Сезон прогулок босиком - Сьюзен Мэллери

В своем шкафчике она нашла печенье и чипсы. Джаред, кажется, больше, чем она думала, был заинтересован в том, чтобы она потолстела.

Она знала, что напитки помогут ей справиться с обезвоживанием. А сахар в них – с дрожью и абстиненцией. Как и собаке, ей нужно пить и есть понемногу. Взяв сэндвич с индейкой, картофельный салат и вилку, она вернулась в свою комнату. Пес поплелся за ней. Она поставила еду на ночной столик и включила телевизор.

Повернувшись к кровати, она налетела на собаку. Оба отскочили. Пес поджал хвост.

– Постой, – крикнула она. – Извини.

Он остановился и посмотрел на нее.

Он стоял все еще довольно близко. Она решила до него дотронуться и медленно протянула руку. Он попятился. Она подвинулась к нему, бормоча, что не обидит его. Он глядел на нее, опустив голову и поджав хвост.

Наконец она смогла провести пальцами по его спине. Он вздрогнул, но не отскочил.

– Хороший мальчик, – прошептала она ласково и погладила, избегая незаживших рубцов на боку. – Вот так лучше.

Она осторожно гладила его по спине, почесала ему загривок. Он приподнял голову, а его длинный хвост немного выпрямился.

– Ой, тебе нравится, да? Я запомню.

Она вернулась в постель. Он поплелся к груде одеял и улегся на нее. Она думала, что он станет клянчить еду, но он даже не взглянул на Мишель, закрыл глаза и заснул.

* * *

Мишель внезапно проснулась среди ночи. Ей снилось, что она снова в Афгане. Без стрельбы, слава богу. Но одной лишь мысли о том, что она снова там, было достаточно, чтобы ее сердце бешено заколотилось.

Она села в постели и поняла, что чувствует себя чуточку лучше. Не так сильно дрожит. Возможно, алкоголь уходил из ее организма. Или дело было в еде. На обед она съела второй сэндвич и бо́льшую часть чипсов. В морозилке она нашла мороженое и решила, что Джареда хоть к лику святых причисляй. Правда, его не было, так что он не мог принять ее предложение. Она не видела его с тех пор, как он привез ее домой из бара.

Она взглянула на пса и увидела, что он смотрит на нее. Все это время он тоже ел и спал. Последний раз, когда она выводила его на улицу, он стоял спокойно, пока она пристегивала поводок. Ей показалось, что они пришли к какому-то взаимопониманию.

– Пойдем гулять, – сказала она, вставая.

Он вскочил и подошел к ней. Она осторожно похлопала его. От прикосновения по шкуре прошла легкая волна, но он спокойно стоял, только слегка поднял голову и посмотрел на нее.

Она медленно поднесла руку к его щеке и ласково погладила, подумав, что это упражнение на доверие для них обоих. Она могла ударить его, а он мог укусить ее за руку. Но ничего не случилось.

Она опустила руку и взяла поводок. Он уже без боязни ждал, когда она пристегнет его к ошейнику. Прогресс.

Потом, когда он сделал свои дела и они вернулись в дом, она снова легла, но свет оставила – как ради себя, так и ради него. Она перевернулась на бок и хотела закрыть глаза, когда почувствовала на себе его пристальный взгляд.

Повернувшись, она обнаружила, что он стоит возле кровати.

– Что? – спросила она, приподнявшись на локте. Может, он голодный? Покормить его еще раз? Нет, ей точно нужен справочник кинолога.

Он продолжал смотреть на нее, а потом гигантским прыжком вскочил на кровать и свернулся клубком в ногах у Мишель.

«Неожиданный поворот», – подумала она.

– Обычно я не так быстро ложусь спать с парнем, – сказала она.

Ее слова не смутили пса, он закрыл глаза и вздохнул.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – сказала она, уронив голову на подушку.

Тяжесть на другом конце матраса успокаивала ее. По крайней мере, никто из них больше не был одиноким. Они научатся лечить друг друга, и в этом, видимо, и заключался план Джареда.