конечно же нет. Связи очень избирательные. Когда проясняешь проблемы и решаешь задачи отношений, чаще всего интим не обязателен.

«Ну да, – с иронией подумал Лантаров, – стал бы я общаться с тобой ради общения! Да, народец приторможенный. Психи, тут добавить нечего».

– И что по этому поводу говорит муж? – спросил он с вызовом.

– В том-то и дело, – ответила она спокойно и прикоснулась губами к трубочке, из которой пила апельсиновый фрэш, – реальная связь может возникнуть, если ее одобрит муж.

– Что?! – Лантаров оторопел, не поверив услышанному. Он решительно ничего не понимал. – Муж сам освящает интимные отношения на стороне?! Покажи мне хоть одного такого мужа! Да это полный бред!

Лидия пожала плечами, но не стала переубеждать его. Она продолжала изучать Лантарова, откровенно рассматривая его как человек, посвященный в некое таинство, смотрит на незадачливого собеседника, которому не дано понять скрытый смысл вещей.

– Знаешь, что, – вдруг решительно предложила она, – а поехали ко мне? Я тебя познакомлю с мужем, посидим, поговорим. И еще угощу тебя настоящим кофе вместо этого пойла.

Лантаров отрицательно замотал головой. Что-то тут не то. Не может быть, чтобы вот так: трах-бах, и поехали ко мне.

– Да ты не переживай, – заверила его девушка, – я ж тебя не в постель приглашаю. Я тебя приглашаю поговорить.

В ее голосе действительно присутствовало что-то убедительное и успокаивающее, вызывающее волну доверия. «Ну, не похожа она на представительницу криминального мира», – размышлял Лантаров. Это может быть простое «разводилово» большого города – сейчас его заведут, оберут, и на этом веселый вечер бесславно завершится. Лантаров почувствовал, как багровеет от внезапного переживания. «Так тебе и надо, дурачку!» – его прожигало тревожное предчувствие чего-то нового и неординарного, чего боятся и чего тайно желают.

На улице все же прошел обильный дождь, и небо еще выплакивало остатки горечи – вокруг было мерзко от холодной сырости ранней осени и грязных луж. Лантаров предложил подъехать к дому на машине, и девушка нашла это логичным, хотя и жила неподалеку. В машине Лантаров незаметно бросил под сиденье свой телефон – единственную действительно дорогую вещь. В кошельке же оставалось несколько кредиток и сотни четыре гривен – мелочовка, с которой не жаль расстаться в случае непредвиденного развития событий.