Клок-данс - Энн Тайлер

– Наверное. Мы же столько не виделись.

Когда Уилла думала об Элейн, ей приходилось напоминать себе, что к облику сестры необходимо добавить возрастные детали – седые пряди в волосах, огрузневшую фигуру.

– Только не говори, что я не попыталась встретиться.

– Нет, конечно. Жалко, что не увидимся, – сказала Уилла.

Однако скучала она по шестилетней девочке, некогда уплетавшей завтрак, но вовсе не по басовитой женщине на другом конце линии.

Уилла хотела убрать телефон в сумочку, но увидела, что пришла эсэмэска. Открылось фото Иэна. На фоне бревенчатой избушки сын стоял рядом со стариком в егерской форме и крупной девушкой в походном одеянии. Сам он был в потертых джинсах и линялой ветровке. Уже несколько лет он носил бородку клином, но всякий раз Уилла ежилась, увидев растительность, которая подчеркивала острые черты его лица. Иэн был в новых очках без оправы, в народе прозванных «дедушкиными». «Привет мам мы тут за провиантом надеюсь у тебя все ок», – написал он. Где это «тут», не сообщил. Уилла изучила фотографию, ища подсказки. Избушка – это, видимо, магазин, вон над дверью вывеска «У Беннета», по краям которой два красных диска кока-колы, похожие на кнопки. По возрасту девушка могла быть подругой Иэна, хотя точно не скажешь. Они стоят рядом, но друг друга не касаются. Нет, скорее всего, это просто знакомая – вид уж больно расслабленный и равнодушный.

Уилла справилась с ответной эсэмэской: «Рада получить весточку, все еще в Балтиморе». Спустившись в гостиную, она показала фото Денизе:

– Это Иэн, брат Шона.

– Ох ты! Они совсем не похожи, правда?

– Да, всегда отличались. Я вот не пойму, это его девушка? Как по-вашему?

Дениза вгляделась в снимок.

– Не, вряд ли.

– У него были подруги, но всякий раз ненадолго, – сказала Уилла. – Я уже сомневаюсь, что когда-нибудь стану бабушкой.

– А вы взгляните на это с другой стороны. – Дениза вернула телефон. – Нет внуков – нет беспокойства, что на их долю выпадет конец света.

Уилла рассмеялась:

– Ну разве что!

А в воскресенье Денизе позвонила мать Пэтти и Лори.

Уилла никогда с ней не встречалась; она услышала, как Дениза поздоровалась с какой-то Фран, но имя это ей ничего не сказало.

– Что? – спросила Дениза. – Повтори-ка… Ты шутишь?

Уилла и Шерил, готовившие имбирное печенье, на секунду отвлеклись, что-то уловив в ее голосе.

Но услышать, что там говорят Денизе, они, конечно, не могли.

– Кто еще об этом знает?.. Ничего себе… – Дениза прикрыла макушку ладонью, точно кипой. – Ладно, Фран. Спасибо, что сказала. Я разберусь. Пока.

Она повесила трубку и посмотрела на Уиллу с Шерил:

– Фран Дюмон говорит, это Эрланд меня подстрелил.

Уилла и Шерил замерли.

– И ты, Шерил, это знала. И вы, Уилла, тоже. Вы всё давно знали.

– Не то чтобы давно… – промямлила Уилла.

– Знали и мне не сказали.

Уилла почувствовала, что краснеет. А у Шерил, заметила она, побелели сжатые губы.

– Я это узнаюґ от постороннего человека. А вы вообще собирались меня просветить?

Уилла и Шерил молчали.

– Кто еще знает? – спросила Дениза.

– По-моему, больше никто, – сказала Уилла. – Сэр Джо, конечно, в курсе, но…

– Он знает? – вскинулась Шерил.

Уилла кивнула.

– И что сказал?

– Какая разница, что он сказал? – крикнула Дениза. – Главное, что скажу я! Господи! Похоже, знали все, кроме меня. Я себя чувствую полной дурой.

– Пожалуйста, не надо так, – сказала Уилла. – Мы ничего… не замышляли, честное слово! Просто не хотели никаких неприятностей.

– «Мы»! – зло повторила Дениза. – Уилла и Шерил – сладкая парочка. Так и знала, что вы вклинитесь между нами! Снаружи вся такая аристократка, такая бодренькая, культурная, благовоспитанная и легко… легко…

– …весная? – грустно подсказала Уилла, и в ответ Дениза просверлила ее взглядом.

– А внутри проныра, которой неймется влезть в чужую жизнь! – Дениза прохромала к черному ходу и вышла, хлопнув сетчатой дверью.

Уилла и Шерил переглянулись.

– Это она со зла, – сказала Шерил.

– Иди поговори с ней.

– Пошли вместе.

– Мне не стоит. Поговорите вдвоем.

С явной неохотой Шерил поплелась во двор.

В своей комнате Уилла открыла окно и прислушалась. Она не собиралась подслушивать, просто хотела знать, разговаривают ли Дениза и Шерил. Однако в торцевое окно звуки со двора не долетали.

Ей было так плохо, что она достала телефон и, сев на кровать, собралась позвонить Питеру, но передумала. Известно, что он скажет: «А что я говорил? Чего еще ждать, если вмешиваешься в жизнь людей, которых ты даже не знаешь?»

Уилла решила посмотреть рейсы домой. Домой! Само слово уже утешало. Ждать до понедельника, когда откроется офис Роны, не было сил, хотелось уехать немедленно. Прямо сегодня вечером, если получится.

Не получилось. Либо она не справилась с задачей, поскольку никогда не бронировала билет онлайн. В любом случае ближайший рейс, который она отыскала, был в 6.45 утра. Это еще терпимо, подумала Уилла. Надо только пережить ночь. Если лечь пораньше, общение с Денизой сведется к минимуму.

Уилла ввела данные своей кредитки (что отняло много времени и вышло только со второй попытки), а потом все же позвонила Питеру на городской телефон, надеясь отделаться сообщением. К ее радости, откликнулся автоответчик.

– Привет, милый, – сказала она. – Это я. Просто хочу известить, что завтра утром вылетаю домой, рейс прибывает в одиннадцать двадцать, если ты не раздумал меня встретить. – Потом назвала номер рейса и пропела: – Пока-а!

Она была почти уверена, что голос ее не выдал, но, закончив сообщение, позволила лицу обмякнуть, а спине сгорбиться.

«Все я сделала шиворот-навыворот, – подумала Уилла. – Надо было сразу сказать Эрланду, что ему следует во всем признаться Денизе. Но я сосредоточилась на том, как уберечь его от возможного гнева Сэр Джо. И что греха таить, ужасно себе нравилась в роли конфидента. О Денизе-то я думала меньше всего. Чего же теперь удивляться, что она взбеленилась?»

Нет никого страшнее разгневанной женщины.

Ладно. Проехали. Уилла поднялась и достала чемодан из шкафа.

Она упаковалась, оставив лишь то, что понадобится на вечер, потом на второй кровати аккуратно разложила дорожное платье, пригладила волосы, освежила помаду и, собравшись с духом, спустилась в гостиную. На кушетке Дениза читала «Балтимор сан», развернутая газета скрывала ее лицо. Через прихожую Уилла прошла в кухню; Шерил, сложив перед собою руки, праздно сидела за столом, в центре которого стояла тарелка со свежеиспеченным имбирным печеньем.