Русская гейша. Секреты обольщения - Ольга Лазорева

Лиза была уже на месте и встретила меня довольно раздраженно.

– Знаешь, Таня, – сурово сказала она, – если ты не ночуешь дома, то хотя бы предупреждай! А то мы с Тимом просто не знали, что и думать! И он прав, тебе давно пора обзавестись сотовым. Сколько можно!

– Насчет сотового, возможно, вы правы, – ответила я, глядя на ее покрасневшее лицо. – Извини.

– Главное, что с тобой все в порядке! – более спокойно сказала Лиза. – Знаешь, я хочу провести пробную чайную церемонию. Поэтому подумай, кого пригласить, чтобы не очень стыдно было. А то я пока учусь.

– Лиза, чего ты смущаешься? Можно пока провести для меня и Тима. А Сакура и Идзуми выступят как гейши. Новенькая Рита поприсутствует и посмотрит.

– Как она тебе, кстати? – поинтересовалась Лиза. – По-моему, шибко шустрая девица.

– Вот и хорошо! Характер на такой работе необходим. Пока учится, а там видно будет. Но подготовка у нее отличная.

– Только на вид заморыш, – хмыкнула Лиза.

– Ничего! Загримируем, и будет пока выступать как ученица.

– Смотри, от педофилов отбоя не будет!

– Ну что ты! Наши клиенты все люди достойные, сама знаешь, – засмеялась я абсурдности ее предположения.

Тяною мы провели в ближайшее воскресенье. Я пригласила господина Ито как главного эксперта. Он и был главным гостем. Тим также получил приглашение, но сильно опоздал. Он явился в зал, когда мы уже выпили первый очень густой зеленый чай. Извинившись, Тим устроился возле меня. Я сделала знак сидевшей поодаль Рите, одетой в красивое нежно-розовое кимоно, и она приблизилась к вновь прибывшему гостю, с любопытством поглядывая на него подведенными глазами. Ее беленькое личико выглядело кукольным, темные волосы я убрала, как смогла, конечно, в прическу для начинающих гейш, которая называется момоварэ – «разделенный персик».

Тим искоса поглядел на севшую рядом с ним Риту и усмехнулся. Но она не смутилась и спокойно налила ему чай. Я устроилась рядом с господином Ито. Лиза, как хозяйка, стояла возле очага. Когда зашел Тим, она неторопливо наливала воду в чайник и только молча кивнула ему. Я видела по лицу Тима, что у него что-то случилось не совсем приятное. Но выяснять это на чайной церемонии не полагалось. Мы должны были создать определенную атмосферу покоя, отрешенности от земных забот, любования прекрасным и поддерживать ее во время всего действа.

Когда чайная церемония закончилась, мы ненадолго вышли в садик.

– Неплохо, – одобрил господин Ито. – Я думаю, дело пойдет. Тем более в Москве это в диковинку. Только не знаю, как это понравится русским господам. Все-таки менталитет вряд ли позволит понять суть тяною.

– Ничего, пусть учатся, – усмехнулась я. – Не все же водку в кабаках хлестать! Хотелось бы, чтобы вы еще задержались, Ито-сан. Хочу, чтобы перед вами выступила моя новенькая.

– Хорошо, – мягко улыбнулся он и взял меня под руку.

Когда мы вернулись в зал, Лиза уже раздвинула перегородки, и пространство увеличилось. Рита сидела возле нахмуренного Тима. Мы устроились неподалеку. Лиза принесла поднос с саке. Я налила господину Ито и сделала знак Сакуре. Она вышла на середину зала и сыграла нам несколько пьес на сямисэне. Я видела, как господин Ито вслушивается в ее игру и иногда кивает головой в такт. Затем настал черед Риты. Я встала и представила ее как начинающую гейшу Ханако. Это имя означает «Дитя цветка». Рита вышла с совершенно невозмутимым видом. Мы подготовили стилизованный танец с зонтиком. Когда она повернулась к нам вполоборота и замерла в изящной позе, положив раскрытый яркий бумажный зонтик на плечо, все сразу замолчали. Танцевала она превосходно и подавала себя вполне профессионально. Видно было, что она далеко не новичок на сцене. И это сочетание уверенности и юного хрупкого облика вызывало странные ассоциации.

«Даже и не пойму, в чем тут дело, – думала я, наблюдая, как легко она кружится в танце. – Видимо, у такого юного создания должны быть какие-то неточности, очаровательная неловкость, чтобы у мужчин возникло желание учить и защищать неопытную девушку. Вот! Все дело в этом, – наконец дошло до меня. – Такая юная не может быть опытной. Здесь явное нарушение равновесия, то бишь гармонии».

Я невольно улыбнулась, поймав себя на мысли, что начинаю рассуждать как японцы.

Ханако, будем теперь так ее называть, закончила выступление и изящно поклонилась. Затем села рядом с Тимом. Я заметила, что выражение его лица все еще остается хмурым и озабоченным.

Поздно вечером, когда все, кроме Лизы и Тима, разошлись, я позвала их в кабинет.

– Что с тобой, дружок? – нарочито равнодушно спросила я, вглядываясь в его красивое грустное лицо.

– Кстати, – подхватила Лиза, – я тоже в недоумении! И где твое всегда такое безоблачное настроение?

Тим посмотрел на нас немного затравленно и вдруг закрыл лицо руками и бурно разрыдался.

– Господи! Что случилось?! – одновременно спросили мы.

Лиза вскочила и бросилась к нему. Она обняла его, Тим развернулся и уткнулся ей в плечо. Его тело тряслось, словно в конвульсиях. Я открыла шкаф, достала виски и минеральную воду.

– Лучше чистый, – прошептала Лиза.

Я видела, что ее глаза начинают наливаться слезами. Когда Тим перестал рыдать, а только тихо всхлипывал, сидя в кресле и ссутулившись, я дала ему бокал. Он глянул на меня покрасневшими опухшими глазами, потом взял бокал и залпом осушил его. Мы с Лизой тоже выпили. Через какое-то время Тим немного успокоился.

– Ира погибла, – сообщил он, когда был в состоянии говорить.

– Как?! – испугались мы.

– Взяла мой «Феррари», на нем и разбилась за городом на Рублевке. Сказали, джип какой-то в нее врезался.

– Все может быть, – тихо заметила Лиза.

– Вы что, не понимаете? – закричал Тим и, вскочив, забегал мимо стола. – Это же Инга ее грохнула! И все из-за меня. Мы тут накануне с ней крепко повздорили, она пригрозила, что если я не брошу Ирку, то она с ней разделается. Я начал орать, что я не ее собственность и могу с кем хочу и сколько хочу.

– Это еще ничего не значит, – серьезно сказала я. – Мало ли! Вон сколько аварий! Каждый день сотни, тысячи гибнут!

– Да, – подхватила Лиза. – А ты сразу на Ингу думаешь. Не убийца же она, в конце концов!

– Вы ее плохо знаете, – тихо ответил он и сел в кресло. – Инга не так проста, как кажется. И она, по-моему, имеет отношение к какому-то тайному обществу. Я как-то был с ней на одной вечеринке в честь юбилея ее фирмы. И там возле нее отирался мужик весьма впечатляющего вида. Представьте, очень красивое и значительное лицо, но на виске пятно, словно кровь растеклась. Он на меня произвел неизгладимое впечатление. Есть такие люди, в которых чувствуется власть и значимость. Но Инга нас не познакомила почему-то. Он периодически посматривал на меня с очень странным выражением. Помню, прямо мурашки по спине бежали от страха.