Братство Маргариты - Эдуард Тополь

Выдох!

– Поехали…

Лена везет его в туалет и в душ. Душ он принимает, сидя в кресле, – Лена трет его мочалкой и моет, чистит ему зубы и бреет щетину на щеках и на голове.

Затем вытирает, одевает, пересаживает в инвалидное кресло с электромотором и – пока он смотрит по телику новости – готовит завтрак: кофе и тостики с сыром.

Сам он есть еще не может – левая рука не поднимается вовсе, а правая только сантиметров на 15, и Лена кормит его, как малого ребенка.

Но в 9.40 он кладет правую руку на пульт управления инвалидным креслом и катит в этом кресле к своему рабочему столу, к компьютеру. Он включает компьютер, и ровно в 9.45 через Интернет выходит на работу.

Первую половину дня полковник Вахренев работает бизнес-аналитиком по заказам крупной аналитической фирмы.

Алтай, июнь 1993

Ленина мама и отец Сергея – одноклассники, и летом 1993-го, когда выпускник Московского высшего пограничного училища Сергей Вахренев приехал с отцом-генералом на побывку к бабушке в алтайскую деревню Майма, полдеревни были званы за праздничный стол, в том числе вся Ленина семья. С этого дня стройная кареглазая красавица и статный молодой офицер еще год переписывались, а потом Лена решилась – прилетела к Сергею на Камчатку, на его первую погранзаставу, и стала его женой.

Через год, в 1995-м, родился Денис, а еще через несколько месяцев они – уже втроем – уехали в Москву, в Академию федеральной пограничной службы России.

Чечня, 1999 год

Аналитика – это его призвание, не зря сразу после академии его направили в оперативный отдел Штаба Северо-Кавказского военного округа. В ту пору граница Чечни с Грузией была огромной – на 88 км – дырой, и через эту дыру оттуда, из Грузии, потоком шли в Чечню наркотики и оружие, а из Чечни в Грузию – рабы, проститутки, нефть и золото. Под руководством начальника штаба Вахренев стал одним из основных разработчиков строго секретной операции «Аргун», призванной законопатить эту дыру, зашить ее и задраить.

Операция готовилась не один месяц, нужно было с воздуха и с земли определить все до единого маршруты боевиков, координаты их высокогорных баз и складов. И только после этого по всем этим точкам был нанесен ракетный удар. А вслед за этим массированным зубо– и горно-дробительным ударом на высокогорные базы и на головы опешивших боевиков были с помощью «Ми-8» и «Ми-24» выброшены 400 десантников, и половиной этих штурмовых групп командовал майор Вахренев. «Чехи» яростно защищались, но были просто смяты элитными ДШМГ и позорно бежали, оставив все ключевые высоты и перевалы, тонны оружия, снаряжения и наркотиков. Операция прошла настолько успешно, что все 88 км границы перешли под контроль российских войск, за что Хаттаб собственноручно расстрелял несколько чеченских полевых командиров, а Вахренев получил свою первую боевую награду – медаль Суворова.

Но это было лишь началом самой главной и самой трудоемкой работы – развертыванию погранслужбы на всех этих 88 километрах скал, ущелий, высокогорных зарослей и пропастей. Взвалив на себя по 40 кг экипировки плюс пулеметы, автоматы, гранатометы, средства связи и сухой паек, они уходили на заснеженные высокогорные перевалы, где сооружали свои блокпосты и заставы, жили в палатках при 20-градусном морозе, кормили вшей, спали по 4 часа в сутки и отражали попытки боевиков отбить границу…

Голицыно, сегодня и каждый день

Да, аналитика – это его призвание, и теперь, когда во всем его большом и молодом теле ему подчиняется только мозг и кисть правой руки, это еще очевидней. К сожалению, секретность заказов на аналитику крупных фирм сродни секретности армейских операций, и потому я не имею права рассказывать о том, чем конкретно он занимается первую половину дня. Зато…

– Здравствуйте! Я администратор компании «Ваш репетитор». Как у вас прошло занятие с учителем?

– Знаете, мы не очень довольны…

Да, после обеда Вахренев включает «Skype» и выходит на свою вторую работу.

– Пожалуйста, уточните, в чем проблема.

– Понимаете, репетитор – студент МВТУ, он очень молод, и наша дочь в него влюбилась. Сделайте что-нибудь.

– Понял. Не огорчайтесь. Я переведу его на другой заказ. А вам пришлю репетитора-женщину.

Или:

– Сергей Васильевич, дорогой, это профессор N. Вы меня назначили репетитором к пацану, который беспрерывно сует в нос все, что попало! Палец, карандаш, свечку! А сегодня засунул степлер, и этот степлер сломался! Переведите меня от него…

…Будь я хозяином телеканала, я бы сделал Вахренева телевизионным репетитором всех детей России…

Но в 16.00 в комнату снова заходит Лена и говорит, что все, рабочий день окончен. Да он и сам чувствует, что устал немерено, спина задубела и саднит, а голова гудит. Он выключает компьютер и поворачивает свое кресло к кровати. Лена опять поднимает из этого кресла все 90 кг любимого мужчины, тихонько разворачивает, осторожно сажает на кровать и укладывает на отдых.

В это время приходит Денис – после школы и секции рукопашного боя. Высокий и стройный пацан с выправкой потомственного, в третьем поколении, офицера первые навыки самбиста получил от отца еще в семилетнем возрасте и собирается тоже стать пограничником. Потому что граница – это и у деда-генерала, и у отца-полковника нечто святое, почти сакральное.

Хинган, Дальний Восток, китайская граница, 9 июня 2005 года

С ночи зарядил проливной ливень, просто стена дождя.

Но встреча с китайскими пограничниками была назначена загодя, и не может командир русского погранотряда из-за какого-то дождичка звонить китайским коллегам и переносить встречу.

Служебный «уазик» полковника Вахренева выехал из военгородка на рассвете и, тараня ливень, покатил в горы. По дороге Вахренев планировал проверить несколько таежных погранзастав – в его подчинении на 650 км русско-китайской границы было почти 3000 солдат и офицеров. Он сам сидел за рулем, водитель с биноклем и оружием сидел рядом, сзади ехали его штабные офицеры.

Дорога, как вы понимаете, не асфальт и даже не щебенка, а размокшая колея, проложенная вдоль границы по таежному бурелому, горным осыпям и скальнику. Местами потоки дождевой воды превратили ее в бурые реки, полные мусора и грязи. По этим потокам «уазик», натужно ревя, карабкался все выше и выше, полз от одной заставы к другой. Набросив плащ-палатку, Вахренев принимал рапорты начальников застав, бегло осматривал караульные помещения и катил дальше – время поджимало.

На очередном перевале переднее колесо «уазика» попало в яму, закрытую водой, и машина, кувыркаясь, сорвалась с обрыва в двадцатиметровую пропасть.

Упали на крышу, но боли он не почувствовал никакой, поскольку при переломе шейного отдела позвоночника пресекаются все нервные каналы, связывающие мозг с телом. Просто понял, что не чувствует ни рук, ни ног и не может шевельнуться, поскольку тела уже не ощущает. А затем и вообще потерял сознание – легкие перестали подавать в мозг кислород.