Девочки лета - Нэнси Тайер

– Это не имеет никакого значения.

– Тебе не кажется, что люди будут сплетничать?

– Дорогая, это маленький город. Все и так постоянно сплетничают.

Бэт неловко повернулась в кресле. С дрожащим голосом она спросила:

– А что вы двое делали? Вы пришли в дом, чтобы… чтобы… – Она не смогла закончить фразу.

– Бэт, не думаю, что это то, о чем нам с тобой нужно говорить.

– Разве? – Это было сложнее, чем она могла вынести.

Ее отец ощетинился:

– Это и мой дом тоже. Я никого не приводил с тех пор, как умерла твоя мать. Ты уже взрослая девушка. Если бы мы жили в другом городе, где недвижимость не была бы такой дорогой, ты бы жила отдельно.

– Значит, я мешаю! – воскликнула Бэт. – Почему ты просто не сказал мне?

– О, Бэт, ну чего ты. Я не имею в виду то, что ты мешаешь. Ради бога, это нас ни к чему не приведет.

– На самом деле, – сказала Бэт, вздернув подбородок и успокаивая голос, – это было очень полезно. Завтра я найду другое жилье.

– Не будь смешной. – Отец провел рукой по волосам. – Мы можем найти лучший способ решить эту проблему.

– Мне так не кажется. Думаю, мы сказали все, что должны были. – Бэт встала и прошлась по комнате.

Когда она подошла к двери, ее отец крикнул:

– Ты не рассказала мне о себе и Тео.

Она напряглась, но не повернула головы:

– Мне не нужно ничего тебе говорить. Я взрослая, а не ребенок.

Она поднялась по лестнице с высоко поднятой головой, а в своей комнате бросилась на кровать и завыла в подушку. Что с ней случилось? Почему она была так жестока к отцу? Она хотела, чтобы он был счастлив.

И она хотела заняться любовью с Тео. В этом была проблема. Ей было так весело с ним в театре, и было так романтично идти домой под дождем, держась за руки, чувствуя, как теплый дождь скользит по телу… Всю свою жизнь она мечтала об этом моменте с Тео, и он был упущен из-за отца и Лизы. Так что Бэт вела себя как избалованный ребенок, уронивший рожок мороженого.

Она не хотела быть избалованным ребенком. Она была образованной, просвещенной, интеллигентной девушкой. Она гораздо больше была собой, когда училась в школе. Жизнь с отцом привела ее к регрессии. Если бы она жила в другом месте, сегодняшней ситуации бы не случилось. Ее отец и Лиза могли бы делать все, что хотели, но что более важно, она и Тео могли бы быть вместе, будучи взрослыми, как два взрослых человека, которые хотели быть друг с другом. В постели.

Завтра, решила Бэт, она действительно найдет другое жилье.

– Это было странно, да? – спросил Тео маму, пока они шли под дождем к своему дому.

– Да, – согласилась Лиза.

– Что вы делали? – спросил Тео.

– Что мы делали? То же самое, что и вы с Бэт. Гуляли под дождем.

– Мама.

– Тео.

– Ты же знаешь, что он намного моложе тебя.

– Правда? Почему мне никто об этом не сказал?

Тео вздохнул:

– Он тебе очень нравится?

– Он мне очень нравится.

– Так что в итоге?

– Ну, во‐первых, я собираюсь продолжать видеться с ним. Он делает меня счастливой.

Они были почти у дома. Дождь все еще лил так сильно, что часть капель отскакивала от тротуаров. Вдалеке сверкнула молния, над головами прогремел гром.

– Готов поспорить, что Изи-стрит затопило, – сказал Тео.

Лиза улыбнулась:

– Ты прямо как все парни.

Тео какое-то время молчал, а потом небрежно сказал:

– Мне нравится Мак.

– Мне тоже нравится Мак. И чего бы то ни стоило, он думает, что у тебя есть задатки хорошего плотника.

Тео спросил:

– Это слишком странно, что я работаю на него, а ты, эм, встречаешься с ним?

– Для меня нормально, – ответила Лиза. – А для тебя?

Через некоторое время Тео ответил:

– Да.

– Приятно снова увидеть Бэт? Вы говорите об Аттикусе? Вы трое были такой бандой.

– Да, были, но сейчас все по-другому. Прошло время. Мы изменились. Она мне нравится, мама. – Легко было сказать это в темноте, пока они шли бок о бок. – Она мне очень нравится. Не думаю, что я ей нравлюсь.

– Правда? Она ничего не говорила. Дай ей время. Она вроде как, ну, я имею в виду, ей трудно доверять людям. Из-за Аттикуса. – После еще одной долгой паузы Тео заговорил с ухмылкой, которая отразилась в его голосе. – Я ей правда нравлюсь. Значит, и ты ей нравишься.

– Боже, – сказала Лиза. – Ты все так же тщеславен, как когда был подростком.

Тео проснулся от неотразимого аромата бекона. У него была такая хорошая мама. Пока он быстро принимал душ, брился и одевался, то проигрывал в голове прошлый вечер. Он испытал гораздо больше эмоций, чем мог вынести. Во-первых, он, вероятно, был влюблен в Бэт, что сопровождалось целым рядом осложнений. Бэт так сильно поменялась в лице прошлой ночью, когда увидела своего отца и его маму, гуляющих под дождем.

И это было так странно – его мама и Мак. Он не мог осознать этого. Он хотел поговорить об этом с Джульеттой. Когда они были маленькими, то прятались за диваном и шептались друг с другом о том, нужен ли им отчим или нет. По сути, они в нем не нуждались. Они и так были достаточно хорошей семьей. За исключением того, что иногда Джульетта плакала, потому что ей хотелось, чтобы папа видел ее на балетных концертах, а Тео всегда начинало тошнить, когда в школе раз в год устраивались обеды для отцов и сыновей, а с дедушкой он пойти не мог, потому что тот был нездоров. Ему говорили, что он мог бы прийти с другом или своей мамой, но нет уж. Когда они были младше, то не думали, что их мама может хотеть друга… мужчину. Теперь они стали старше, и их мама казалась такой счастливой, когда была с Маком.

Тео не хотел портить ей жизнь.