Доктор Данилов в реанимации, поликлинике и Склифе - Андрей Шляхов

Данилов отменил процедуры, сделал об этом запись в амбулаторной карте и попросил Оксану позвонить пациенту и сказать, чтобы он больше на процедуры не приходил.

– Но он будет спрашивать, почему мы не закончили курс. Что мне сказать?

– Просто скажите, что по его состоянию он получил достаточно процедур, – Данилов не любил выносить сор из избы. – Насчет противопоказаний ничего не говорите.

– Хорошо, – Оксана взяла карту и ушла в регистратуру, к городскому телефону.

Вернувшись, она доложила:

– Сообщила. Судя по голосу он остался недоволен.

– Спасибо.

«Надо будет потом зайти к Сабурову и объяснить ему, как и что», – подумал Данилов.

Идти к Сабурову не пришлось. Примерно через час Сабуров явился сам. Поддатый и разгневанный. Попыхтел у двери, дожидаясь, пока Данилов отпустит пациентку, а потом погнал с места в карьер:

– Что за херня?! Почему ты отменил Артищеву сеансы?! Что там не так?!

– Успокойся и выслушай меня, – попросил Данилов.

– Нет, это ты выслушай меня! Я тебе не мальчишка, чтобы так вот меня подставлять! Или ты думаешь, что ты здесь самый крутой?!

Данилову стало ясно, что спокойного разговора не получится. Можно было оттащить буйного молодца в комнату для водных процедур и как следует окатить холодной водой, но как-то не хотелось связываться. Опять же – зима на дворе, в коридорах ощутимо сквозит, он же, бедолага, простудится.

Был и другой способ, пожестче. Пара хороших ударов обрывала мужскую истерику не хуже холодного душа. Но Сабуров еще не перешел той грани, после которой у Данилова начинали чесаться руки.

Впрочем, бесновался он недолго. Поорал еще минуты три, разок стукнул кулаком по столу да, уходя, громко хлопнул дверью.

– Я так и знала, что закончится все скандалом, – сказала Оксана, когда Сабуров ушел.

– Почему?

– Игорь Сергеевич назначает «физу» только тем, кто ему платит. Это у него называется «обслужить по полной программе». Как он может допустить, чтобы процедуры отменили. Сейчас вам главный врач будет звонить...

Оксана ошиблась – Данилову позвонил не главный врач, а его заместитель по медицинской части.

– Владимир Александрович, поднимитесь, пожалуйста, ко мне, – не здороваясь, пригласила Литвинова.

– Иду, – ответил Данилов.

У Надежды Семеновны уже сидел Сабуров.

– Вот, Игорь Сергеевич жалуется на то, что вы без согласования отменили назначенные им процедуры, – начала Литвинова, как только Данилов открыл дверь.

– Не жалуюсь, а требую извинений! – вставил Сабуров. Данилов положил на стол Литвиновой амбулаторную карту Артищева, которую он принес с собой, затем сел на свободный стул и сказал:

– Дело в том, что людям с аритмиями в анамнезе магнитотерапия противопоказана...

– А при обострении хронического пиелонефрита показана и даже очень! – влез Сабуров.

– Не спорю, – согласился Данилов. – Но разве вас не учили, что противопоказания отменяют показания? Если пациент во время проведения сеанса магнитотерапии выдаст пароксизм...

– А если не выдаст? – Сабурову так и хотелось поспорить.

– Это не игра, доктор, – на слове «доктор» Данилов намеренно сделал ударение. – Вы, наверное, после института аритмий в глаза не видели? А вот я их навидался и знаю, что от пароксизма до летального исхода рукой подать. Эффект от магнитотерапии подобного риска не стоит, да и вообще ничто не стоит подобного риска...

Данилов сделал короткую паузу, усилием воли отгоняя нахлынувшие воспоминания «роддомной» поры, и продолжил:

– Я не стремлюсь казаться умнее других, но свое дело я знаю и делаю его так, как надо. Если мои слова вас не убедили, то я могу принести «Руководство по физиотерапии» и показать...

– Не надо, – покачала головой Литвинова. – Но почему вы не поставили в известность Игоря Сергеевича?

– Я как раз собирался это сделать, когда Игорь Сергеевич явился ко мне, чтобы выплеснуть эмоции.

– Я не выплескивал эмоции... – попытался завестись Сабуров, но Литвинова взглядом заставила его замолчать и заговорила сама:

– Все-таки нехорошо получается, Владимир Александрович. Как-то не коллегиально, что ли... Я считаю, что вам надо было выкроить время и предупредить Игоря Сергеевича до того, как ему позвонил больной. А то как-то вышло, что вы умный, а Игорь Сергеевич – не очень...

Литвинова сознательно подливала масла в огонь. Как администратор, она не могла, просто не имела права, не согласиться с доводами Данилова. Как интриганка, она не могла упустить такой удобный случай и не спровоцировать дальнейшее развитие конфликта между двумя сотрудниками, которые были картами в ее игре против главного врача. Больше всего ей хотелось, чтобы Данилов и Сабуров банально подрались прямо у нее в кабинете. С нанесением друг другу телесных повреждений легкой и средней тяжести. С привлечением милиции и судебно-медицинской экспертизы. Вот это будет знатный шухер, который наконец-то выбьет шатающееся кресло из-под главного врача!

– Если бы я хотел выставить себя умнее всех, то я бы сообщил пациенту истинную причину отмены дальнейших процедур, – спокойно сказал Данилов. – Но я сослался на то, что по его состоянию он получил достаточно. Ну, вы понимаете, что первым делом надо было предупредить самого Артищева, чтобы он не тащился зря в поликлинику. Это мы сделали. Затем я занимался приемом, Игорь Сергеевич должен помнить, что когда он пришел ко мне, то у меня в кабинете сидела пациентка. Как только у меня выдалась бы свободная минута – я бы пришел к Игорю Сергеевичу и объяснил бы ситуацию.

– Если бы, да кабы! – скривился уролог. – А что получилось на деле?

– Ничего страшного, – ответил Данилов. – Вот если бы ваш Артищев умер во время очередного сеанса, это было бы страшно.

– А мой авторитет, значит, ничего не стоит?! – набычился уролог.

– Для спасения вашего авторитета я сделал все возможное, – ответил Данилов. – В следующий раз, перед тем как назначать физиотерапию в мое отсутствие, почитайте литературу. Знания врача – фундамент его авторитета. Или я не прав, Надежда Семеновна?

– Правы, – подтвердила Литвинова.

– Артищев намерен жаловаться, – Сабуров зашел с другого фланга. – Как мне теперь его успокоить? Или это сделает наш физиотерапевт?

– В дополнение к тому, что уже было сказано пациенту, я могу, разве что, сообщить ему истинную причину отмены магнитотерапии, не более, – сказал Данилов. – Вас это устроит?

– Если он придет с претензиями, то направьте его ко мне, – сказала Литвинова, надеясь, что ей удастся «выжать» из этого случая жалобу в окружное управление, а то и в департамент.

Ее личный Рубикон был перейден, теперь надо было развивать успех.