Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

Хранилища, где в масштабах галереи были собраны и получили постоянную прописку грехи и горести мира, обычно пропитаны нехорошей, зловещей аурой. Она пробуждает у посетителей желание поскорее унести ноги из страха, что можно ненароком остаться в этом гиблом месте навсегда, сделавшись частью постоянной экспозиции. «Музей слез» не являлся исключением. В официальных полицейских бумагах он назвался тринадцатым отделом, однако своей репутацией, а также общей концентрацией в его стенах отрицательной кармической материи, овеществленной в предметах, отмеченных печатью беды, заслужил то имя, каким его нарекли.

Такси высадило пассажиров у ворот тринадцатого отдела. Человек, служивший в павильоне цербером, уже дожидался гостей на пороге со связкой ключей, висевшей на поясе. Постная мина на лице несомненно принесла бы ему первый приз на конкурсе могильщиков.

– Наверное, это Флоренсио, – заметил вполголоса Варгас, открывая дверцу салона. – Позвольте, я сам с ним пообщаюсь.

– Он полностью ваш, – произнесла Алисия.

Они вышли из машины, и Варгас протянул руку охраннику.

– Здравствуйте. Хуан Мануэль Варгас из Центрального управления. Я разговаривал недавно с Линаресом. Он обещал позвонить и предупредить вас, что я приеду.

Флоренсио кивнул:

– Капитан Линарес не предупреждал, что вы приедете со спутницей.

– Эта сеньорита – моя племянница Маргарита. Она любезно согласилась поработать моим гидом и секретаршей, пока я нахожусь в Барселоне. Вам разве не сообщили?

Флоренсио покачал головой, окинув Алисию внимательным взглядом.

– Маргарита, поздоровайся с доном Флоренсио. Флоренсио – хозяин тринадцатого отдела, так ведь?

Алисия выступила вперед и протянула руку полицейскому. Флоренсио нахмурился:

– Ладно, проходите.

Он проводил их к главному входу и пригласил в павильон.

– Вы давно тут работаете, Флоренсио? – спросил Варгас.

– Года два. А раньше десять лет проработал в холодильнике.

Варгас удивленно посмотрел на него.

– Для трупов, – пояснил Флоренсио. – Будьте любезны, следуйте за мной. То, что вам нужно, находится в девятой секции. Я уже все приготовил.

Здание, снаружи имевшее сходство с заброшенным железнодорожным вокзалом, внутри казалось просторной базиликой, стены которой терялись в пространстве. Освещение, смонтированное из подвешенных к потолку электрических гирлянд, окрашивало сумерки в золотистые тона. Флоренсио повел их по галереям, перетекавшим одна в другую и уставленным всевозможными механизмами, ящиками и сундуками. По пути перед глазами Алисии как в калейдоскопе мелькали самые необыкновенные вещи, от коллекции чучел животных до батальона манекенов: мебель, велосипеды, оружие, картины, статуи святых. Один из выгороженных закоулков заполняли исключительно ярмарочные аттракционы, создавая сюрреалистическую картину.

Флоренсио заметил, с каким трепетом Алисия озирается по сторонам, проникаясь атмосферой павильона. Приблизившись к ней, он указал на предмет, напоминавший цирковой шатер:

– Вы не поверите, какие вещи у нас тут попадаются. Иногда я и сам не верю своим глазам.

Углубляясь в лабиринт проходов и галерей, Алисия и Варгас с удивлением услышали странное протяжное многоголосие, наполнявшее пространство, будто дикие звери устроили перекличку. У Алисии появилось чувство, что они блуждают по джунглям, населенным тропическими птицами и тиграми. Флоренсио позабавила растерянность, отразившаяся на лицах гостей, и он по-детски хихикнул.

– Не бойтесь, вы не сходите с ума, хотя в таком месте легко потерять остатки здравого смысла, даже не заметив этого, – произнес он. – Это зоопарк, он как раз за стеной. И тут хорошо слышны голоса животных. Слонов, львов, какаду. По ночам от рыка пантеры волосы дыбом встают. Но хуже всех мартышки. Они совсем как люди, только без лишней фанаберии. Сюда, пожалуйста. Мы почти пришли.

Машину закрывал тонкий брезент, обрисовывая ее очертания. Флоренсио ловко снял чехол и сложил его. Он заранее приготовил два прожектора, укрепив их на треногах, которые поставил по бокам автомобиля. Как только лампы подключили к удлинителю, соединенному с общей осветительной системой, два мощных золотистых пучка света превратили машину в сверкающую металлическую скульптуру. Довольный произведенным впечатлением, Флоренсио открыл четыре дверцы салона и с поклоном отступил на несколько шагов.

– Прошу! – пропел он.

– У вас есть под рукой заключение эксперта? – спросил Варгас.

Флоренсио кивнул:

– У меня в кабинете. Сейчас я принесу его. – И он ушел.

– Вы смотрите со стороны пассажира, – распорядился Варгас.

– Да, дорогой дядя.

Прежде всего Алисия обратила внимание на характерный запах. Она вопросительно взглянула на Варгаса, и тот подтвердил ее предположение.

– Порох, – сказал он.

Варгас указал на запятнанное засохшей кровью пассажирское сиденье.

– Для пулевого ранения крови маловато, – заметила Алисия. – Может, поцарапало…

Он покачал головой:

– От выстрела в салоне машины рана была бы сквозной, и пуля застряла бы в кузове или в подушках сиденья. Вероятно, рану нанесли холодным оружием или ударили любым тупым предметом, потому и крови немного.

Варгас потрогал венчик мелких дырочек, пробуравивших обивку на спинке сиденья.

– Прожжено, – пробормотал он. – Стреляли из автомобиля.

Алисия отвлеклась от осмотра сидений, нашла ручку стеклоподъемника и покрутила ее. Над краем оконного проема показалась лишь узкая неровная кромка. Под окном сохранились остатки стеклянной пыли.

– Видите?

Несколько минут они молча обыскивали машину снизу доверху. Полиция прошерстила ее на совесть, не оставив для них ничего интересного, кроме пачки старых карт в перчаточном отделении и тетради на спирали без обложки. Алисия перелистала тетрадь.

– Есть что-нибудь? – встрепенулся Варгас.

– Пусто.

Флоренсио, незаметно вернувшийся с заключением экспертизы, наблюдал за их действиями из полумрака.

– Стерильно, да? – сказал он.

– В автомобиле было что-нибудь, когда его привезли?

Флоренсио протянул им заключение:

– Его доставили уже в таком виде.

Варгас взял заключение и начал читать инвентарную опись.

– Это нормально? – спросила Алисия.

– Что, простите? – предупредительно переспросил Флоренсио, выражая готовность помочь.

– Это в порядке вещей, что машину осматривали не здесь?

– Зависит от обстоятельств. Обычно первичный осмотр проводят на месте преступления, а затем, уже более основательный, тут.