Информационная война против России - Сергей Ткаченко

Лишь роль потенциального союзника в борьбе с СССР позволила Японии сохранить свою государственность и культурную самобытность, а также получить от США эффективную экономическую помощь (за неполные три года на модернизацию Японии было выделено 2,15 миллиарда долларов)[404].

Так что мнимая «восприимчивость» японцев к достижениям западной культуры, которую усматривают многие российские исследователи, тут совершенно ни при чем[405]. Однако и в настоящее время они продолжают верить сами и убеждать остальных, что именно «необычная трудоспособность японцев, сплоченный коллективизм, соблюдение интересов «своей» страны позволили свершиться «японскому чуду»»[406].

В модернизации японского государства оккупационные силы США играли ключевую роль. Зачастую это выражалось в ультимативных требованиях, выдвигаемых противоположной стороне. Инициативы американцев очень часто не согласовывались с национальным правительством, а лишь предлагались ему для обязательного исполнения.

Эти новые правила и порядки, привнесенные извне, оказывали сильное влияние не только на политику, но и на экономику. Так, участники рынка получали важные сигналы, которые помогали им выстраивать «правильную» линию поведения. Впоследствии на этой основе вырабатывались уже новые, собственно японские нормы, которые закрепляли сложившееся положение дел[407].

Все тот же генерал Дуглас Макартур совместно со своим штабом разработал послевоенную Конституцию Японии[408]. Она вводила парламентскую монархию во главе с императором Хирохито, который выступал в качестве «символа государства». На официальные посты в Японии снова были допущены лица, попавшие ранее в категорию «нежелательного персонала». В обход конституционного принципа, исключавшего какое-либо перевооружение, были созданы Силы самообороны[409], то есть фактически новая армия.

Дуглас Макартур и американские солдаты высаживаются на пляже Пало, Лейте, 20 октября 1944 года

При попустительстве и даже тайной поддержке американских покровителей Япония начала немедленно создавать вооруженные формирования, используя для их прикрытия различные вывески. В 1946 году в «полицейских формированиях находились 93 тысячи человек, а в 1948 году, после очередной реорганизации численность их была доведена до 150 тысяч. Только центральное управление состояло из 30 тысяч человек, преимущественно бывших офицеров императорской армии. Кроме того, в департаменте охраны на море, созданном в том же году, служили 10 тысяч офицеров и матросов, а в составе железнодорожной полиции — еще 20 тысяч человек. В 1950 году был дополнительно сформирован так называемый «резервный полицейский корпус» в составе 75 тысяч человек, ставший ядром будущей японской армии. 1 января 1950 года генерал Макартур в новогоднем послании японскому правительству откровенно написал: «Какие бы доводы ни приводились, положения, зафиксированные в новой Конституции, никоим образом нельзя истолковывать в смысле абсолютного отрицания неоспоримого права Японии на самооборону против напавшего на нее противника». В дальнейшем Макартур и его японские поклонники сумели в своей пропаганде конкретизировать «самооборону против напавшего на нее противника», подставив под общее понятие «противник» конкретное название — «коммунистический агрессор»»[410].

При построении национальной экономики, ориентированной на США, оккупационные силы стремились не допустить прихода к власти левых сил. Для этого американцы неоднократно запрещали забастовки рабочих в частных японских фирмах, угрожая применением оружия[411].

При модернизации Японии как своего стратегического союзника США добились желаемого результата: эта страна вошла в состав западной цивилизации. Соответственно, до настоящего времени военная доктрина Японии по-прежнему рассматривает Россию в качестве главного военного противника. В 2007–2008 годах министерство обороны Японии разрабатывало проект документа «Основные направления оборонной политики». Его основой стала доктрина так называемой «превентивной войны», базирующейся на нанесении упреждающего удара по пусковым установкам вражеских ракет (то есть российских).

Сегодня вооруженные силы Японии насчитывают 240 тысяч человек, а военный бюджет этой страны превышает 50 миллиардов долларов. Для сравнения: численность российских военнослужащих на территории от Байкала до Владивостока не превышает 200 тысяч человек, военный бюджет Российской Федерации почти в два раза меньше японского[412].

Таким образом, сейчас у нас под боком находится весьма опасный сосед, направляемый США и обладающий вполне боеспособными вооруженными силами. Их численность и оснащение позволяют в кратчайшие сроки успешно провести любую военную операцию на территории Российской Федерации. Военные специалисты обоснованно бьют тревогу: «Не пора ли признать, что с учетом технического состояния кораблей и систем вооружения Тихоокеанского флота, а также степени обученности его личного состава японский флот за несколько дней может устроить Тихоокеанскому флоту вторую Цусиму, и похлеще первой. До сих пор японцы опасались ответного удара российских ракет по их островам. Но что произойдет, когда самураи получат противоракетный зонтик?»[413]Услышит ли эти слова кто-нибудь на российском политическом Олимпе?