Варшава - Владимир Козлов

Он достает ключ, открывает клетку.

– Заходи, будь как дома.

– А это надолго?

– Все узнаешь.

Сажусь на край лавки. Рядом – мужик в дерматиновой куртке. У стены дремлют еще два. Мужик спрашивает:

– За что тебя?

– Так, сцал на остановке. А тебя?

– За все хорошее. Не боись, долго с тобой возиться не будут. Протокол – и пойдешь домой.

Сержант открывает клетку.

– Э, если кто сегодня хорошо пожрал, то готовьтесь.

Он вталкивает бомжа в черном замызганном пальто. Бомж неслабо воняет.

Он садится между мной и мужиком, шепчет мне:

– Слушай, ты пригнись, чтоб меня не это… А я… – Он вытаскивает из кармана бычок и коробок спичек.

Я наклоняюсь, бомж прикуривает, затягивается.

– Дай и мне тягу, – шепчет мужик. Бомж передает ему бычок, мужик затягивается, стараясь не прикасаться губами к фильтру.

– За что тебя? – спрашивает мужик.

– Да ни за что. Стояли возле пункта…

– А, валюта…

– Какая, на хуй, валюта? Хотели бутылки сдать. Стояли, курили… Тут, бля, эти гондоны.

Бомж тушит бычок, бросает под лавку.

Сержант подходит к клетке, морщит нос, принюхивается.

– Кто курил, блядь?

Все молчат.

– Еще раз спрашиваю – кто курил? Если, блядь, такое повторится, выведу всех и отпизжу. Ты, на выход. – Он тычет пальцем в бомжа.

Мужик спрашивает:

– А почему его? Только привели – и сразу, а я уже два часа тут…

– Надо будет – посидишь все двадцать два…

Старлей задает бомжу вопросы:

– Фамилия?

– Игнатович.

– Имя отчество?

– Сергей Антонович.

– Бичуешь или прописан?

– Бичую.

– Сколько?

– Полгода.

Старуха в женской клетке орет:

– Выпустите в туалет, суки – я сейчас обосцусь.

– Ну и обосцысь, – кричит сержант. – Тогда, клетку, блядь, языком вылижешь.

Сержант вводит грузина, он садится на место бомжа, оглядывается.

– Я праздновал дэнь рождэнья… Друга, сорок лэт… Выпил сто грамм… Всэго сто грамм. Мнэ надо назад, пятый дэнь гуляем…

Мужик говорит ему:

– Не сцы, часик посидишь – потом догонишься.

Он наклоняется ко мне.

– Может, булавка есть?

– Нету.

– А у тебя?

Грузин роется в карманах, достает булавку, дает мужику. Он прокалывает палец, мажет кровью губы, отдает грузину булавку. Мужик орет:

– Мне плохо, мне плохо! У меня туберкулез, дайте таблетку!

Сержант смотрит на нас из-за стекла.

– Сейчас дам тебе таблетку – палкой по ребрам.

Мужик оттопыривает губы, показывает кровь. Старлей говорит:

– Ладно, вызови скорую, а то еще подохнет. Будет потом геморроя…

Сержант открывает клетку.

– Выходи, посидишь пока здесь. Я скорую вызову. Но если скажут, что наебал – готовься. Гавриленко, на выход.

Один бухой мужик начинает трясти второго.

Старуха вопит:

– Пенсию не платите, суки, надо занимать очередь с вечера на почте, и то еще не хватит. Суки вы хуесосы, вот вы кто!

Старлей орет:

– Успокойся, падла, сейчас уебу.

Мужик выходит из клетки, садится на стул напротив поста.

Заходят врач и медсестра «скорой» в белых халатах.

– Кому здесь плохо?

Старуха орет:

– Мне! Я сейчас усцусь!

– Тихо ты, падла, – говорит сержант. – Здесь он сидел. Съебался, сука? Следующий раз поймаю…

Сижу у стола старлея.

– Имя отчество?

– Владимир Владимирович.

– Где работаешь?

– Учусь в инязе.

– Документы есть?

– Да.

– Покажи.

Я достаю паспорт и студенческий, старлей смотрит.

– Ну, что посадить тебя на сутки или пожалеть?

– Пожалейте.

– Да? И что я с этого буду иметь.

Я молчу. Старлей зевает, показывая желтые зубы.

– Ладно. Протокол составим, заплатишь штраф через сберкассу – все как положено.

* * *

Шеф заходит в квартиру с желтой бумажкой в руке.

– Всем доброе утро. Вот, смотрите, что мне дали: «Хотите иметь зарплату в 500 долларов? Звоните!». И номер указан. Так что, если кто не совсем доволен своей работой здесь… – Он улыбается и идет на кухню.

– Нам бы сначала свою зарплату за март получить, – громко говорит Ксюха.

Хлопает кухонная дверь. Ксюха смотрит на нас.

– Ну что, как сделаем? Пойдем все вместе, или Люда одна?

– А почему, собственно, я одна?

– Ты больше всех проработала…

– Если идти, то всем вместе. Что за безобразие такое – середина месяца, а зарплату за прошлый никак не дадут. Что он там все высчитывает? У меня в кошельке последняя тысяча осталась.

– А ты б мужа заставила работать, – говорит Серега. – А то лежит на диване, пиво пьет…

– Ну, это не твое дело.

– Ладно, давайте подождем – вдруг он сам заведет разговор, – говорит Людмила. – Вы ж его знаете – молчит, молчит, потом как выдаст что-нибудь…

– «Все получают за март по десять долларов, потому что прибыли мало», – Серега передразнивает шефа.

– Ну, если так, то я сразу ухожу, – говорит Ксюха. – Надоело. Сиди до семи вечера, документы проверяй – и, можно сказать, даром.

– Он же вам подарок сделал – в Прагу свозил на халяву.

– Я тебе что, не говорила, какая там халява? Только гостиница и завтрак, все остальное – за свои деньги. Ладно, пусть так… Но мы ж не гулять ездили – пасли этих туристов придурочных. Это он пиво пил, наслаждался жизнью…

Перевожу на английский письмо шефа.

«Директору Пражской туристической выставки. Уважаемый господин директор! Мы давно уже работаем на вашем рынке и подтверждаем свою приверженность этому туристическому направлению. В этой связи мы хотели бы попросить вас сделать нам скидку на участие в выставке».

Людмила говорит Ксюхе: