Год Мужчины. Эффект женщины - Александр Гордиенко

– Откуда?! – буквально прорычал Железнов, подспудно уже зная ответ.

– И как ты все это пережил…

– Ты следила за мной?! – на скулах у Железнова заходили желваки. – Ну, конечно же, «Пересвет»… Какой же я идиот! – в голове Железнова сложились все кусочки мозаики: – Уходи! – глухо произнес Железнов. – Это – низко. Уходи.

– Я уйду, Саша, уйду. Как скажешь. Твое желание – для меня закон. Хотя уйти от тебя – это последнее, чего я хотела бы в этой жизни. Но давай уж расставим все точки над i.

– Ничего не хочу слушать.

– И про Азарову?

– Мне не нужны посредники во взаимоотношениях, тем более за подписью «Доброжелатель». Уходи.

– Я не до конца поняла твой сарказм, – Катя вскинула голову. – Я действительно (!) хочу для тебя только добра.

– «Доброжелатель» – это подписант анонимки в советские годы. В которой, как правило, излагалась клевета. Это тебе для понимания, – Железнов говорил короткими рублеными фразами. – И еще тебе для понимания: «Благими намерениями устлана дорога в ад» – тоже не слыхала?

– Саша, я не интриганка и… – Катя сложила руки у лица «лодочкой» и, пытаясь поймать взгляд Железнова, – …и не сволочь. Если бы я ей была, я не пришла бы к тебе сегодня с этим разговором.

– Вот и уходи. Несволочью. Кем угодно уходи… Ты прекрасно знаешь, что никогда и ни при каких обстоятельствах я не способен применить к женщине силу. Не уйдешь сама, уйду я.

– Я прошу у тебя всего три минуты, – видя, что Железнов никак не отреагировал на ее слова, а, обхватив свою голову руками, молча смотрел сквозь нее, скорее всего переламывая какие-то свои мысли, Катя, тем не менее, решила продолжать, вернее, взорвать ситуацию, вырвав Железнова из состояния оцепенения. – Да! Изначально я хотела уничтожить тебя! – почти выкрикнула Катя. – Изничтожить как личность. Сломать тебя! Я хотела найти твои слабые места…

– Нашла? – Железнов неожиданно поднял голову. Оказалось, что он «слышал» то, что она говорит. Более того, помимо сарказма в его голосе присутствовала толика заинтересованности.

– …предлагая в качестве наживки себя! Я хотела покорить тебя своей красотой, чтобы потом перейти на ручное управление и превратить твою жизнь в… – Катя всхлипнула, в ее глазах стояли слезы.

– …в аквариум с безмозглой рыбкой, – перехватил Железнов.

– Прости меня, Железнов! Тогда, четыре месяца назад, я безумно разозлилась на тебя! Я так не злилась, наверное, ни разу в жизни! Идиотка! Я думала, ты обычный мужик, возомнивший о себе слишком много… Вот и решила наказать тебя, свести тебя с ума и, чтобы побыстрее набрать о тебе информацию, решила воспользоваться возможностями своего охранного агентства…

– Ты что, не понимаешь, насколько вероломно ты поступила! – у Железнова сузились глаза, под ними собрались злые морщинки. – Получается, что тогда, когда ты подошла ко мне в кафе и сказала, что тебя бросил муж и тебе очень одиноко…

– Нет! Саша! Нет! Я никогда не играла эмоциями с тобой…

– Не похоже!

– С первой же встречи все пошло не так, как я задумывала! Ты сразу же захватил меня! Я ненавидела тебя всего три часа моей жизни!

– Всего-то! Три часа! – сарказм лавой валился из Железнова, сжигая на своем пути все объяснения Екатерины. – Надо же! Зато результат-то каков! Всеобщее обозрение Железнова! Круглосуточное соло-шоу с залезанием в душу и в душевую! Недорого для миллиардеров!

