Зеркало Кассандры - Бернард Вербер

Я знаю точную этимологию данного слова: «урод» — это не оскорбление, «урод» означает «не похожий на других». Я чувствую себя «идиоткой», и горжусь этим, поэтому не могу употреблять это слово в качестве оскорбления. Я считаю его комплиментом.

— Найди что-нибудь получше!

— Тупица?

Снова комплимент. Слово «тупица» происходит от латинского слова «stupete». Тот, кто всему удивляется. То есть всему радуется. То есть обладает любопытством и способностью учиться. Я не могу произносить это слово как оскорбление.

— Что-нибудь посильнее!

— Имбецил?

Этимология: от латинского «imbecillus». То есть «без костылей». То есть тот, кто может идти без помощи кого бы то ни было и чего бы то ни было. То есть некто свободный и независимый. Опять прекрасный комплимент. Решительно, знание этимологии не дает никого оскорбить.

— Более злое!

— П…к!

Это слово происходит от грубого названия самой прекрасной вещи в мире: женского детородного органа. Этот орган дарит жизнь! Оскорбления — самые чудесные, самые прекрасные слова, только перевернутые. Какой парадокс.

Эсмеральда сплевывает.

— Ни в какие ворота не лезет. Нет, ты, конечно, хорошо ругаешься, но так, как это делают буржуи. А надо ругаться чрезмерно, надо убивать словами, — объясняет Барон. — Слова должны быть грязными, они должны обжигать тебе рот, их нужно выплевывать в лицо обидчику, нужно испытывать желание избавиться от них. Как от жевательного табака. Ну-ка скажи для примера «дерьмо».

— Э-э… дерьмо?

Все начинают хохотать. Затем заставляют Кассандру работать над произношением слова «дерьмо», пока не добиваются желаемого эффекта. Точно так же они отшлифовывают слово «п…к». Фетнат говорит о том, что необходимо четко представлять себе значение произносимого слова.

— «Гнилой»… ты видишь гниль. «Шлюха» — ты видишь вульгарную женщину, размалеванную и полуодетую. Когда ты хорошо представляешь себе слово-бомбу, когда оно уже у тебя во рту, ты катапультируешь его в человека-цель, словно плевок. Давай-ка придумай что-нибудь действительно отвратительное и внешне, и внутренне.

Кассандра размышляет, машинально почесываясь.

— Налет внутри биде?

— Вот, уже лучше. Это хотя бы что-то означает. Давай еще сильнее!

Кассандре ничего не приходит в голову.

Ватерзуйи с вареной крысой?

— Ничего не можешь придумать? Ладно, важно не только оружие, важен и момент, когда ты его применяешь. Нужно, чтобы оскорбления стали естественным способом выражения мыслей, — добавляет Эсмеральда. — Например, Царевна, ты хочешь узнать, сколько времени. Что ты говоришь?

— Э-э… Который час?

Дружный вздох разочарования срывается с губ обитателей Искупления.

— Ты должна сказать: «Который час, мать вашу!» Или: «Который час, черт подери!» Или уж, если хочешь показаться вежливой: «Можешь сказать, сколько времени, п…к?»

Кассандра сосредоточенно кивает, словно прилежный ученик, запоминающий урок.

— При этом, если человек тебе незнаком, сударем его ты называть не будешь. Нужно, чтобы на ум тебе сразу пришло что-то типа «кретин».

— Какой-то тип недостаточно быстро едет перед тобой в машине, что ты говоришь? — спрашивает Фетнат.

— «Эй, кретин, езжай давай»?

— Неплохо.

— Кто-то к тебе пристает?

— «Ты мне осточертел!»

— «Ты мне осточертел, блин, дерьмо, п…к!» будет лучше. Так богаче. Не бойся давать ряд определений. Да уж, дара у нее нет, но она полна воли к победе. Немного усердия, и все получится.

— Какая-то женщина слишком шумит?

— Э-э… заткнись, уродина?

— Сойдет. Как следует упирай на «о»: урОдина.

— УрОдина.

— Сильнее.

— УрО-Одина, заткнись!

— И сразу же добавляешь угрозу физического воздействия.

— УрО-Одина, заткнись! А не то морду разобью! Так?

— Да… Так лучше. Надо потренироваться перед зеркалом, ругательства должны слетать с языка сами. Очень важна расстановка акцентов. Оскорбление с плохо отработанными ударениями может стоить тебе жизни.

— Не забывай о сопутствующих гримасах и жестах, — напоминает Фетнат. — Рот искривлен, нижняя губа опущена, кулаки сжаты, плечи сгорблены.

Кассандра принимает позу рассерженного бульдога. Все делают замечания, исправляя положение ног, торса, рта.

Мы применяем технику устрашения, как животные. Оскорбление может помочь избежать драки. О силе надо заявить и лишь потом демонстрировать ее в деле. Интересно.

— Чтобы получить диплом бомжа, еще надо научиться плеваться. Таким способом ты подкрепляешь оскорбление.

— «Эй, урод, ты мне осточертел, дошло?» — и тут же сплевываешь, завершая фразу. Поняла? — поучает Орландо.

— Это усилит эмоциональность твоей речи, — соглашается Фетнат.

Кассандра предпринимает несколько попыток, но выплевывает всего лишь пару прозрачных капелек.

— Можно подумать, тебе слюны жалко. Смотри, чтобы нормально плюнуть, нужно сначала прочистить горло, желательно шумно. Собираешь слюну, перекатываешь ее во рту из стороны в сторону, пока не почувствуешь ее вкус, и придаешь губам форму пушечного ствола, готового выстрелить. Прицеливаешься и плюешь. Чем больше человек тебя бесит, тем ближе к его лицу пролетает плевок.

Кассандра, подбадриваемая остальными, упражняется, но успеха не достигает. Она уже хочет оставить попытки, но каким-то образом собирает слизь из глубины носа и наконец делает мощный плевок.

Она заслуживает аплодисменты.

— Тебе нужно будет поупражняться в прицельной стрельбе. Не забывай хорошенько прочищать нос. Чем громче звук, тем лучше результат.

— Не получается плевать — можешь пукать, — советует Орландо.

В качестве подтверждения он звучно пускает ветры. Трое остальных жителей Искупления следуют его примеру, каждый в своей тональности и диапазоне. Кажется, эти кишечные успехи радуют их, словно детей.

— В молодости я умел исполнять национальный гимн, — говорит Фетнат. — Но с возрастом уже не так хорошо владеешь внутренними органами.

Я не умею делать это по заказу.

— Давай, твоя очередь, мы тебя слушаем.

— Э-э… нет, увы, я не умею.

Все смотрят на нее разочарованно. Кассандра делает безрезультатные попытки, ее лицо морщится от усилий.

— Будешь есть белую фасоль, и все отработаем, да, Царевна? — говорит легионер покровительственным тоном.

— Уж если не умеешь пердеть — рыгай! — наставляет Ким.