Некрополь - Борис Пахор

Победа союзников над фашизмом принесла с собой победу коммунистов и новую федеративную Югославию, в которую вошла и та часть словенской территории, которую после Первой мировой войны захватила Италия. Однако города Горица и Триест с прилегающей местностью так и остались в Италии. И это стало возможным не в последнюю очередь из-за страха Запада перед Югославией, преданной Сталину. Так словенцы еще раз оплатили чужие счета и несостоятельность собственной политики.

Революционный террор привел к уничтожению десятков тысяч людей, а многие тысячи спаслись бегством за границу. Исчезли все старые политические структуры и партии. Эйфорическое строительство коммунистического рая неузнаваемо переменило Словению. Массовое трудоустройство рабочих из других югославских республик значительно изменило национальный состав. Режим развивал тяжелую и горнодобывающую промышленность, традиционные промыслы и частная торговля исчезли, значительная часть сельских угодий опустела. Религия и классическая культура были загнаны глубоко в частную жизнь, право на публичность имело только социалистическое строительство, а свободу слова — безликие «трудящиеся массы».

И все же словенский национальный дух устоял и перед этим бедствием, ничуть не уступавшим уже почти забытым турецким набегам. Сохранилось достаточно интеллектуального потенциала, ростков благородного словенского венетского мироощущения, находившего на протяжении тысячелетий прибежище именно на словенской этнической территории, поэтому крах социалистического эксперимента в конце тысячелетия не застал словенцев врасплох. Национальное самосознание, словенская общественно-политическая историческая память, демократические карантанские идеи, герцогский престол и княжеский камень в Каринтии — все это стало арсеналом и капиталом в тот исторический момент, когда в конце восьмидесятых годов начал рушиться югославский парадокс. Совершенно неожиданно, вопреки планам и ожиданиям тех, на чьей стороне была сила, словенцы воспользовались третьей, последней возможностью в уходящем несчастном и полном катастроф XX веке: распад югославских недемократичных структур они встретили во всеоружии, подготовленные и полные решимости добиться общей цели — создать самостоятельное государство Словения. Им никто не помогал. На них обрушилась югославская армия, — третья по мощи военная сила в Европе — и, подобно Голиафу, не устояла перед словенским Давидом. Отличная организация, превосходно разработанная тактика и рациональность, мудрые политические решения и благоприятное стечение обстоятельств, которые, как всегда, оказались на стороне храбрых, — все это привело к подписанию 7 июля 1991 года Брионской декларации, которая означала конец войны в Словении и открытие дороги к международному признанию нового государства. До конца года Словению признало 10 государств, а на следующий год Республика Словения полноправно вошла в мировую семью суверенных наций.

Древний народ, наследник драгоценной культуры, принесенной ветрами истории в убежище под сенью Альп и пережившей здесь тысячелетия, наконец живет сегодня самостоятельной жизнью в своем государстве. Оказавшись под напором бедствий и трагедий на грани исчезновения, он, собрав все силы, осуществил свою уже позабытую мечту.