Дезертиры с Острова Сокровищ - Александр Секацкий

Так возникла система ГОП (Гражданская оборона племен). К сегодняшнему дню проведено уже несколько масштабных учений без каких-либо серьезных сбоев. В Петербурге, по договоренности с муниципалитетом, сменные бригады ГОПников поддерживали функционирование всех городских инфраструктур в течение месяца – и жители города до сих пор требуют у властей возвращения вахтовиков. Ясно, что вахтовый метод не обеспечит производства соковыжималок с двадцатью режимами. Не годится он и для обслуживания банковских вкладов и для выписывания справок. На такие извращения никто из нестяжателей не пойдет и идти не собирается. Но выпечку хлеба, выход в интернет и даже полет на самолете ГОП, при желании, уже сейчас может взять на себя.

Следует, впрочем, заметить, что Гражданская оборона племен рассматривается как возможная система чрезвычайных мер, до которой вряд ли в действительности дойдет дело. Не потому, что установленный стяжателями порядок останется неизменным, а потому, что создаваемый сегодня техноценоз может быть применен для поддержания автономных систем жизнеобеспечения. Ведь только алчность, управляющая синтезом искусственных потребностей, не знает порога насыщения, – разумные запросы могут быть включены в метаболизм новой среды обитания. По крайней мере, такое поверье распространено в городских джунглях, и опирается оно опять же на евангельские заповеди. Но не только на заповеди – поэт и исследователь Соул Гоун, выражая точку зрения многих общинников, замечает:

Пока человек учится плавать, ему приходится контролировать чуть ли не каждое движение и он быстро выбивается из сил. Но когда он осваивает механизм плавания, он передает этому механизму все механическое и плывет, думая о другом или радуясь дружественности стихии. Нелегко решать вычислительные задачи, но если достигнут уровень, способный обеспечить механизм координации вычислительных устройств, можно довериться этому механизму, ибо он будет опираться на дружественность вычислительной стихии, на сущее, которое само себя считает, – у нас же, плывущих, найдутся и другие задачи. Уже сегодня квантовый компьютинг позволяет проложить скоростные трассы вычисления в неисчислимости хаоса. Что будет завтра? Посмотрим. Я же предпочитаю довериться самому лучшему футурологу, поскольку уже появились те, для кого он предсказывал. «Никто из возложивших руку на плуг и озирающихся назад не узрит Царства Божия» (Лк. 9: 62).

* * *

Когда эти фрагментарные записки сами собой исчерпались и были уже готовы для присоединения к какой-нибудь «желтой гирлянде», я стал свидетелем любопытного, как мне показалось, разговора. Или, скорее, уличного инцидента, где высказывалась только одна сторона.

Все происходило прямо на Литейном мосту. Жизнерадостная пара, девушка с парнем, поглядывали на небо, на Неву, друг на друга и улыбались. Экипировка, включавшая в себя цветные ленты, веревочные лестницы, повязанные на манер патронташа, и другие, столь же характерные атрибуты, выдавала их принадлежность к бланкистам или, может быть, к близкой по духу нестяжательской коммуне.

Навстречу им шла пожилая женщина, тоже увешанная сумками, наполненными трофеями продолжительного шопинга. Поравнявшись с беспечной парой, женщина решительно остановилась. Не могу молчать – вот что было написано на ее лице. Она и не стала молчать, без предисловий набросившись на бездельников с упреками. Ее страстный монолог я не запомнил дословно, но речь была выразительна и исполнена неподдельного гнева:

– …На других вам плевать, чистота города для вас пустой звук, слезы родителей, наверное, тоже. Хоть себя бы пожалели! Живете где попало, ни кола, ни двора, ничего не цените… только оскверняете все людское. Глядя на таких, как вы, все нормальные люди боятся за своих детей… вообще боятся их заводить. И откуда вы взялись такие… ни на что не годные? За что нам такая напасть?

Голос женщины дрожал, по всему было видно, что она не просто так взъелась, что в ней задето что-то глубоко личное. Спешившие по делам прохожие оборачивались, некоторые остановились послушать. Невольные виновники инцидента казались слегка смущенными.

– И сказать вам нечего? Бесстыжие! – Поставив сумки на землю, женщина уже яростно жестикулировала.

Действительно, нужно было что-то сказать, как-то отреагировать на ситуацию. Взглянув на обличительницу, затем на свою девушку, парень зачем-то снял рюкзак, тоже поставив его у ног.

– Зато Господь для нас развешивает сливы, – сказал он негромко и вновь закинул рюкзак за плечи.

Девушка улыбнулась и поцеловала своего спутника. Женщина замолчала, прервавшись на полуслове. Стали расходиться и прохожие – молча, никак не комментируя события.

Сказать действительно было нечего. Понятно, что большинство свидетелей инцидента не испытывали особых симпатий к инопланетной парочке, у многих наверняка были свои счеты к беспечным бродягам. Но дело вовсе не в этом. Дело в том, что и случайные прохожие, и юная девушка, скорее всего еще школьница, и пожилая женщина, оставшаяся стоять с открытым ртом, и река во всем своем течении, и раскинувшееся над всеми небо понимали: он прав. Вот в чем было дело.