Дурные дети Перестройки - Кир Шаманов

Всегда удивлялся людям, которые дают Валере ключи от квартир и оставляют его одного у себя дома, доверяют ему деньги или ценные вещи, трахаются с ним или планируют общие дела. До какой-то поры его друзья не верили мне, и я слыл желчным, злоязыким придурком, но позже, когда увидели Валеру в действии, многие оттаяли и переменились кардинально.

По логике своей жизни Валера конечно должен был, пьяный и упоротый, утонуть в бассейне, или быть растерзанным кайманами в балийской канаве, или сгнить в тамошней тюрьме на худой конец. Однако, после полугода интернет попрошайничества и гей-проституции, подвернулась хорошая тема с перепродажей наркотиков русским туристам. Ребятам из Москвы нужно было всё, одна из девочек, кажется, была знакома с Валерой по Фейсбуку, и ему дали тысячу долларов, чтобы он всё принёс.

– Возьми травы на половину, а на остальное таблеток.

– Да, пацаны, понял. Давайте деньги, ждите здесь, только никуда не уходите. Я скоро приду. – сказал Валера, допил остатки пива и отправился в авиа кассы, где немедленно купил билет на ближайший самолёт и улетел в Москву. Не прощаясь и бросив все шмотки в норе с сороконожками, которую он снимал за тридцать батов в день.

* * *

Прилетев в Москву, уже пообтёршись без мамы, Валера понял, насколько суров этот мир, и что для того, чтобы выжить в нем, «нужно уметь лаять и кусаться», как он как-то прочитал в каталоге одной из выставок Олега Кулика. Кажется, это единственная книга, что он вообще когда-то читал, кроме, может быть, лекций Лакана, подаренных ему директором Петербургского музея сновидений Зигмунда Фрейда. В любом случае, он их так и не дочитал.

Итак, для того чтобы быть художником, выходить в интернет и окучивать тёлок, а это именно то, чем Валера намеревался заниматься, ему срочно нужен был ноутбук или планшет. Для начала, по новой таиландской памяти, Валера решил немного заработать гей-проституткой.

Пришёл к памятнику героев Плевны в Москве и живописно устроился на его ступеньках. Его глаза быстро нашли контакт и начали перемигиваться в сети активно перемигивающихся. Денег у него не было ни копейки, хотелось пить и есть. Его поманил один из вроде бы упакованных мужиков. Валера подсел и быстро договорился на вполне устраивающую его после дешёвого Таиланда сумму, но чувак не хотел платить за отель. Решили пойти на один из чердаков и сделать всё там, ушлый мужик, как оказалось, знает рядом подходящий. В одном из домов неподалёку действительно был открыт чердак, Валера вошёл в дверь первым, и всё сразу же померкло.

Он очнулся на чердаке со спущенными штанами, в кармане не было даже последней алко-нокии. По боли в затылке он догадался, что мужик ударил его по голове сзади, по боли в заднице – что мужик также бесплатно надругался над его телом, тут и там забрызганном спермой. Вокруг никого не было, была только глубокая ночь и сталактиты голубиного говна на чердаке.

* * *

Утром, стараясь не терять остатков оптимизма, он накрутил себя на решительность и геройство. Пришёл в компьютерный магазин, а там девочка с мамой как раз покупали себе такой, как нужно Валере, планшет. Горящие глазки, румяные щёчки, новый долгожданный дружок у ребёнка.

– А как к нему подключать вай-фай? – Выясняла у консультанта девочка.

– А не дороговато ли за такую игрушку? – Выясняла у девочки мама.

Опасный Валера подкараулил их на выходе и вырвал новый планшет прямо у неизвестной девочки из рук, прямо в новом пакете из магазина, и убежал. Так и жил то в Наркомфине, то у очередной подружки. Периодически приезжал в Петербург, где, как известно, наркотики дешевле и возил отсюда плитки гашиша и кокаин в Москву.

Однажды поиздержавшись в столице, он сошёл с поезда на Московском вокзале, и отправился в центр мобильной связи получить новую, петербургскую сим-карту. А там подпитый мужик покупает новый мобильник и засветил заманчивый пресс денег в кошельке. Валера ждёт на выходе и идёт за ним. Мужик зашёл в подворотню и углубился в проходные дворы – то, что надо. Валера, взяв кусок асфальта, догнал мужика и решительным движением опустил асфальт ему на затылок. Быстро забрав кошелёк и новый телефон, он развернулся и начал стремительное удаление. Однако мужик, придя в себя и неожиданно быстро сориентировавшись в ситуации, взял брошенный Валерой кусок асфальта и кинул ему вслед. Так получилось, что асфальт с поразительной меткостью попал Валере прямо в голову, и он потерял сознание.

Когда Валера пришёл в себя, он уже был в наручниках, и ему вяло оказывали медицинскую помощь. Менты оформляли дело, мужика в скорой повезли в больницу, а его, залепив пластырем голову, отвезли в отдел. В отделе всё понятно, грабёж, самооборона, поличное, заява, терпила и обвиняемый типок, не хватает только признания Валеры – и полный ментовской флеш-рояль для суда. Отпираться бессмысленно, Валера идёт с повинной и едет сначала в Кресты, а потом в Выборг, там хорошая, большая тюрьма.

Передач почти не было, от пары его бывших девочек иногда приходили деньги. Байки все американские поистрепались, а по виду Валера был больше похож на исторченного бомжа педераста, а не на американского проходимца. Уже не тот, конечно, авторитет, ВИЧ, но на самое днище его не спихнули, камеру ему выбрали умеренную. Америка его знает, может, впряжётся кто, третья полка не у окна.

* * *

Отсидев полочку и соскочив на условно, Валера вышел из тюрьмы в Выборге, с проходной позвонил мне, по справке об освобождении бесплатно приехал на электричке в город и зашёл в гости. Бледный и тощий от недостатка витаминов и ультрафиолета после тюрьмы на свежем воздухе всё равно источал энтузиазм и энергию. За время путешествия на электричке уже с кем-то выпил, и я быстро его выставил из дома. Бодрый и оптимистичный Валера буквально на минуту залез в интернет, списался с какой-то девицей, которая была онлайн, и полетел к ней.

– Валера, а почему ты не говорил никому, что у тебя ВИЧ? Давно он у тебя?

– Года два-три, меня проверяли на последней реабилитации и не было, а потом, в больнице когда был, снова проверили, и вот, нашли.

– Ну понятно, слушай, а вот ты едешь к телке после тюрьмы и наверное будешь её ебать? Она это знает? Про ВИЧ?

– Да надо просто осторожно.

– Ты гандоны-то купил? Может тебе денег дать?

– Я не ебусь с гандонами, мне не нравится. Давай денег.

Ушёл и оставил открытыми свои профайлы у меня на компьютере. Я сразу же залез к нему в переписку. Девочка, к которой он поехал, девятнадцати лет, жила одна без родителей в Петербурге. Училась в Университете технологии и дизайна на дизайнера украшений, не красавица, но тоже вроде бы человек. Решил написать ей со своего профиля.

– Привет! Я друг Валеры, извини, что пишу так, но я знаю, что он поехал к тебе, и надеюсь, ты в курсе, что он только что освободился из тюрьмы и скорее всего инфицирован ВИЧ.