Братство Маргариты - Эдуард Тополь

Троицкий: Противоположная. Но эта точка зрения не признана как среди ортодоксального еврейства, так и среди ортодоксального христианства. Я игнорирую эти сочинения.

Шмаков: Значит, вы признаете, что работы этих ученых существуют?

Троицкий: Да.

Шмаков: И имеют противоположное содержание, но вы их не признаете?

Троицкий: Да, не признаю.

Шмаков: А такое сочинение, как Огюста Гильома, вам известно?

Троицкий: Я с этим сочинением не знаком.

Шмаков: Стало быть, вы знаете некоторые сочинения, на которые ссылались, на другие сочинения противоположного характера вы не обращаете внимания, а третьих вы совсем не знаете?

Троицкий: На сочинения с противоположным содержанием я обращаю некоторое внимание, но не придаю им руководящего значения.

Шмаков: Знать не хотите. Хорошо. Возвращусь еще раз к вопросу о библейских текстах. Покорнейше прошу ответить – существует ли в Зогаре утверждение, что евреи сейчас находятся в четвертом периоде пленения и что кто господствует над Израилем, тот господствует над всем миром? И что им принадлежит весь мир, так как они составляют весь мир.

Троицкий: Я об этом не припоминаю.

Шмаков: Затем, не сказано ли там, что израильтяне будут действовать так, чтобы господство над другими народами перешло только в еврейские руки, и что по поводу этого в Зогаре приведена та лестница, которую Иаков видел во сне?

Троицкий: Не помню.

Шмаков: Тоже не помните? А трактат, что надо так действовать, что христиане «ноцри» не будут иметь никакого господства над израильтянами, даже самыми незначительными?

Троицкий: Я не помню такой концепции у евреев и не помню, чтобы так говорилось о христианах.

Шмаков: Не сказано ли дальше: «Наше пленение будет продолжаться до тех пор, пока не прекратится владычество акумов»?

Председатель: Господин поверенный истца, этот вопрос я устраняю.

Шмаков: Если было разрешено спрашивать об отношениях еврейства в Талмуде к иноплеменникам, то мне кажется, что эксперту можно предложить и такой вопрос. Затем вы цитировали выражение «Лучшего из гоев убей на войне». Но ведь это выражение «на войне» находится только в одном трактате, именно в Абодазара. Значит, из трех трактатов, где это упоминается, только в одном указана эта оговорка, что «на войне». Затем я хотел еще спросить относительно жертв иудейских. Вот вы сказали здесь, что раз предъявляется обвинение в ритуальном убийстве, то нет ничего мудреного, что все евреи идут на помощь для собственного спасения. Но если говорить не о ритуальном убийстве, а о преступлении из религиозного изуверства, почему же тогда еврейство идет на помощь обвиняемым?

Троицкий: Не думаю, чтобы оно шло на помощь, потому что есть масса таких фактов, где являются подсудимыми евреи, обвиняемые в убийствах и других преступлениях, и евреи относятся к этому апатично.

Шмаков: А вы знаете, что по настоящему делу подсудимый Бейлис обвиняется в совершении преступного деяния из побуждений религиозного изуверства, и вам, может быть, известно, что все еврейство…

Председатель: Это вопрос совершенно не религиозного свойства.

Шмаков: Если бы эксперт не заявлял об этом, то я бы его не поставил.

Карабчевский: Скажите, пожалуйста, выражение: «Убей лучшего из гоев, лучшего из акумов» – вам ясно, что здесь идет речь о войне?

Троицкий: Да.

Карабчевский: А затем: «красивой змее разбить голову» – не есть ли это уподобление тому, что внешние качества не должны парализовать, не должны мешать отношению к внутренним качествам? Ведь и по представлению христиан, и по представлению евреев, образ змеи всегда представлялся в виде чего-то враждебного, отвратительного, заслуживающего смерти? Ведь змея соблазнила Еву на грехопадение…

Троицкий: Змея – это символ хитрости, злобы и коварства.

Карабчевский: Скажите, пожалуйста, такое выражение: «Ты умрешь смиренный, с закрытым молчащим ртом», – неужели вы это можете приурочить к вопросу о каком-то заклании христиан?

Троицкий: Это никакого отношения не имеет.

Карабчевский: Это очень красивый образ смиренного, умирающего праведника. Теперь скажите относительно выражений, которые пытаются отождествить с наименованием христианина, – относительно выражения «гой». Не относилось ли это к безбожнику, преступнику из евреев?

Троицкий: Выражение это указывает на известный национальный характер, а выражение «акум» – на религиозные предпочтения. Причем слово «акум» составлено из четырех слов: «овед коховим и мазолот», то есть берутся начальные буквы, соединяются, и получается слово «акум» – тот, кто поклоняется звездам и знакам зодиака.

Карабчевский: Значит, «акум» – это человек, который не верит в Бога живого, а верит в идолов, в планеты, в звезды и так далее? Ваши доводы основаны на изучении самого текста Священного еврейского Писания? Вы владеете древнееврейским языком?

Троицкий: Я читал Библию, Талмуд, Зогар и другие, так что первоисточники еврейской религии я изучал очень много раз. И то, что я показывал сейчас, я показываю на основании первоисточников.

Карабчевский: И на основании знакомства с первоисточниками вы приходите к заключению, что всякий вывод относительно того, что евреи употребляют христианскую кровь, не имеет никакого основания?

Троицкий: Да, на этом основании.

Грузенберг: Скажите, вот вас спрашивал прокурор относительно жертвоприношения по Библии, и вы сказали, что окроплялись кровью стены храма, что, значит, кровь имела значение для евреев. Ведь это относится ко времени Библии – сколько именно лет тому назад?

Троицкий: Всего получается 1843 года.

Грузенберг: 1843 года назад. А вам говорят, что это имеет отношение к настоящему времени. Но не все ли народы в то время приносили в жертву животных?

Троицкий: В древности, конечно, и даже теперь, я думаю, у некоторых племен жертвоприношение животных является обычным явлением.

Грузенберг: Ведь и у славян до принятия христианства были жертвоприношения?

Троицкий: И у славян жертвоприношения животных совершались.

Грузенберг: Теперь отбросим это недоразумение – то, что имело место 1843 года тому назад у всех народов. Но я хочу отбросить и другой вопрос. Вам говорили о сочинении Пикульского, относящемся к 1660 году, и о том, что евреи приняли меры к тому, чтобы эта книга не появилась в печати. Книга имеется у нас в библиотеке, имеется в других местах империи. Разве могут евреи помешать кому-то вновь отпечатать эту книгу?