Королева красоты Иерусалима - Сарит Ишай-Леви

Габриэль не сказал ни слова. Он взял джару^[80] и налил стакан воды для Розы.

– Попей, – сказал он ей мягко, – попей и пойдем спать. Может быть, сеньора Франко ошиблась. Может, она видела кого-то похожего на Эфраима. А ты, – повернулся он к Луне, – немедленно в кровать. С тобой поговорим утром.

Похороны Матильды Франко прошли ночью – у евреев мертвых не оставляют до утра. Той же ночью британская полиция постучала в двери дома Эрмоза и устроила обыск. Снова Розу забрали на Русское подворье, но на этот раз ее сопровождал Габриэль, и он снова повторил полицейским, что его жена уже несколько лет не видела своего брата, и что сам он осуждает бандитов из «Лехи», и что в любом случае не стал бы помогать шурину, даже если пришлось бы оставить его на улице. В глубине души он знал, что это неправда, он помог бы Эфраиму, даже если б это было смертельно опасно, но ему нужно было вызволить жену. Вот уже который час она сидела в кабинете следователя, пытавшегося вытянуть из нее подробности об Эфраиме, и повторяла, что с тех пор, как много лет тому назад брат уехал в Тель-Авив, у нее с ним не было никакой связи.

– Он подлый убийца, этот ваш брат, – сказал британский следователь. – Он и вся его компания. Он убил молодую девушку ни за что.

– Но с чего вы взяли, что именно Эфраим убил Матильду? – взвилась Роза. – Это мог быть кто угодно.

– Госпожа Франко свидетельствовала под присягой, что видела его. У нас нет и тени сомнения, что убийца – ваш брат, – отрезал следователь. – Осталось только схватить его. А уж когда мы его схватим, я лично буду стоять рядом с виселицей, на которой мы его повесим.

При первой же возможности, когда Габриэль ушел в лавку, а дочки – по своим делам, Роза поспешила в дом Сары Ланиадо.

– Дио мио, Роза, зачем ты пришла ко мне, это опасно! – воскликнула Сара. – Тебе нельзя приходить ко мне, нельзя, чтобы нас видели вместе.

– Сара, ты веришь, что это Эфраим? Ты веришь, что Эфраим убил Матильду?

– Да, керида, я верю. Перед тем как ее убили, они с Ицхако пришли ко мне, поели, сидели тут, говорили меж собой, и я сама слышала их слова: пришел, мол, конец шлюхе, что гуляет с англичанами.

– Ты слышала и ничего не сказала?!

– О господи, как я могла сказать? Я же не должна была этого слышать! Да и как я могла знать, что убьют дочку Франко? Мы с Элиягу уже легли спать, а минут через десять я услышала выстрелы, и поднялся крик.

– Ох… Ну вот как это?! Как мой брат стал убийцей? – Роза раздавлена горем. – И почему именно Матильда? Ведь мы ее знаем с рождения.

– Роза, ты должна уйти. Возвращайся домой и не говори об Эфраиме ни с кем. Молись, чтоб англичане не схватили его и Ицхако. Потому как если схватят их, то повесят. И не приходи сюда. Сиди дома с мужем и детьми и не говори никому о том, что я тебе рассказала.

И Сара провожает Розу до двери.

– Где ты была? – загремел Габриэль, когда она вернулась домой.

– Пошла поговорить с Сарой Ланиадо, ее сын тоже там, с Эфраимом.

– Не смей ходить больше к Саре Ланиадо и вообще не выходи из дому! Сейчас напряженная ситуация – и на рынке, и в квартале. Я хочу, чтобы ты сидела дома и смотрела за девочками, пусть в ближайшие дни они не ходят в школу, а Луна – на работу.

– Но, папа, я не могу пропускать работу, господин Закс уволит меня.

– А ну замолчи! – взревел Габриэль. – И чтоб ни звука! Сиди тихо! – и он повернулся к Розе. – Почему ты мне не рассказала, что она убежала из дому и что ты нашла ее в полиции?

– Это было давно, Габриэль, я не хотела тебя беспокоить. Это было и прошло, она была тогда маленькой девочкой.

– А сейчас она кто? – Габриэль стукнул кулаком по столу. – Семья переживает трагедию, а она… Все, что ее интересует, – чтобы господин Закс ее не уволил! Мерзкая и неблагодарная девчонка!

– Ты слышала, что папа сказал? – говорит Рахелика, когда Луна просит ее пойти к Заксу и сказать ему, что она больна. – Я никуда не пойду, и без того хватает маминых криков и плача. Поведи себя хоть раз в жизни как человек!

– Рахелика, умоляю, я сделаю все, что ты попросишь, даже дам поносить свое платье! Ты должна, ты должна меня спасти, ты должна!

– Да кому оно нужно, твое платье? Надоело! Все время от тебя неприятности, все время идешь против отца, против матери. Не пойду я ни к какому Заксу – по мне, пусть он тебя уволит!

– Черта с два он меня уволит! Если не пойдешь к нему передать, что я не приду на работу, я сама пойду. – Иди! Посмотрим, как ты пойдешь. Папа привяжет тебя к кровати, чтоб ты не могла двинуться!

Луна все же не решилась идти на работу без разрешения отца. Три дня она оставалась дома, пока, к ее изумлению, хозяин собственной персоной не явился к ним домой.

– Луна дома? – спросил он растерянную Розу.

– Добро пожаловать, господин Закс, входите, пожалуйста, – любезно сказала она и послала Рахелику позвать Луну из соседней комнаты.

– Господин Закс? Здесь, у нас? Но я не одета, я не хочу, чтобы он увидел меня таким пугалом! Скажи, что я сейчас выйду.

И Луна бросилась переодеваться, причесываться и красить губы.

Когда она появилась в дверях, у Розы перехватило дыхание. Луна все-таки красавица, воистину королева красоты. Платье облегает талию и подчеркивает изгиб спины, волосы тщательно уложены. Закс расплылся в улыбке, он тоже не мог не восхищаться пленительностью Луны. Он думал, что застанет ее неприбранной, и изумился, как моментально она успела привести себя в порядок. Ему и в голову не приходило отказаться от своей лучшей продавщицы, он всего лишь пришел узнать, почему она не явилась на работу.

– Ты больна, Луна? – мягко спросил он.

– Она не больна! – ответила за нее Роза. – Но ее отец считает, что она не должна работать, она должна сидеть дома.

– Сидеть дома? – удивился господин Закс. – И вам не жаль? Луна так любит свою работу. Может быть, я мало плачу ей? Если проблема в этом, то я, конечно же, готов поднять ее жалованье на несколько лир.

– Нет, проблема не в этом, господин Закс, – ответила Роза. – Просто муж не хочет, чтобы его дочь работала в магазине у других. У нас есть свой магазин, если уж она хочет работать, пусть работает у нас.

– Ни за что в жизни не стану работать на рынке! – отчеканила молчавшая до сих пор Луна.

Роза сглотнула слюну. Ей хотелось влепить дочери оплеуху. Негодница снова позорит ее перед чужими, заткнуть бы ей рот тряпкой раз и навсегда…

– Что-нибудь не так, госпожа Эрмоза? Что-нибудь не так с работой Луны в «Закс и сын»? – голос гостя вывел ее из оцепенения.

– При всем уважении к вам, господин Закс, – ответила Роза холодно, – я не могу вести переговоры с незнакомым человеком. Хотите обсудить работу Луны – пойдите в лавку на рынке Махане-Иегуда и поговорите с моим мужем.