Люди, обокравшие мир. Правда и вымысел о современных офшорных зонах - Николас Шэксон

Сумма долгов государств третьего мира почти точно соответствовала размерам частных богатств, принадлежавших элитам этих стран

Президент Мексики Хосе Лопес Портильо в 1982 году, выступая в парламенте, в общих чертах обрисовал сложные задачи, стоящие перед страной: «Финансовая чума вызывает все большее опустошение во всем мире. И чуму эту разносят крысы. Последствия ее – безработица и нищета, банкротства промышленных предприятий и обогащение спекулянтов». Лопес Портильо обвинял «…кучки мексиканцев… возглавляемые и поддерживаемые частными банками, которые вывозят из страны денег больше, чем вывезли из Мексики с незапамятных времен все империи»³⁰. Президент поклялся пренебречь рекомендациями МВФ, национализировать банки и ввести режим контроля над валютным обменом. Но через десять дней союз банкиров, бизнесменов и мексиканских консерваторов заставил его пойти на попятную. МВФ и Банк международных расчетов, игнорируя бегство капитала из Мексики в офшоры, отдали ей и другим странам-должникам приказ: «Наведите у себя порядок».

Экономист Майкл Хадсон рассказывает, как в 1989 году одна из бостонских компаний, занимавшаяся управлением финансами, наняла его для организации фонда, который должен был инвестировать в государственные облигации развивающихся стран. Дополнительные вознаграждения за риск инвестирования в такие облигации означали, что номинированные в долларах и продававшиеся за доллары облигации Аргентины и Бразилии в то время приносили почти 45 % дохода, тогда как доход по мексиканским облигациям составлял 25 %. В первый же год своей деятельности фонд, зарегистрированный на Нидерландских Антильских островах, стал вторым по доходности среди фондов, работавших с суверенными долгами. Хадсон выяснил, что происходило: «Крупнейшими инвесторами были политические инсайдеры, которые скупили фонд, зная, что центральные банки стран-должников будут оплачивать свои долларовые долги несмотря на высокие премии за риск». Некоторыми «крупнейшими инвесторами» были лица, занимавшие высшие должности в центральных банках и правительствах стран-должников. «Мы поняли, кто требует с Латинской Америки доллары янки. Это местные олигархи, имеющие офшорные счета. Главными бенефициарами обслуживания внешнего долга были беглые капиталисты из стран-должников, а не держатели облигаций из Северной Америки и Европы», – говорил Хадсон³¹.

Эта уловка превращается в шаблонную практику так называемых «фондов-стервятников». Богатые иностранные инвесторы выкупают ненадежный суверенный долг за гроши (по номинированным в долларах облигациям дисконт обычно достигает 90 %), а затем, когда долги погашаются полностью, пожинают огромные прибыли. Одна из таких уловок – тайное введение в число инвесторов, скупающих долговые обязательства с большим дисконтом, лиц, пользующихся влиянием в странах-должниках. Затем эти люди сражаются в правительствах развивающихся стран за гарантии полного погашения долгов. Разумеется, их вовлеченность должна быть скрыта щитом офшорной секретности, чтобы обнищавшие граждане стран-должников никогда не выяснили, как крадут богатства их стран.

Экономисты не полностью пренебрегают этими проблемами, но почти всегда дробят их на частные локальные вопросы и возлагают вину за них на местные коррумпированные элиты. Конечно, местные верхи виноваты, но такой анализ мешает определить общую характеристику всех катастроф – систему офшоров.

И лишь в сравнительно немногих случаях, когда офшорную эрозию принимают во внимание, ее рассматривают как одно из неудобств, которые надо решать паллиативными мерами. Как эта проблема сформулирована в докладе МВФ, «офшорная банковская деятельность вполне определенно стала одним из факторов, вызвавших азиатский финансовый кризис. Поэтому необходимы особые усилия, направленные на оказание новым рыночным экономикам помощи… во избежание новых финансовых кризисов. посредством распространения стандартов благоразумия и надзора, получивших международное признание»³².

В данном случае МВФ противоречит сам себе. Помогая местным элитам пренебрегать законом и провоцировать все новые злоупотребления, офшорная система нейтрализует возможность того самого разумного регулирования и надзора, которые необходимы для защиты развивающихся стран от самой офшорной системы. Представьте такую ситуацию: элиты развивающихся стран должны держать деньги в собственных странах или по меньшей мере давать отчет о своих богатствах, платить соответствующие налоги и соблюдать все законы. Тогда они очень скоро поняли бы, почему достойное правление в их прямых интересах.

Самое печальное, что эта простая истина (править достойно – выгодно) должна быть очевидна любому, кто хоть на минуту над ней задумается.

В дополнение ко всему вышесказанному существует нечто более системное, вмонтированное в глобальную экономику, и это нечто ставит развивающиеся страны в еще более невыгодное положение, чем думает большинство людей. Этот системный элемент связан с уже не раз обсуждаемой здесь темой – двойным налогообложением. Из-за него мне придется ненадолго отступить от главной темы.

Предположим, некий немецкий банк или немецкая компания вкладывает деньги в Танзанию. Легко допустить, будто эта африканская страна должна просто обложить налогом местный доход инвестора. Но, и об этом я уже говорил выше, чтобы доходы не облагали налогами сначала где-то в Африке, а затем и в Европе, страны подписывают соглашения об избежании двойного налогообложения. В соответствии с ними наша африканская страна вполне вольна не соглашаться облагать налогами доходы, произведенные на ее территории, и прежде всего из опасения потерять выгодных инвесторов: ведь в противном случае немецкие компании уведут свои капиталы в другие страны. Не остается сомнений, кто в данной расстановке сил играет главную роль, а кто – подчиненную.