– Саша, прекрати! – по щекам Кати катились слезы. – Я прошу тебя! Саша! – Екатерина говорила с трудом, через всхлипывания. – Ты же видишь, что из этого вышло! Мысли о мщении улетели у меня еще до того, как я вошла в кафе. Да и вошла-то я только потому, что наблюдала за тобой из машины, мне стало интересно. Потом, уже у тебя дома – очень-очень интересно. И всегда комфортно, когда я видела тебя. А потом все стало неуправляемо – я полюбила тебя. Нет. Не влюбилась, а точно знаю, что мне нужен только ты… Да, я поступила некрасиво. Но я не осуждаю себя за это. И ты не осуждай, прошу тебя! Если бы не это, я бы никогда не узнала, какой ты. Настоящий ты. Когда человек один на один с собой, он такой, какой он есть. Я не хочу сейчас об этом говорить, но я точно знаю, что таких как ты – нет.

Железнов изучающе, наклонив голову и прищурив один глаз, как-то по-новому смотрел на Екатерину.

– Ты, по-видимому, все-таки не осознаешь, что ты натворила, – Железнов говорил несколько устало и опустошенно. – Включи воображение и представь, что за тобой (!) постоянно кто-то наблюдает, как ты встаешь неумытая и заспанная, как ты строишь гримасы под холодным душем, которые лучше бы никто и никогда не видел, как ты снимаешь несвежее нижнее белье и бросаешь его… где-нибудь на всеобщее обозрение…

– Саша, хватит! Я была…

– …как кто-то посторонний и чужой, усмехаясь, читает в эсэмэс твои очень интимные и очень важные для тебя слова о преданности и любви, предназначенные только одному – единственному любимому…

– Саша! Ничего такого не было! Все видео-трансляции поступали только ко мне!!!

– А почему ты решила, что тебе (!) это дозволено?! – Железнов чувствовал, что он завелся. Но даже не попробовал остановиться. Злость на эту молодую и красивую дуру, ну, хорошо, пусть не дуру, а ничего не желающую понимать эгоистку вырвалась наружу. – Я хочу, чтобы ты прочувствовала, что (!) это такое, когда вмешиваются в твою интимную и личную жизнь, и предлагаю тебе сейчас, здесь, у меня под камерами наблюдения заняться сексом. Чтобы кто-то чужой наблюдал твое самое сокровенное! Предназначенное только для двоих! Ты готова?! Я тебя (!) спрашиваю, ты готова?! – практически прокричал Железнов, приподнимаясь и нависая над столом.

Сидящая напротив Железнова Екатерина буквально физически ощутила мощнейший эмоционально-энергетический импульс, прошедший через нее и, как от удара, невольно отшатнулась. Железнов впервые увидел в глазах Екатерины страх. Впрочем, нужно отдать ей должное, уже через мгновенье взгляд Екатерины стал изумрудно-замораживающим.

– Наверное, я заслужила это, – Катя поднялась, подошла к плите, развернулась лицом к углу, в котором она сидела, и четко произнесла: – Внимание, говорит владелица агентства «Пересвет» Екатерина Строева. Отдаю указание – что бы ни происходило здесь, в квартире Александра Железнова, режим видео– и аудиозаписи, установленный здесь к настоящему времени, не менять. Руководитель агентства несет персональную ответственность передо мной за исполнение моего приказа.

Екатерина повернулась лицом к Железнову, в глазах ее крутились снежинки.

– Ты доволен?

«Да уж, дама с характером», – весь гнев Железнова улетел вместе с эмоциональным импульсом, направленным в сторону Екатерины, осталось раздражение от непонимания содеянного ею. Сам же произнес:

– Ты же понимаешь, что это никак не изменит наших отношений в сторону их сближения.

– Я понимаю так, что это – месть, воспитательная мера с твоей стороны – поставить меня в такие же условия, в какие тебя поставила я! Справедливо, – Катя взяла секундную паузу. – В конце концов, я наконец-то стану женщиной.