Побег - Борис Кантор

Мать дала нам поесть и засолила колбу, принесенную Валей и Ванькой.

Пока мы ходили за колбой, отец сделал парники для рассады, а Аня с мамой копали огород. Они уже вскопали ту часть, где росла картошка, и нашли еще несколько ведер. Теперь картошки для посадки было достаточно, если резать ее на четыре части. Я спросил отца, почему картошка не померзла зимой в земле.

— Здесь выпало много снегу до больших морозов, а снег — всё равно что одеяло. Сквозь него мороз не проходит в землю, — объяснил мне отец.

Я побродил по двору, поиграл с теленком и не заметил, как уснул в теплом углу за сенями. Проснулся от холода, когда солнце уже не светило в мой угол.

Вечером к нам зашел дядя Коля с подвыпившим колхозным бригадиром — поговорить с отцом о ремонте моста через лужу.

— Нифон Васильевич, Николай говорит, что ты был на войне сапером какое-то время. Так, наверное, знаешь, как строить мосты. Мы этот проклятый мост пять раз ремонтировали, а он всё разваливается. Перегонять скот по нему опасно — ноги поломают, не говоря уж о телегах. Если ты нам поможешь, так мы тебе коней дадим на вспашку огорода и пашни. Да и сенокосные угодья помогли бы выделить.

Отец ответил бригадиру, что мост ремонтировать бессмысленно: его нужно разбирать и строить заново. Но хорошо было бы осушить лужу, прокопав канаву мимо скотного двора к реке. Судя по всему, здесь есть где-то родник, который подпитывает лужу, раз она никогда не просыхает. А насчет моста лучше поговорить с леспромхозом. Они начнут на следующей неделе строить мост около электростанции через ручей из Сухого лога. А наш мост им тоже понадобится, чтобы вывозить лес из Горбуновки, Белоруса, Верхних Кинерков. Мимо него никак не проехать, вот пусть и строят.

Договорились, что отец поговорит с начальником леспромхоза, но колхоз должен, в свою очередь, что-то дать леспромхозу. После долгих разговоров пришли к выводу, что колхоз, кроме молока летом да картошки к зиме, ничего предложить не может. Да и с молоком еще не ясно, потому что нормы сдачи государству увеличились, а падеж скота за эту зиму был большой, и осталась только половина дойных коров.

Утром нас разбудили рано: нам с Ванькой надо было идти с отцом на участок. Мы съели весь хлеб за пасхальные дни, и отец надеялся получить новую порцию в магазине или в пекарне, а мы отнесли бы его домой.

Было хоть и облачно, но сухо. Мы с Ванькой шли босиком и быстро дошли до подвесного моста. Там нас ожидало чудо. К опорам моста был привязан самый настоящий пароходик с трубой, из которой шел дым. Он не мог пройти под мост — вода в реке была высокая.

Отец разговорился с капитаном на буксирном пароходике; тот рассказал, что привезли продовольствие для леспромхоза и решили проверить, можно ли сплавлять лес по реке. Скоро вверху у Малиновки сбросят в реку два больших штабеля, чтобы сплавить их до Кондомы. Буксир будет растаскивать бревна, если образуется затор. Во время разговора подошли шестеро мужиков с баграми и осторожно спустились на буксир.

— Вода-то убывает быстро, — сказал один из них. — Не обмелеть бы нам на Нижнем Камне.

— Бог даст, успеем, — ответил капитан.

Мы пошли в леспромхоз. Магазин был закрыт, и на двери висела картонка с надписью «Переучет». Пошли к пекарне, где пекарь выдал отцу две буханки хлеба и опять дал мне и Ваньке по кусочку. Мы побежали быстро домой, отдали матери хлеб и помчались через скотный двор к реке, чтобы посмотреть, как будут сплавлять лес. Река извивалась и мчалась, как большая змея. Зареченский низкий берег после крутой излучины затопило до самого леса.

Вначале на реке показались отдельные бревна, а потом всё кучнее. Много бревен выбрасывало на низкий затопленный берег, где они застревали в кустах. На наш пологий спуск тоже прибивало бревна, но они не застревали.

Появился дядя Коля с лошадью, запряженной в волокушу. Он зацеплял багром бревна, прибившиеся к нашему берегу, укладывал на волокушу и отвозил к коровнику.

— А зачем вам бревна? — спросил Ванька.

— Мост здесь будем делать через осушительную канаву.

Дядя Коля успел вывезти с десяток бревен, когда на другой стороне появились мужики в бродовых сапогах по грудь. Они пытались сбрасывать баграми застрявшие в кустах бревна, но это им плохо удавалось, потому что плывшие бревна заклинивали застрявшие.

— Немного им удастся сплавить на Кондому, — сказал дядя Коля.

Ниже нас на крутом повороте реки против свинарника начал образовываться затор. Бревна лезли друг на друга, вставали на попа, упираясь в дно реки. Минут через двадцать бревна заполнили весь плес от свинарника до нас. Вода начала быстро прибывать.

— Не снесло бы свинарник, — сказал дядя Коля. — Надо свиней выпустить. Вы со мной не ходите, а то свиньи могут вас порвать. Они сейчас очень голодные.

Едва дядя Коля отошел, как раздался треск и грохот, а бревна снова устремились вниз по реке — затор разорвало. Ванька решил бежать обратно к мосту, чтобы посмотреть еще раз на буксир, а я, вспомнив о луке, пошел домой поесть и найти Колю.

Коля укладывал навоз в парник, который представлял собой короб из жердей длиной метра два с половиной. Коля выгреб старый перегной, начал укладывать в него навоз, мешая его с перегноем, пока не заполнил весь парник. Попутно он объяснял мне, что навоз будет перегнивать и давать тепло, а старый перегной не даст теплу сжечь корни рассады. Закончив с парником, Коля сказал, что его задание от отца на сегодня выполнено и можно заняться луком и стрелами.

Мы залезли на чердак, который освещался только одним небольшим окошком. Чего там только не было! У меня разбегались глаза. Капканы, петли, несколько пар лыж, старые унты и множество другой всякой всячины. В одном углу стояли два лука без тетивы и висели пучки заготовок для стрел. Пучки были туго обмотаны дратвой по всей длине. Коля размотал дратву и отсчитал десять заготовок.

— Тебе на первое время десять стрел хватит, — сказал он. — Вначале без наконечника, а когда научишься, то сделаем наконечники и оперение.

Коля сплел тетиву для моего лука из просмоленной дратвы, и мы пошли вниз, где я оставил палку для моего лука. Коля взял свой лук и настоящие стрелы с наконечниками и оперением. Он показал, как натягивать тетиву и как ее снимать. Лук нельзя держать долго согнутым, пока он сырой.

— Пойдем пробовать твой лук, — сказал Коля.

Он позвал Надю, взял с собой длинную палку, и мы пошли к нашему дому, где к нам присоединились Ванька и Валя. Коля объяснил, что стрелять стрелами без наконечника по стенам нехорошо — конец стрелы может расщепиться. Нужно сделать мишень. Он пошел в сарай, принес пучок соломы, привязал его веревочкой к палке и воткнул палку в огороде, потом взял мой лук и объяснил нам всем, как держать и натягивать его.

— Посмотрим, добьет ли твой лук до мишени.

Он натянул и отпустил мой лук несколько раз, поставил стрелу и, прицелившись, выпустил ее. Стрела летела точно на мишень, но прошла выше.