Обыкновенный волшебник - Татьяна Веденская

– Ничего себе! – воскликнула Лера. – Еще один неожиданный поворот событий. Ярослав, познакомьте нас с вашей прекрасной спутницей.

– Это моя муза, – Ярослав очаровательно улыбнулся. – Моя Василиса Прекрасная.

– Действительно, прекрасная, – кивала Лера.

– Я посвящаю свою победу ей, – сказал Ярослав и поцеловал мне руку. Трудно передать, какие чувства переполняли меня в этот момент, если и есть на свете счастье, то я пережила короткий, но невероятный момент, я ощутила, что это такое, по крайней мере, на долю секунды, когда мое сердце забилось в ответ на слова Ярослава. А после подумала о том, какие холодные у него руки и как он, наверное, замерз. И о том, как хочу остаться с ним наедине, а это было совершенно невозможно. Домой мы попали только поздно ночью, и со строжайшим предупреждением не опаздывать завтра, так как на следующий день у нас была расписана буквально каждая минута – фотосессия для какого-то журнала, интервью для еще одного, переговоры об участии в ток-шоу на следующих неделях. Триумф куется профессионалами, а мы с Ярославом были профессионалами. Мы знали, что делали. Знали, с чем имеем дело, что выгодно выделяло нас, давая преимущества, о которых никто даже не подозревал.

Рейтинг целителя Страхова был высок, но после ошеломительного трогательного финала он взлетел до небес. Мир рукоплескал, хотя и не весь и не одинаково. Злословия и пересуд тоже хватало, и надо было видеть, с каким природным достоинством и уверенностью в себе Ярослав отбивал любые нападки. Кроме этого, он прекрасно смотрелся на любых обложках, отчего недостатка в моих коллегах-журналистах, желающих взять у него интервью, вовсе не было. В этом, правда, не обошлось без моей помощи. Единственное, Игорь Борисович зверски обиделся на меня за то, что я оставила его без эксклюзивного интервью со Страховым. Но я не могла рисковать и на всякий случай решила временно приостановить свои связи с «Новой Первой», тем более что вопрос с работой уже не стоял передо мной так остро. Многие из изданий, где раньше смотрели буквально сквозь меня, теперь были готовы вести переговоры о самых разных формах сотрудничества. Тоже ведь – чудо. Кто бы мог подумать. Сбылась мечта идиота – и журналистика раскрыла мне свои объятия. Забавно, и не может не радовать, но для меня важнее всего теперь были объятия Страхова.

Ни один из нас не мог сказать достоверно и с уверенностью, что же будет дальше. Сколько ни гадай, все так стремительно менялось – и вокруг, и внутри нас. Было совершенно ясно – мир уже никогда не будет прежним, но нас это не пугало. Как говорит целитель Страхов – нужно не бояться и открыть свое сердце миру. А его словам я верю. Мир полон чудес и так и ждет, чтобы раскрыть их перед нами. Этим мы как раз и собирались заняться. Чудеса – это же наша специальность.