Роман со счастливым концом - Михаил Самарский

– Ну, не дай бог обманул… Где гость? Кто такой?

– Загляни в ванную, – предложил Брамс.

Дарья отворила дверь, на неё во все глаза смотрел пёс, которого она никогда не видела, но в глазах которого было что-то тёплое и родное. Через мгновение тот завилял хвостом и, сев перед женщиной, протянул ей лапу. Даша от неожиданности растерялась.

– Это он? Трисон? – спросила она дрожащим голосом.

– Он-он! – радостно ответил Осип Емельянович. – Митя нашёл и привёл его сюда. Сколько раз я тебе рассказывал: вот эту собаку твой отец спас от верной гибели. Ты прямая наследница. А потому собака тебе принадлежит по праву. Правильно я говорю, Трисон?

Пёс радостно тявкнул и смело развалился перед Дарьей, вывалив язык. Собака поняла, что попала к своим.

Глава 23. Без секса жить – только небо коптить.

«Любовь, женитьба, собака, внук, сын – всё это прекрасно, – рассуждал Осип Емельянович, с грустью поглядывая на календарь, – а роман где? Где роман, я тебя спрашиваю? Где счастливый конец?».

Дарья придумала план и предложила Брамсу для начала подробно изложить всю историю о том, как он неожиданно стал писателем.

– Да-да, – настаивала она, – сначала пишем живую, то есть настоящую историю, а потом будем думать, как всё это обыграть и создать художественное произведение. Но я не хочу быть твоим соавтором, назовём меня литературным редактором. Писать будешь сам.

Каждый день Осип Емельянович старательно писал свои воспоминания. Дарья его подбадривала:

– Наши предки говорили: «Коли мять лен, так уж доминать». Поздно, товарищ писатель, отступать.

– Это уж точно, – соглашался Брамс и продолжал усердно работать.

«Если бы не Дашка, – с упоением думал он, – я бы давно опустил руки. Когда я в молодости слушал песню «Ах, какая женщина!», это пелось о ней, о моей любимой Дарье…».

Иногда влюблённые отвлекались на взрослые игры. И что больше всего нравилось Осипу, так то, что инициатива частенько происходила от возлюбленной, это обстоятельство возбуждало его невероятно.

В прошлой жизни обычно Брамсу приходилось надоедливо и неотвязно упрашивать жену исполнить свой супружеский долг. В первые годы совместной жизни ему казалось, что Татьяна просто стесняется и считает занятие сексом чем-то постыдным. Но постепенно Осип понял, что стеснительность здесь ни при чём. Он прочитал горы литературы на эту тему и даже втайне от жены посетил сексолога. Однажды он было заикнулся сходить к доктору вместе, но жена рассмеялась и покрутила пальцем у виска.

– Ты совсем спятил? Деньги некуда девать? – Скривилась она. – Так отдай мне, я себе платье куплю.

– У тебя, что платьев мало? – нахмурился муж.

– Да, мало! – ответила жена и добавила: – Платьев много не бывает.

– Но…

– А у тебя, что не стоит? – перебила жена. – Зачем тебе сексолог? Ты ещё как арабский жеребец, о-го-го! Тоже мне придумал, опозорить меня хочешь?

– Ну, что ты такое говоришь, Таня? – тяжело вздыхая, недоумевал Осип. – Как это может тебя опозорить? Ну, пришла супружеская пара проконсультироваться, и что тут такого позорного?

– А какая тебе консультация нужна? – искренне не понимала жена. – Тебя что-то не устраивает? Скажи, что? Давай этот вопрос сядем и обсудим. Зачем нам в этом деле нужен кто-то третий?

– Хорошо, – соглашался Осип, – давай обсудим.

Обсуждение всегда заканчивалось слезами, обвинениями мужа в извращённости и ещё более длительной паузой в ожидании секса.

Именно потому Брамс, в конце концов, и решился сам посетить сексолога.

– Понимаете, доктор, – начал он свой оголённый до предела рассказ, – живем мы с женой почти двенадцать лет. И всё это время существует проблема, с которой я пришёл к вам. С одной стороны, это и проблемой как-то трудно назвать, но… Понимаете, жена моя изумительная хозяйка, очень красивая женщина, отличная мать, у нас двое детей. Прекрасно одевается, весьма искусно и в меру пользуется косметикой. Я, конечно, не подарок и имею вредные привычки, курю, выпиваю, правда, не злоупотребляю алкоголем. После работы иногда бываю раздражителен, могу сорваться, но всегда признаю свои ошибки и охотно иду на перемирие. Иными словами, живём словно несём какую-то повинность. Я финансирую семью, она создаёт нам всем комфорт. Кто-то спросит, что ещё тебе нужно, живи, мол, и лови кайф. Но кайфа как раз и не получается. Я ощущаю всем своим существом, что моя жена не хочет меня как мужчину. Нет, секс, конечно, есть, но… Как это говорится, трах-бах, и разбежались. Если называть вещи своими именам, то наши сексуальные отношения больше похожи на онанизм… А как ещё назвать обыкновенный скоротечный бездушный секс? Причём, я хочу её всегда, а она меня – никогда. Пытался говорить с ней – бесполезно. Почему я пришёл к вам? Скажу честно, по совести, женщины мне оказывают внимание, но я не хочу изменять жене, люблю её и своих детей, хочу жить в семье. Мне кажется, она не любит меня, хотя к другим женщинам всегда ревнует…

После неоднократного посещения доктора-сексолога Осип испробовал все хитрости, какие только мог. Доктор посоветовал прежде всего поменять устоявшиеся традиции, и внести в интимную жизнь ощущение новизны, непредсказуемости и даже риска. Доктора умеют давать советы, вот только воплощать их в жизнь приходится пациенту, когда рядом нет никаких докторов.

Однажды Брамс решился на эксперимент. Договорился с таксистом, разумеется, за отдельную плату, что тот оставит автомобиль в укромном месте и удалится на пятнадцать-двадцать минут. Осип пообещал водителю, что как он закончит свои дела, включит свет в салоне, что и будет означать окончание процесса.

Процесс так и не окончился, ибо не успел начаться. Как только таксист вышел из салона, Осип обнял жену и поцеловал её в губы. Та вытаращила от изумления глаза.

– Ты чего, – вдруг обнаружив руку мужа в очень интересном месте, – Ёся, прекрати!

– Дорогая, – прошептал супруг, – я хочу тебя.

– Что? – вскрикнула жена. – Прямо здесь?

– Да-да-да, – дрожащим голосом произнёс муж, видимо полагая, что жена уже начала возбуждаться от такого неожиданного поворота, – хочу здесь и сейчас. – Мужчина запустил руку под трусики и коснулся пальцами заветного холмика.

– Убери руки! – закричала жена. – Немедленно!

Осип принял её слова за продолжение игры, и нарисовал в своём воображении картинку игрового сопротивления, но то, что это была не игра, он понял буквально через несколько секунд. Татьяна отворила окно и что есть мочи закричала:

– Помогите! Помогите!

Брамс сообразил, что эксперимент может закончиться печально. Через мгновение со стороны беспокойной пассажирки появился водитель и задал самый глупый вопрос, который когда-либо слышал Осип Емельянович.

– Чем вам помочь, мадам? – спросил он.