Чужой ребенок - Маша Трауб

Лариса заглянула в другую комнату – Дани там не было. Около двери ванной стоял мальчик и дергал ручку.

– Ты чего здесь? – спросила его Лариса.

– Я писать хочу. А там закрыто, – ответил мальчик.

– А кто там?

– Там мальчик один. Закрылся.

– Какой мальчик?

– Ну, который потом пришел.

Лариса догадалась, что в ванной – Даня.

– Данечка, ты там? – постучала она и подергала ручку. – Данечка, ты что, открыть дверь не можешь?

– Что случилось? – подошел Илья.

– Там Данька закрылся, – ответила Лариса.

– Даня, выходи, тут уже очередь, – сказал в дверь Илья и подергал ручку. – Открывай, всем в туалет надо.

– Я сейчас описаюсь, – пожаловался мальчик.

– Иди в другой туалет, вон видишь дверь, – посоветовал ему Илья.

– Ты иди, я сама его вытащу, – сказала Лариса Илье.

– А что он закрылся?

– Не знаю. Может, застеснялся или испугался.

– Странно. Все дети играют. Им сейчас Оля торт принесет. Даня, выходи, сейчас торт будут резать! – крикнул он в дверь.

– Он не выйдет.

– Что он там делает? Ничего не слышу.

– Иди, я сама.

Илья пожал плечами и ушел к жене и гостям.

– Данечка, я тут одна, все ушли, открой мне дверь, – попросила Лариса.

Замок щелкнул. Это была большая ванная комната – Даня сидел на коврике, прислонившись спиной к ванне. Лариса села рядом.

– Ты чего здесь? – спросила она.

– Не хочу, – ответил Даня.

– Чего не хочешь?

– Туда не хочу идти. Я здесь буду сидеть.

– Здесь скучно. Пойдем.

– Нет.

– Ну давай домой поедем.

– А можно?

– Можно.

Даня сидел и не вставал.

– Мам, а маленьких детей все любят? – вдруг спросил он.

– Ну да.

– А почему?

– Потому что они маленькие.

– А почему больших не любят? Когда детей разлюбливают? Когда им сколько лет становится?

– С чего ты взял, что их разлюбливают?

– Ни с чего. А ты того маленького тоже любишь?

– Нет, я не люблю.

– Неправда. Ты врешь. Я видел, как ты на него смотрела.

– Ну и что?

– Ты тоже хочешь такого маленького?

– Нет, не хочу.

– Хочешь.

– Нет.

– А ты меня любила, когда я был таким?

– Любила. И сейчас люблю.

– Ты специально так говоришь.

– Нет. Сам подумай. Кого мне еще любить? У меня никого нет, кроме тебя.

– Да, никого, – кивнул мальчик и обрадовался.

– Пойдем?

Лариса подняла Даню и повела в прихожую. Решила ни с кем не прощаться – просто тихо уйти. Даня быстро натянул куртку и выбежал за дверь. Лариса в одном сапоге выскочила следом.

– Хочешь, мы пойдем в магазин и купим тебе самую большую коробку? – вдруг остановилась она на полдороге к дому.

– А можно? – недоверчиво переспросил Даня.

– Можно.

– Но сегодня же не Новый год и не день рождения. Ты же говорила, что большие коробки можно только на праздники, – все еще не мог поверить Даня.

– Тогда у нас сегодня будет праздник. Пойдем.

Они зашли в магазин.

– Выбирай, – сказала Лариса.

Даня долго ходил между полок и выбрал маленький конструктор.

– Это? – удивилась Лариса.

– Да, он видишь, не очень много стоит.

– Но мы же хотели купить большую. Помнишь, ты мне говорил про корабль и дракона?

– Нет, это, – решительно сказал Даня.

– Точно? Давай еще посмотрим, что тут есть.

– Нет, эту. А дракона я уже не очень хочу.

– Данечка, ты боишься, что у нас денег не хватит?

Даня кивнул.

– Ладно, давай тогда купим две маленькие. Согласен?

– Согласен, – обрадовался Даня. – А завтра пойдем и купим большую коробку. Согласна?

– Согласна, – рассмеялась Лариса.

– А деньги у нас будут?

– Будут, Данечка. Все у нас будет. Все, что захочешь.

– Тогда мы купим две коробки!

– Нет, пять!

– Тогда мы магазин купим!

– Два магазина!

– Тыщу магазинов!

Они шли по улице и кричали во все горло. Данька размахивал пакетом, а Лариса смеялась.

Она плохо себя чувствовала. Быстро уставала. Ложилась на пять минут, а встать сил не было.

– Данечка, я полежу, ты там поешь что-нибудь, – сказала Лариса, когда не смогла подняться. Она даже не была уверена, что сын ее услышал. Но через некоторое время он пришел к ней. Лариса дремала. Он постоял и поставил тарелку на пол рядом с кроватью. Она открыла глаза – кривобокий кусочек хлеба и кубик сыра сверху. Бутерброд. А рядом стакан с соком. Его соком. Даня пил только ананасовый. И всегда обижался, когда Лариса наливала такой же сок себе. Он отдал ей самое вкусное, что было в холодильнике, – свой сок. Лариса заплакала и закрыла глаза.

– Мам, не плачь, – услышала она его голос.

Данька, оказывается, не ушел. Видимо, стоял за дверью и ждал.

– Спасибо, – сказала Лариса.

– Ты будешь спать? – спросил Даня.

– Да, посплю, а то что-то мне нехорошо.

Лариса заболела. Гриппом. Но как-то очень тяжело. С высокой температурой. Еле-еле до туалета доходила. Просыпалась, засыпала, слабо представляя, который час и сколько она так лежит. Даня сидел рядом. Она открывала глаза и видела его лицо. Успокаивалась и опять проваливалась в пустоту. В один из просветов увидела перед собой не Даню, а незнакомого мужчину. Тот внимательно смотрел на Ларису, дотрагивался до ее груди чем-то холодным. Она почувствовала укол и отключилась.

Лариса проснулась. Было утро или день. Даня сидел рядом и смотрел на нее.

– Привет, – сказала Лариса.

– Привет, – ответил Даня и улыбнулся.

– Как дела? – спросила она.

– Нормально, – ответил он и потянулся куда-то вниз. Поднял с пола чашку и протянул ей. Лариса попыталась взять чашку в руки, но сил не было. Даня сам поил ее из кружки.

– Что это? – спросила она. Вкус был странный. Не вода. И не чай.