Элита. Взгляд свысока - Ирина Волчок

Все помолчали, глядя в разные стороны. Да и что еще было говорить? И устали все, и всё уже сказано… Нет, еще не всё. Еще у Надежды Ивановны было, что сказать:

— Я думаю, Владимир Сергеевич с Оксаной разведется теперь. Ведь Настю ей не оставят, правда? Ведь Настю ему оставят?

— Не знаю, — ответила Александра. — Понятия не имею, что теперь он делать будет. Может быть, все-таки попытается Ксению Леонардовну вылечить.

— Вряд ли это возможно, — тихо возразила Надежда Ивановна. — Да в любом случае… В любом случае Оксана к Насте никогда больше не подойдет. Пообещайте мне это, Саша.

— Никогда, — пообещала Александра. — По крайней мере, я сделаю для этого все, что от меня зависит.

Оказалось, что ничего не придется для этого делать. Все уже сделала судьба. Или не судьба? Или кто-то другой сделал все, чтобы Александре не пришлось ничего делать?

— Она сама виновата, — говорил Сан Саныч убедительным голосом и смотрел на Александру честными глазами. — Саш, я отвечаю: сама она виновата! Если что — я бы знал. Я отвечаю. Да ты вспомни — она же сто раз машины била! Всегда под кайфом! Когда-то это должно же было кончиться. Ну, вот и… Саш, сама она навернулась! Ты мне веришь?

Александра ему не верила.

— Где она кокаин достала? За ней ведь Ирина эта следила. Профессионал хренов.

— В доме где-то был спрятан, — виновато ответил Сан Саныч. — Скорее всего — в туалете. Или в тапках ее. Не зря же переобуваться бегала.

— И ты козел. Почему ее Хозяин отпустил в таком состоянии? И без Ирины.

— Да ничего он ее не отпускал. Села да поехала. Плевать ему на нее было, он за Настю боялся. А Ирина Насте нужна была. Сама она, Саш, поверь мне.

Не верила она ему. Брешет, как всегда, кагэбэшный выкормыш. Или сам ничего не знает.

— Как старики? — помолчав, спросила Александра.

— Плачут, — тоже помолчав, хмуро ответил Сан Саныч. — Понятное дело, родители. Но… ты знаешь, мне показалось, что они как-то с облегчением… Тоже понятное дело. Натерпелись за столько лет, а напоследок еще и увидели доченьку во всей красе. Конечно, в ауте. Плачут оба. С ними сейчас Хозяин и Ирина. У деда тоже давление зашкаливает. Хозяин с ними разговаривает о том, как дальше жить будут. Вроде — помогает… Саш, с тобой он тоже поговорить хотел. Просил предупредить. Подождешь здесь?

— Подожду, — равнодушно согласилась Александра. — А ты меня подожди. Ты ведь ночью оставаться не собирался? В Москву поедешь? Подожди меня. Мне домой надо.

— Зачем? — Сан Саныч не дождался ответа, вздохнул и обреченно сказал: — Ладно, дело твое. Подожду.

Тронул ее за плечо, вышел из беседки и растворился в сумерках.

Через пару минут из сумерков появился Хозяин, шагнул в беседку, молча сел напротив Александры. И она молчала, смотрела на него с холодным ожиданием. Ишь ты, вдовец. Спокойный, как удав после хорошего ужина. И глаза, как у удава. И мимика такая же. Никакой мимики.

Хозяин наконец разинул удавью пасть:

— Вы уже все знаете?

— Не всё, — холодно ответила Александра. — Но всё я знать не хочу. Я хочу знать о Насте. Когда вы звонили в больницу?

— Минут пятнадцать назад. С Настей все в порядке. Она давно уже спит. Завтра будут готовы анализы. Потом еще сделают кардиограмму и энцефалограмму. И еще что-то, я не запомнил. Потом, через день, повторные анализы. Потом выпишут.

Он перед ней отчитывался. Рапортовал. Даже было встал, но тут же опять сел. Наверное, об имидже вспомнил. Удав.

— Завтра я поеду к Насте в больницу, — предупредила Александра.

— Я тоже собирался. Попозже, часам к пяти. Утром у меня встреча… Вместе съездим?

— Нет, я поеду рано утром. У меня никаких встреч. Сегодня Сан Саныч отвезет меня домой. Здесь мне все равно делать нечего. Без Насти. Можете зачесть мне это, как отпуск без содержания.

— Зачем вам домой? — Хозяин беспокойно шевельнулся. — Вы же и здесь как дома… Разве нет? А к Насте вместе съездим. А потом она вернется. Зачем вам уезжать?

— Я так хочу.

Они опять надолго замолчали. Александра уже собиралась встать, попрощаться и идти за документами, телефонами и ключами от квартиры, но тут Хозяин спросил:

— Александра, может быть, вы все-таки чего-нибудь еще хотите? Я постараюсь выполнить ваше желание.

Ее желания выполнит Золотая Рыбка. Осталось только два желания. Их нужно использовать разумно. Безумные желания пусть выполняет Хозяин.

— Я хочу, чтобы вы утопили свою лучшую в мире службу безопасности в болоте, — злобно сказала Александра.

— Так… — Хозяин поперхнулся. — А потом?..

— А потом утопитесь сами.

— Вы все еще не пришли в себя, — догадался Хозяин. — Я понимаю, как вы испугались. Вы Настю любите. Вы будете ей хорошей матерью. А я буду вам хорошим мужем, я обещаю.

— Я что, похожа на тараканиху? — Александра встала, шагнула к нему, на пару секунд задумалась, не врезать ли кулаком по его удавьей морде. Он тоже встал. Зря задумывалась. Время теряла. Теперь не дотянуться. — Я что, похожа на модель какую-нибудь? Или на дочку депутата Верховного Совета… Черт, как эта помойка теперь называется? Я что, похожа на нефтяную вышку? Или на «Мисс Мытищи»? Или на тусовочную дамочку?.. Из высшего круга!.. Из деревни Гадюкино!..

— Александра, а ведь вы меня оскорбляете, — с удивлением сказал Хозяин.

— Да, — согласилась Александра, мгновенно успокаиваясь. По крайней мере — трястись перестала. — Да, оскорбляю. Это, конечно, не аристократично… Но все-таки очень естественно — отвечать оскорблением на оскорбление.

Повернулась и пошла из беседки, чувствуя затылком лазерный прицел.

— Александра, — сказал за спиной Хозяин грозным голосом. — Александра, я, наверное, не вовремя… Но советую вам подумать как следует.

— Да уж, — согласилась она, не оглядываясь. — Что не вовремя — то не вовремя. Ксению Леонардовну сначала похоронили бы.

До самого дома затылок ломило от лазерного прицела.

У двери в ее комнату топталась Нина Максимовна. Заплаканная.

— Саша… — Нина Максимовна хлюпнула носом и полезла в карман за бумажной салфеткой. С сегодняшнего обеда Александра видеть не могла бумажные салфетки. — Саша, я так боюсь. Чего я наделала, а?.. Мне никто ничего не сказал, но ведь это так не оставят… Чего мне теперь ожидать-то, Саша?

Нина Максимовна тоже смотрела на Александру с ожиданием. Беда.

— Теперь вам следует ожидать награды, — сказала Александра. — Вы наделали… тьфу, черт… вы совершили подвиг. Вы смелая, как львица. У вас потрясающие интуиция и реакция. Так Ирина сказала. Она в этом понимает, она профессионал. Теперь вас никогда не отпустят… То есть я хотела сказать, что теперь вы останетесь с Настей столько, сколько сами захотите.