Порабощенные - Анна Сандэмо

– Как ты это делаешь? – поинтересовалась я, сделав шаг в тот угол, в котором скрылись длиннющие лапы.

– Баггейны могут менять свою форму: вырастать, уменьшаться, превращаться. Поэтому мы без проблем проникаем туда, куда нам нужно, – внезапно из угла выступил Вадим. Выглядел он вполне нормальным. Если в его случае можно так сказать, конечно.

– Да, что-то такое мне рассказывали, да и я не раз это наблюдала за тобой, – вспоминая рассказы мамы, задумалась я на миг, многозначительно взглянув на мужчину.

– Идем, – тут же переключился Вадим и повел меня за собой по подземному лабиринту. Под землей было слишком дремуче и непроглядно, поэтому мужчина посоветовал мне взять его за куртку, чтобы я не упала и не ударилась о стены. Я схватилась за кожаный материал и стала еле поспевать за баггейном, так как передвигался он весьма бойко и проворно, чего нельзя было сказать обо мне, ибо я постоянно спотыкалась, а рука моя то и дело соскальзывала с куртки. Тогда Вадим не выдержал, очень дерзко чертыхнулся и остановился. Я не видела его, но чувствовала, что он близко. Мужчина, кажется, повернулся ко мне лицом, немного присел и пренебрежительно поднял меня на руки. Я вскрикнула, потому что жесткие ладони его горячо впились в мои ноги.

– Ой! – прикусила я губу. – Лучше я пойду сама!

– И переломаешь себе все ноги. Ты же ни черта не видишь в темноте! Ох уж мне эти бесполезные люди! – стал беситься он, продолжая идти.

– Почему у тебя такая жесткая и горячая кожа? – решилась узнать я, пока мы шли. По-моему, Вадим изрядно ускорил шаг. Что его подгоняло?

– Природа баггейнов. Мы же не только хищники, но и также одни из подземных жителей, – отчего-то усмехнулся он, немного вздрогнув. – Наше тело устроено так, чтобы мы комфортно могли жить под землей. К примеру, копыта нам даны, чтобы прокладывать путь под землей, дробить камни и проминать железо. Почти для той же цели служат и массивные, накаченные руки с ногами. И не будем забывать про охоту, для нее ведь нужно оружие: рога, когти, клыки. Подземное давление – и с ним мы научились бороться. Оттого у нас крепкие, мощные и сильные тела, которые часто той же температуры, что и подземные воды и газы, которые в основном весьма палящие. Ты сама наверняка ощутила это, когда была в нашем городе. И мы не всегда были такими… уродливыми, на людской взгляд, если тебе интересно, но эволюцию и адаптацию никто не отменял.

– Одни из? Я слышала легенду, и, кажется, в ней вы остались одни под землей, – мне стало очень любопытно. Хотелось, чтобы Вадим рассказал мне все-все.

– Твоя мамочка-ведьма не очень корректно просветила тебя. Она же не жила среди нас, откуда ей знать, как протекает жизнь под землей? – чуть гневно воспротивился он.

– Тогда ты расскажи мне, – попросила я, немного запнувшись на полуслове. Вадим как-то иронично прыснул и издал лукавый смешок. Я вопросительно посмотрела на него. Хоть я его и не видела, но он мой взгляд точно должен был уловить.

– Ты моя жертва. Очень странным кажутся мне наши отношения. По идее, ты должна меня бояться и трепетать лишь при одном моем появлении. А ты ведешь себя так, словно мы давние знакомые, просишь рассказывать тебе о подземном быте, о нашей истории…

– И что такого? Все равно ты рано или поздно сделаешь то, что хочешь. А я сопротивляться не буду. Приму это с достоинством. Мне же не отвертеться. Пусть это будет моим последним предсмертным желанием. Расскажи мне все. Я в любом случае унесу все это с собой в могилу, – я говорила вполне серьезно, и Вадим вновь почему-то вздрогнул, словно его пробрал мороз по коже. Но потом баггейн как-то взбодрился, словно вспомнил, кто он есть на самом деле. Будто на секунду он стал человеком и подумал о том, что все это плохая затея, что я буду страдать, что я не заслуживаю такого. Но это наваждение быстро отступило.

– Ты права. Почему бы и нет, – флегматично бросил Вадим, от этого внутри меня все всколыхнулось, и мне стало почему-то жутко обидно и неприятно. – Что тебя интересует?

– Кто еще живет под землей? Ты обмолвился, что вы не одни…

– Знаешь, мы, баггейны, не самые жестокие существа, как принято считать издревле… – дрожащим голосом проговорил Вадим, меня это удивило. Неужели я заслышала нотки страха в его интонации?

– Помимо нас – гораздо глубже под землей – живут другие. Они выбираются наверх очень-очень редко, но если они выходят, то приходится ждать катастрофы. Даже баггейны их боятся, ведь это истинное доисторическое зло… но мы обязаны быть почтительными с ними и служить при необходимости, потому что мы им не ровня. К тому же мы заключили с тем великим народом после обрушения вынужденный договор. Мы им подчиняемся, а они оберегают нас от вмешательства людей и прочих посторонних существ. Если кто-то посмеет вновь напасть на нас или причинить ущерб, то наши союзники проявят себя.

Я напряглась. Сейчас мне стало боязно слушать Вадима.

– Кто это такие? – с опаской спросила я. Баггейн ответил не сразу, видимо, собирался с духом.

– Их называют нагами, – с придыханием вымолвил он.

– Нагами? – не поняла я. В памяти всплыли какие-то вырванные отрывки фразы из диалогов в подземном городе. Баггейны неоднократно упоминали этих наг и свое презрительно-опасливое отношение к ним.

– Это люди-змеи. Им принадлежат самые нижние подземные уровни. Их цивилизация, их империя несокрушима, да и сами они непобедимы, невероятно сильные и кровожадные существа. Поверь, мои братья и сестры покажутся тебе просто божьими одуванчиками, если ты когда-нибудь окажешься в логове наг. Они великие чародеи, их взгляд убийственен, а дыхание ядовито. Укус наги будет смертелен для любого. В лесах много ловушек этих существ, и если человек попадет в одну из них, то он пропал. Его уже не спасти. Еще их кормит наше селение. Мы вообще народ не прожорливый, но вот наги вечно голодны, и большую часть добычи мы отдаем именно им.

Теперь понятно, отчего так много людей пропало в глубинах метрополитена. И выявлена причина, почему баггейны не могут переселиться в другое место – их обет служить нагам. Я знала, что все не так просто, как кажется на первый взгляд. Эти недалекие трапперы совсем ничего не знают и не понимают. Теперь я жалею народ Вадима еще больше, но и бояться его я стала сильнее.

– Ты встречался когда-нибудь с ними напрямую? – пытаясь перевести дыхание, задала я еще один вопрос и, судя по всему, зря. Вадим весь задрожал, приостановившись.

– Увы, да, – выдавил он туго из себя, замолчав на время, – в нашем подземном городе есть так называемое Змеиное ущелье – туда я как-то и провалился – это проход в мир наг. Мы зовем их Богами Бездны. Оттуда периодически слышатся душераздирающие крики мучеников и пленников наг. Хоть я чаще всего и не терплю людей, но порой мне бывает жалко их.

И тут я вспомнила, что я слышала и видела. Так это и было Змеиное ущелье? Та впадина, чернеющая вглубь, из которой раздавались эти крики и мольбы о помощи? Подобных отчаянных стонов я в жизни не слышала. Что же делают там с ними эти… змеи? Наги? Представить даже страшно, что вытворяют на той глубине эти человекоподобные рептилии. Ужасно!